Если спросить нашего современника о самой мелкой монете в истории России, то наиболее знающие наверняка вспомнят «полушку» – 1/4 копейки. «За морем телушка – полушка, да рубль перевоз» – эту народную присказку знают если не все, то многие.

Но наверняка почти все, кроме профессиональных историков и опытных нумизматов, очень удивятся, когда узнают, что самая мелкая монета в русской истории имела номинал 1/120 копейки. Прописью – одна сто двадцатая копейки!

Ныне забытая мелочь называлась «пуло» или «пула». История этого имени сложна. Если Москва считала себя Третьим Римом в теории, то наименование самой мелкой монеты на Руси происходило из Древнего Рима на практике.

Накануне краха Римской империи мелкая серебряная монета делалась из нечистого серебра и так обесценилась, что в обращении использовались целые мешочки с ней. Их называли follis, то есть «кошелёк». Это имя по наследству перешло к самой мелкой медной монете Византии, а затем на Ближний Восток. Оттуда с арабскими купцами оно попало в поволжские города Золотой Орды и далее на Русь.

По пути за несколько веков «фоллис» трансформировался в «фулюс», затем «фуло» и, наконец, в русское «пуло» (неудивительно, так средневековый «талер» за несколько веков, пройдя из Европы в Америку, трансформировался в «далер», а потом в известный всем «доллар»).

За полвека до Куликовской битвы медную мелочь по примеру Орды стали чеканить в Нижегородском княжестве, а затем в Москве, Твери и Новгороде. В домонгольской Руси денежные единицы делались только из серебра. Но своих источников этого драгметалла в нашей стране не было, его покупали на внешнем рынке. В золотоордынское время немало серебра утекало из русских княжеств в виде дани наследникам Чингисхана, поэтому серебро стало очень дорогим. За век до свержения ордынского ига в Новгороде, если переводить в наши единицы измерения, один килограмм хлеба стоил 0,075 грамма серебра. Использовать серебряную монету такого мизерного веса невозможно физически. Так в русских городах на излёте ордынского ига возникла потребность в мелкой разменной монете.

Её стали делать по примеру ордынцев из меди. Своей меди на Руси тогда тоже не имелось, но она хотя бы стоила в сорок раз дешевле серебра. Медные пулы чеканили во многих городах: так, в Московском княжестве их выпускали, помимо столицы, в Можайске, Ярославле и Угличе.

Пулы стали местными деньгами для розничной торговли, обращаясь лишь там, где чеканились. Купцы их в коммерции не использовали, и кладов с такой мелочью обычно тоже не делали (как сейчас никому не придёт в голову хранить в банковской ячейке копеечные монеты). Поэтому пулы многих городов не сохранились. Например, до нас дошла лишь одна-единственная смоленская пула.

Копейка же в прошлом была немалой суммой: при Иване Грозном профессиональный воин-стрелец получал около 30 копеек в месяц. Пять веков назад серебряная копейка равнялась 120 медным пулам.

По форме такая одна двенадцатитысячная рубля – это тоненькая медная чешуйка весом в треть грамма и диаметром 9–13 миллиметров (куда меньше современной 10-копеечной монеты РФ, которую ещё можно найти в наших кошельках). Накануне Смутного времени такие пулы несли едва заметный схематический оттиск двуглавого орла и надпись на обороте «пуло московское», «пуло тверское» или «пуло новагорода» – в зависимости от места чеканки. При Иване Грозном и ранее вместо двуглавого орла изображалось то, что современные нумизматы именуют «сирена» – некая фантастическая птица с одной головой в короне и загнутым хвостом.

Исчезли пулы из обращения в конце XVII столетия благодаря международной торговле и колониальным завоеваниям: после открытия богатейших рудников Америки серебро в Европе, а потом и в России подешевело в четыре-пять раз. А вскоре и в нашей стране на Урале нашлись свои источники серебра и меди, поэтому Пётр I в 1699–1701 годах начал массовую чеканку полушек, копеек, гривенников и полтинников. Пулы же навсегда ушли в прошлое, подобно тому как сегодня уходят в историю копейки…