Вечером, после ужина, когда Алиса наконец уснула, Ася поделилась с Иваном предложением Марии Ивановны. Они сидели на кухне, и Ася, сжимая в руках чашку с уже остывшим чаем, говорила немного сбивчиво, ожидая критики со стороны мужа. Она сделала акцент на том, что это всего несколько часов в неделю, а мальчик не может ходить в школу из-за своих особенностей.

Иван слушал внимательно, его брови слегка хмурились, что человек, не знакомый с ним, принял бы за несогласие. Но Ася слишком хорошо знала мужа и понимала, что информация вызывает у него живой интерес.

— Гаптофобия? — переспросил он. — А что это конкретно значит? Какие симптомы?

Ася, немного оживившись, объяснила:

— Это боязнь прикосновений. Даже случайных. Непереносимость физического контакта. У него может быть паника, учащенное сердцебиение, потливость, если кто-то нарушает его личное пространство. Поэтому он и не в школе — там постоянно кто-то может задеть, толкнуть…

Иван кивнул, переваривая информацию. Его следующий вопрос был абсолютно предсказуем и вытекал из всей его натуры и профессии. Он задал его спокойно, по-деловому, но за этим скрывалась тревога за своих девчонок.

— А это… расстройство… — Он сделал небольшую паузу, подбирая слова. — Он не агрессивен? Это не опасно для тебя? Для Алисы, если он тут будет с тобой заниматься?

Ася почувствовала, как внутри что-то кольнуло. С одной стороны, его вопросы были логичны. С другой — они ставили барьер между ней и этим мальчиком, сразу помечая его как «потенциально опасного», как проблему, которую нужно сначала проверить на безопасность.

— Нет, Иван, — сказала она твердо, глядя ему в глаза, и меж бровей у нее появилась упрямая морщинка. — Это не инфекция. Это тревожное расстройство. Он не опасен. Он сам боится. Он жертва своей фобии, а не ее источник.

Ася всегда называла его Ваней, Ванечкой. «Иван» — это тяжелая артиллерия. А в сочетании с морщинкой, которая говорила: «Решение уже принято, и тебе просто необходимо его поддержать, в противном случае…»

— Ладно, — поспешил сдаться Иван. — Мне кажется, это в целом хорошая идея. Тебе нужно что-то, кроме дома и писанины. Несколько часов в неделю, интеллектуальная нагрузка… Вот только кто останется с Алисой, пока вы будете заниматься? Мне нужно подстроиться под ваше расписание, чтобы быть в это время дома?

— Нет, конечно! Найдем няню. Ты же сам говорил…

— Няню? — обрадовался Иван. — Давно пора!

По лицу его было видно, что появление в доме няни полностью примиряет его с решением супруги заняться репетиторством.

Ободренная поддержкой мужа, Ася набрала номер Марии Ивановны прямо в кухне, при нем. Разговор был коротким и деловым. Ася сообщила, что готова попробовать, и договорилась о первом занятии. Положив трубку, она чувствовала легкое головокружение, как будто сделала шаг в неизвестность.

«Какая у меня замечательная жена», — подумал Рыбак. Но тут интуиция — та самая, которую Иван звал чуйкой, чувствительно кольнула его: «Ну-ну! Смотри, как бы не пришлось потом пожалеть».