Мужик вздрогнул, в панике отбросил автомат и судорожно выхватил мачете. Я стоял неподвижно, прекрасно понимая, что произойдет в следующую секунду. Когда клинок обрушился на мое предплечье, бронепластины не просто остановили удар. Они с лихвой вернули кинетическую энергию обратно. Мачете вырвало из руки нападающего, раздался неприятный хруст ломающихся костей. Наемник рухнул на спину, с воем схватившись за искалеченную кисть.

Я добил его одним резким ударом кулака.

С возвышения слева продолжала захлебываться огнем Гарпия. Длинные очереди нещадно кромсали землю и подлесок возле фургона. Стрелок палил вслепую, поливая свинцом все, что шевелится. Его напарник вел такой же беспорядочный огонь из автомата.

Однако уже в следующее мгновение им стало не до меня.

С тыла, из чащи, ударили бойцы Михаила. Раздались два хлопка: Борода и Крот отработали из оружия с глушителями. Выстрел. Короткий вскрик. Еще один выстрел. Гарпия захлебнулась и замолчала.

Вслед за этим воздух разорвала автоматная очередь. Видимо, Спица и Дым с небольшим опозданием вышли на фланг к той же пулеметной точке.

Дальше последовала целая какофония звуков: крик, еще один одиночный выстрел, возня, глухой звук удара, хриплый, отчаянный мат. А затем снова тишина.

С наемниками, по всей видимости, было покончено.

Я деактивировал Броненосец, и нанитовая броня плавно втянулась под кожу. Выбираясь из оврага на дорогу, я чувствовал, как тело все еще гудит от выброса адреналина.

На обочине лежал изрешеченный пулями Сивый. На пригорке Борода сноровисто обыскивал тело пулеметчика, пока Крот внимательно контролировал подходы.

Со стороны леса появились Спица и Дым, волоча за руки пятого наемника. Живого. Тот тихо скулил и припадал на левую ногу: штанина на бедре стремительно набухала темным.

— Ну и шустро ты их, — произнес Борода, поднимая голову. — Мы только на позиции выползли, а ты уже троих положил.

Спица без церемоний бросила пленного на землю у моих ног.

— Одного оставили в живых, как ты и просил. Судя по всему, старший во второй паре. Пуля прошла навылет через бедро, кость цела, артерия не задета. Жить будет. Пока что. А дальше сам решай.

Я присел перед наемником. Это был мужчина лет тридцати пяти с квадратным лицом и бритой головой, на шее болталась цепочка с каким-то медальоном. Пленный смотрел на меня снизу вверх. В его глазах читались боль и затаенный страх.

— Имя? — коротко бросил я.

Он облизал пересохшие губы.

— Прокл.

— Прокл. Отлично. Итак, Прокл, у тебя есть ровно одна минута, чтобы рассказать, кто вас послал и зачем. Когда время истечет, я перестану быть таким вежливым.

Секунд пять он молчал. После обвел взглядом тела своих менее удачливых подельников. Посмотрел на Бороду с Кротом, на Спицу, возвышающуюся над ним с видом хирурга, прикидывающего, какую часть тела отрезать первой. Потом нервно сглотнул и заговорил:

— Рогов. Через Вахтанга, здешнего авторитета. Он нанял нашу пятерку: Сивого, меня, Грача, Шмеля и Фитиля. Задача: взять тебя живым. Желательно без повреждений.

— Куда вы должны были меня доставить?

— На старый элеватор. Это в тридцати километрах на северо-восток, у развилки на Ольховку. Там нас должен был ждать человек Рогова.

— Имя? Особые приметы?

— Кличка Горо. Лысый, здоровый. Шрам через затылок. Повсюду таскается с двумя охранниками.

— Горо, — повторил я, фиксируя информацию в памяти. — Что дальше? Он забирает меня, и?..

— Без понятия. Нам приказали доставить объект, получить вторую половину оплаты и исчезнуть. Что этот Горо собирался с тобой делать, нас не касалось. Мы простые исполнители.

Он говорил быстро, слегка сбивчиво, но, судя по всему, не лгал. Я считывал это по его глазам и бьющейся на шее вене. К тому же Майя параллельно фиксировала биометрию пленного.

— Пульс сто двенадцать, потоотделение повышено, однако речевые паттерны стабильны. Вероятность того, что он говорит правду, составляет около девяносто процентов, — подтвердила она.

Я поднялся.

— В общем, слушай сюда, Прокл. Сейчас тебе надо сделать выбор. Вариант первый: я оставляю тебя здесь, в лесу, с простреленной ногой. И не просто оставляю, а намертво привязываю к дереву. Сам знаешь, в аномалии полно всякой дряни, падкой на запах свежей крови. Шансы на выживание можешь прикинуть сам. Вариант второй: ты помогаешь мне разобраться с Горо. После этого ты свободен, уходишь на все четыре стороны. Даю слово.

Прокл долго смотрел на меня. Затем перевел взгляд на темный, равнодушный лес, кишащий голодными тварями.

— Второй, — хрипло выдавил он. — Второй вариант.

— Разумный выбор.

Я повернулся к Бороде:

— У этих отморозков наверняка где-то есть рация. Найдешь?

Борода кивнул и спустя минуту протянул мне потертый тактический передатчик. Армейская модель, далеко не новая, но вполне рабочая. Частота уже была настроена.

— Позывные? — спросил я у Прокла.

— Мы — Бур. Горо — Гнездо. Связываемся просто: Бур вызывает Гнездо, Гнездо подтверждает. Никаких кодовых фраз, только обычный отчет.

— Тогда слушай внимательно. Сейчас ты свяжешься с Горо. Доложишь, что объект взят. Без проблем, чисто. Скажешь, что выдвигаетесь к элеватору и будете примерно минут через сорок. Ни одного лишнего слова, никаких намеков. Говори своим обычным тоном.

Прокл кивнул. Я вложил рацию ему в руку.

Он зажал тангенту.

— Гнездо, Гнездо, это Бур. Прием.

В эфире повисла пауза, щедро сдобренная шумом статических помех. Затем раздался низкий спокойный голос:

— Бур, Гнездо на связи. Докладывай.

— Объект у нас. Взяли. Пришлось, правда, немного пошуметь, но все целы. Выдвигаемся к точке. Расчетное время: сорок минут. Как понял? Прием.

Снова пауза.

— Понял тебя, Бур. Сорок минут. Ждем. Конец связи.

Прокл отпустил кнопку. Его пальцы едва заметно дрожали.

— Молодец, — похвалил я. — Звучало убедительно.

Он промолчал, только снова судорожно сглотнул.

Забрав рацию, я выключил ее и сунул в карман. Затем подошел к фургону, распахнул задние двери и забрался внутрь. Оказавшись в полумраке кузова и отгородившись от внешнего мира, я активировал Фолд и извлек Астер Кор.

Штурмовой кибердоспех класса Протоархонт материализовался прямо передо мной. Многослойный композит, армированный энергосталью, встроенный генератор силового поля, полетные стабилизаторы.

Не теряя ни секунды, я шагнул внутрь. Броня привычно сомкнулась на теле.

— Привязка подтверждена. Астер Кор готов к работе. Силовое поле: сто процентов. Полетный модуль заряжен полностью. Добро пожаловать, товарищ майор, — голос Майи в шлеме прозвучал с явным удовольствием.

Я толкнул створку двери и вышел наружу.

В следующую секунду над лесной дорогой повисла мертвая тишина.

Борода, обыскивавший тело пулеметчика, застыл на корточках с магазином в руках. Его рот приоткрылся, а челюсть медленно поползла вниз.

Крот выронил бинокль из непроизвольно разжавшихся пальцев, и тот с мягким шлепком упал на мох.

Даже хладнокровная Спица, которая еще десять минут назад без тени эмоций волокла раненого наемника, невольно отступила на шаг. Ее рука инстинктивно скользнула к кобуре.

Дым матюгнулся. Тихо, но очень емко. Одним забористым словом он выразил то, о чем, похоже, подумали все остальные.

Прокл, сидевший на земле с перевязанной ногой, попытался инстинктивно отползти. Его пятки заскребли по траве, здоровая нога толкнула тело назад, и он впечатался спиной в ствол березы, а потом уставился на меня, побледнев как полотно.

Я прекрасно понимал их реакцию. В фургон залез обычный человек в куртке и тактических штанах, а наружу вышло нечто двухметровое, закованное с ног до головы в черно-фиолетовую броню. Гладкий шлем с узкой светящейся полосой визора, массивные наплечники и пластины, которые плавно смещались, подстраиваясь под любое движение.

Для людей, выросших в мире Омега, где венцом технологий считались гаусс-винтовка и посредственный армейский кибр, это выглядело, как явление божества. Или демона. Кому как больше нравится.

— Матерь божья… — выдохнул Борода. Магазин выскользнул из его руки и глухо ударился о торчащий из земли корень. — Это еще что за хрень?

— Рабочая униформа, — невозмутимо отозвался я.

Мой голос, пропущенный через модулятор шлема, звучал ниже и глуше. Металлический оттенок придавал словам весомости, хотя я к этому и не стремился.

Спица убрала руку с оружия и посмотрела на меня с тем специфическим выражением, какое бывает у разведчиков, впервые увидевших последствия взрыва термобарического снаряда в переполненном врагами окопе: смесь профессионального удивления и острого осознания собственной уязвимости.

— Михаил знает? — спросила она. — Про это?

— Знает.

— Ясно, — она выдержала паузу. — Теперь я понимаю, почему он пошел за тобой.

Дым обошел меня по кругу, разглядывая доспех со спины. Он потянулся к наплечнику, но тут же отдернул руку, наткнувшись на упругое сопротивление силового поля.

— Эта штука еще и кусается, — констатировал он.

— Силовое поле. Без нужды лучше не трогать.

— Да я уж понял.

Крот поднял бинокль, торопливо отряхнул его, спрятал в подсумок и перевел ошарашенный взгляд на реактивный ранец у меня за спиной.

— Ты в этом летаешь? — наконец выдавил он.

— Ага.

— Вот дьявол, — пробормотал Крот. — Человек. В броне. И летает. Куда катится этот чертов мир?

У березы тихо икнул Прокл.

Я дал им минуту, чтобы переварить увиденное. Затем поднял забрало шлема и перешел к делу.

— Слушайте внимательно. Дальше я иду один. Борода, Спица, Дым, Крот, берите мой фургон. Накачайте колесо. Насос в кузове. Возвращайтесь в Камнегорск и ждите. Михаил выйдет на связь сразу, как доберется до города.

Борода нахмурился:

— Один? На элеватор? Там этот Горо с двумя охранниками, и черт его знает, сколько еще боевиков.

— Горо — это моя проблема.

— Слушай, парень…

— Борода, — оборвала его Спица, кивнув на два метра черно-фиолетовой брони с силовым полем. — Он справится.

Тот нерешительно почесал подбородок:

— Ну да. Наверное, ты права.

Я повернулся к Проклу:

— Встать сможешь?

Наемник кивнул и, опираясь на ствол дерева, кое-как поднялся на ноги. Левая нога почти не слушалась, но вес удерживала. Спица умело наложила повязку и кровотечение остановилось.

— Где ваш транспорт?

— За поворотом. Метрах в двухстах по дороге, в кустах по правой стороне. Ключи были у Сивого.

Крот молча протянул мне связку, он уже успел забрать ее с трупа.

— Прокл, сейчас ты доковыляешь до своей машины и поедешь к элеватору. Поедешь один. Спокойно и без фокусов. Справишься? — Я кивнул на раненную ногу.

— Там автомат, — хмуро ответил он. — Справлюсь.

— Я буду рядом. Ты меня не увидишь, так что просто поверь мне на слово. Если попытаешься предупредить Горо, свернешь с маршрута или выкинешь еще какую-нибудь тупость, я узнаю об этом раньше, чем ты успеешь довести дело до конца. Мы поняли друг друга?

Прокл скользнул угрюмым взглядом по кибердоспеху, по полосе визора и фиолетовым прожилкам энергостали, а затем перевел взгляд на бездыханные тела своих товарищей.

— Более чем, — хмуро ответил он.

Я помог ему доковылять до фургона наёмников, бронированного Варана с усиленной подвеской и тонированными стёклами. Прокл уселся на водительское место и завел двигатель.

— Трогай, — скомандовал я. — И не гони. На месте должен быть минут через тридцать, не раньше.

Он кивнул и плавно нажал на газ.

Я проводил фургон взглядом, пока тот не скрылся за поворотом. Затем опустил забрало и повернулся к команде Михаила:

— Что стоим? Колесо. Фургон. Камнегорск. Вопросы есть?

— Никак нет, — откликнулся Борода, поддавшись въевшемуся армейскому рефлексу.

— Удачи, Карамазов, — хмуро бросил Крот.

Я коротко кивнул, согнул ноги в коленях и прыгнул.

Полетные стабилизаторы сработали на высоте трех метров: мягкий толчок в спину, нарастающий гул турбин, и земля стремительно понеслась вниз. Деревья слились в зеленую рябь, а затем превратились в темное море на фоне бурой равнины. Ветер с силой ударил в забрало шлема. Я уверенно набирал высоту.

Где-то далеко внизу на дороге остались стоять четыре человека с задранными головами. Я живо представил, какую картину они сейчас наблюдают: черный силуэт, стремительно тающий на фоне серого неба, и фиолетовые вспышки стабилизаторов.

Наверняка Дым от неожиданности выронил сигарету. Борода снова помянул чью-то мать. А Крот всерьез задумался о пересмотре своих жизненных приоритетов.

Я усмехнулся и продолжил подъем.

Триста метров. Пятьсот. Восемьсот.

Нижняя кромка пропитанных влагой облаков висела на тысяче двухстах. Я пулей влетел в эту серую пелену, сбросил ход и выровнял курс.

— Высота: 1180 метров. Видимость нулевая. Переключаюсь на аппаратную навигацию, — доложила Майя. — Цель: Варан. Пеленг устойчивый, дистанция: две тысячи четыреста метров. Скорость цели: тридцать семь километров в час.

— Понял тебя, младший лейтенант Синицына.

На тактическом оверлее визора высветилась зеленая точка, фургон Прокла, медленно ползущий по проекции дороги. Я скорректировал курс, ложась на параллельную траекторию.

Со всех сторон меня обступала сплошная облачность. Влажная и бесконечная серая вата. Ни земли, ни неба, только телеметрия на оверлее, ровный гул двигателей и удивительное чувство покоя.

А внизу Прокл вел свой фургон к старому элеватору. Один, с простреленной ногой, по пустой лесной дороге. Вез весть об успешном выполнении задания человеку по кличке Горо.

Тот, скорее всего, уже лениво предвкушал, как ему доставят связанного, обезоруженного и беспомощного Алексея Карамазова. Ценный груз для важного хозяина.

Но вместо этого он получит меня.