Глава 23 Добро пожаловать в блуд…

Переход через межмировой портал меньше всего походил на изящную телепортацию, о которой писали в академических учебниках. Скорее, это напоминало падение в гигантскую, вращающуюся мясорубку, в которой вместо ножей были ледяные сквозняки и обжигающие всполохи чужой магии. Пространство вывернулось наизнанку. Рейз почувствовала, как её желудок делает сальто, а барабанные перепонки готовы лопнуть от нарастающего гула.

Дариан, даже будучи раненым, в полёте успел сгруппироваться и прижать её к себе, закрывая своим широким телом от энергетических ударов.

Спустя несколько секунд воронка выплюнула их.

Они на что-то подозрительно мягкое, пружинистое и бархатистое. Рейз сдавленно охнула, когда лорд-командующий всей своей немалой массой придавил её сверху. Выбитый из лёгких воздух вернулся со свистом, принеся с собой первый глоток местной атмосферы.

Рейз закашлялась. Воздух здесь был густым, как сироп, и обжигающе горячим. Он пах… грехом. Тяжёлый, дурманящий аромат мускуса, пролитого дорогого вина и чего-то ещё — терпкого, животного, от чего мгновенно кружилась голова и учащался пульс.

— Вы живы, инспектор? — хрипло выдохнул Дариан где-то у её уха. Его голос вибрировал от напряжения.

— Если не считать того, что вы раздавили мне последние целые рёбра и окончательно добили моё платье, де Морт, то я просто в восторге, — прокряхтела Рейз, пытаясь спихнуть с себя оборотня.

Дариан со стоном перекатился на спину, зажимая кровоточащую рану на бедре. Рейз села, отряхнула перепачканные руки и наконец осмотрелась.

То, что она увидела, заставило её приоткрыть рот и забыть все язвительные комментарии, которые вертелись на языке.

Они находились в мире, который был ожившим ночным кошмаром безумного художника, страдавшего от хронического недосыпа и гиперсексуальности.

Небо над ними пылало багрово-неоновыми сумерками. Вместо одного солнца или привычной луны на небосводе висели три огромных, пульсирующих светила — кроваво-красное, ядовито-лиловое и бледно-розовое. Их свет заливал причудливый город, раскинувшийся в долине.

Архитектура этого места бросала вызов всем законам физики и здравого смысла. Здания казались вылепленными из гладкого чёрного обсидиана, пористого костяного фарфора и материалов, пугающе похожих на живую плоть. Шпили башен имели весьма недвусмысленные, откровенно фаллические формы. Из стен зданий выступали барельефы, изображающие сплетённые в экстазе тела, причём некоторые из них неуловимо двигались, тяжело дыша.

Под ногами была не брусчатка, а упругое, тёмно-бордовое покрытие, напоминающее бархат или… кожу.

— Добро пожаловать в Мальхару, — глухо произнёс Дариан. Он с трудом сел, опираясь спиной о ближайший постамент какой-то гротескной статуи. Его золотые глаза лихорадочно блестели. — Царство абсолютного порока.

Рейз сглотнула. Теперь она поняла, что за звуки служили фоном для этого мира. Это был не шум ветра и не гул города. Это были стоны. Многоголосый, непрекращающийся гул вздохов, хрипов, страстных вскрикиваний и влажных шлепков.

Вдалеке, на широких террасах и открытых площадях, кишели существа. Демоны всех мастей, суккубы с перепончатыми крыльями и идеальными телами, инкубы с рогами и хвостами — все они находились в состоянии непрерывного, исступлённого соития прямо на улицах. Из витиеватых фонтанов били струи не воды, а густого, рубинового нектара, в котором плескались обнажённые фигуры.

Атмосфера этого мира действовала как мощнейший, бескомпромиссный афродизиак. Рейз с ужасом осознала, что её собственное тело начинает реагировать. По коже побежали горячие мурашки, дыхание сбилось, а внизу живота начал скручиваться тугой, пульсирующий узел совершенно нелогичного, дикого желания.

Она резко встряхнула головой, прогоняя наваждение, и ухватилась за единственное, что всегда спасало её в критических ситуациях — за свой безграничный, спасительный бюрократический цинизм.

— Боги всемогущие, — возмущённо выдохнула Рейз, уперев руки в бока. — Это же полная антисанитария! Вы только посмотрите на них! Никакой социальной дистанции. И где их справки о прививках от сифилиса⁈ Уверена, у половины этих рогатых просрочены медицинские книжки. Если бы сюда заявился санэпиднадзор отлова, этот мир закрыли бы на карантин за три секунды!

Дариан издал звук, средний между смешком и болезненным рыком.

— Боюсь, инспектор, ваши штрафные квитанции здесь не сработают.

Рейз посмотрела на него и замерла.

Оборотням здесь было хуже всего. Если на человека воздух Мальхары действовал как сильное возбуждающее, то для звериной натуры лорда он был подобен канистре бензина, брошенной в костёр.

Дариан тяжело дышал. Его грудь судорожно вздымалась, разрывая остатки и без того пострадавшей шёлковой рубашки. Золото в его глазах затопило белки, превратившись в два сияющих инфернальных прожектора. Клыки заметно удлинились, а пальцы скребли по бархатистой земле, оставляя глубокие борозды когтями. Зверь внутри него сходил с ума, опьянённый запахом феромонов и близостью своей пары.

Он поднял на Рейз взгляд, от которого у неё пересохло во рту. Это был взгляд не лорда, не офицера и не союзника. Это был взгляд голодного хищника, который видит перед собой добычу. Желанную, сладкую добычу.

— Рейз… — прорычал он низко, срываясь на вибрирующий рык. Он сделал медленное, хищное движение в её сторону. — Твой запах… Ты пахнешь так…

Он в один миг преодолел расстояние между ними. Огромная, горячая ладонь оборотня легла на её талию, сминая золотой шёлк. Дариан прижал её спиной к тёплому постаменту статуи. Его лицо оказалось в миллиметре от её шеи. Он жадно втянул носом её запах, отчего по телу Рейз прошла электрическая волна дрожи.

— Моя, — глухо выдохнул он прямо ей в ключицу, обжигая кожу горячим дыханием. Его когти слегка царапнули её бедро сквозь прореху в платье.

Сердце Рейз забилось в бешеном ритме. Часть её — та часть, что уже была одурманена ядовитым воздухом, — отчаянно хотела податься навстречу, впиться в его губы, позволить его рукам сорвать с неё остатки одежды и забыть обо всём на свете прямо здесь, на этой порочной улице.

Но разум инспектора, натренированный годами борьбы с чужой магией, включил аварийную сирену. Если они поддадутся этому сейчас, Мальхара сожрёт их. Они станут лишь ещё одной парой сплетённых тел в этой бесконечной оргии, забыв о Малакоре, о спасении королевства и о самих себе.

— Отставить, де Морт! — Рейз с силой упёрлась ладонями в его твёрдую, как камень, грудь.

Её голос дрогнул, но руки оставались твёрдыми. Дариан даже не шелохнулся. Его клыки всё ещё находились в опасной близости от её пульсирующей венки, а глаза светились диким, неконтролируемым желанием. Магия Мальхары выжигала из него остатки человеческого разума, оставляя лишь чистого зверя.

Поняв, что уговоры бесполезны, Рейз пошла на крайние меры.

Она нащупала на его бедре повязку из армейского плаща, под которой скрывалась свежая, глубокая рана от алебарды голема, и безжалостно надавила на неё большим пальцем.

Дариан глухо зарычал, отшатнулся и схватился за ногу. Золотое сияние в его глазах мигнуло и слегка потускнело, уступая место осмысленному человеческому взгляду, полному боли и шока. Боль — лучший антидот от похоти. Этому правилу Рейз научилась ещё на первом курсе академии, когда один из инкубов-практикантов попытался её очаровать.

— Вы… жестокая женщина, инспектор, — прохрипел лорд-командующий, тяжело опираясь о постамент статуи и тряся головой, словно конь, отгоняющий слепней.

— Это прописано в моей должностной инструкции, — холодно парировала Рейз. Она поправила разорванный ворот платья, стараясь не смотреть на мощный, обнажённый торс оборотня. — Возьмите своего блохастого альтер-эго на короткий поводок, лорд де Морт. Мы здесь не для того, чтобы участвовать в оргии. У нас, напоминаю, неоконченное дело об увольнении министра.

Дариан сделал несколько глубоких вдохов, борясь с одурманивающим воздухом. Его черты медленно возвращались к человеческим, хотя когти и лёгкий золотистый отблеск в глазах остались.

— Вы правы, — процедил он, осматривая себя и Рейз. — Но если мы пойдём в таком виде, нас разорвут на части. Для местных обитателей мы — деликатес. Светлая магия, человеческая плоть. Нам нужна маскировка.

— Предлагаете приклеить мне на лоб рога и хвост на задницу? Боюсь, канцелярский клей остался в портфеле.

Дариан мрачно усмехнулся.

— Нет. Я — теневой волк, создание тьмы. Моя аура достаточно мрачная, чтобы сойти за демона из свиты какого-нибудь влиятельного лорда. Я смогу замаскировать свой запах.

— А я? — Рейз скрестила руки на груди. — У меня нет магической ауры. Я пахну как человек, который не спал двое суток, стрелял в големов и летел по бельевой трубе.

— Именно. Вы пахнете как смертная. А значит, у нас только один вариант, — Дариан шагнул к ней, и в его голосе появились властные нотки, которые он даже не пытался скрыть. — Вы будете моей рабыней. Человеческой игрушкой, которую благородный демон привёл для… личного пользования.

Рейз поперхнулась густым сладковатым воздухом.

— Вы с ума сошли? Я — старший инспектор муниципальной службы! Я штрафую демонов, а не пресмыкаюсь перед ними!

— Инспектор, это приказ, — отрезал де Морт. — Ради нашего же выживания. Вам придётся снять туфли, опустить глаза и делать вид, что вы полностью принадлежите мне.

Он протянул руку и властным, не терпящим возражений жестом обхватил её за шею сзади. Его горячие пальцы легли на её кожу. Хватка была крепкой, доминирующей, но не причиняющей боли. От этого прикосновения у Рейз по спине пробежал целый табун электрических мурашек.

— Если вы хоть слово скажете об этом когда мы вернёмся, — прошипела Рейз, яростно сверля его взглядом, — я скормлю вас мантикоре. Медленно, по кусочкам.

— Тише, рабыня, — прошептал Дариан ей на ухо, и Рейз с ужасом услышала в его голосе неподдельное удовольствие. — На нас смотрят.

Они вышли из тени постамента и влились в пульсирующий поток обитателей Мальхары.

Рейз шла босиком по упругому, тепловатому покрытию улиц. Дариан шёл чуть впереди, всё так же крепко сжимая её шею, ведя за собой.

Вокруг них разворачивалась феерия разврата. На балконах из резной кости переплетались тела наг, обвивающих мускулистых демонов. В подворотнях суккубы пили жизненную силу из заблудших душ под их стоны наслаждения. Воздух дрожал от магии похоти.

Каждый раз, когда на Рейз падал плотоядный взгляд какого-нибудь встречного рогатого ублюдка, Дариан издавал низкое утробное, вибрирующее рычание, от которого дрожал сам пропитанный пороком воздух. Его когти чуть сильнее впивались в её кожу, транслируя в пространство чёткий, недвусмысленный посыл: «Моё. Подойдёте — вырву глотку».

Местные обитатели, чуявшие подавляющую мощь теневого волка, благоразумно отступали в тени, провожая их голодными, плотоядными взглядами.

А Рейз с ужасом ловила себя на мысли, что ей… нравится эта грубая, первобытная защита. То, как уверенно и властно де Морт вёл её сквозь толпу монстров. То, как тепло его огромной ладони на её шее странным образом успокаивало, напоминая магический ошейник послушания, только сотканный из чистой мужской силы и собственнического инстинкта.

— Вы слишком вживаетесь в роль, барон, — пробормотала она, когда они свернули в узкий, извилистый переулок, стены которого пульсировали влажным, багровым светом. — Если вы сейчас скажете мне принести тапочки, я достану свой пистолет, и плевать на конспирацию.

— Тихо, — резко оборвал её Дариан, заталкивая Рейз в глубокую нишу между двумя колоннами, похожими на сплетённые кости.

Он прижал её к стене, накрыв своим телом. Рейз хотела возмутиться, но слова застряли в горле. Прямо по улице, чеканя шаг, прошёл патруль.

Это были не обычные демоны. Впереди вышагивала высокая, роскошная суккуба в доспехах из чёрной кожи, едва прикрывающих её пышные формы. В руках она сжимала шипованный хлыст, а на сворках вела трёх адских гончих — жутких тварей с горящими глазами, чьи тела состояли из клубящегося мрака и острых как бритва костяных пластин.

Гончие вдруг остановились. Они синхронно повернули массивные морды в сторону ниши, где прятались Рейз и Дариан. Твари почуяли запах чужаков, человеческую кровь.

Суккуба натянула поводья, её губы изогнулись в жестокой усмешке.

— Что там у нас, мальчики? Свежее мясо? — проворковала она, направляясь прямо к ним.

Рейз инстинктивно потянулась к бедру, где под остатками платья всё ещё висела кобура с транквилизаторами, но Дариан перехватил её руку.

— Не смей, — шепнул он. — Оставь это мне.

Оборотень шагнул из спасительной тени прямо навстречу патрулю. Рейз затаила дыхание. Он был один, раненый, без оружия, против демоницы с хлыстом и трёх адских псов.

Но Дариан не собирался драться как человек. Он расправил широкие плечи, и вокруг его обнажённого торса начал собираться густой, чёрный туман. Глаза лорда-командующего вспыхнули чистым, слепящим золотом — светом истинного альфы.

Он не стал нападать. Он просто издал один-единственный звук. Низкий, рокочущий рык, пропитанный магией древних теней. Этот рык не предназначался для суккубы — он бил напрямую по инстинктам гончих.

Твари, секунду назад готовившиеся разорвать добычу, вдруг замерли. В их повадках что-то неуловимо изменилось. Теневая магия Дариана, его звериный статус вожака, помноженный на агрессивную среду, сработал как абсолютный приказ.

Дариан сделал шаг вперёд.

— Сидеть, — скомандовал он на древнем, гортанном наречии.

К огромному шоку демоницы, все три гончие жалобно заскулили, поджали хвосты и синхронно плюхнулись на бархатистую землю, не смея поднять взгляд на возвышающегося над ними оборотня.

— Какого чёрта⁈ — взвизгнула суккуба, щёлкнув хлыстом. — Встать, ничтожества!

Дариан перевёл на неё свой золотой, немигающий взгляд. В нём читалась такая ледяная, садистская угроза, что демоница попятилась.

— Твои питомцы признали во мне вожака, — низко, вибрирующим голосом произнёс он. — И если ты сейчас же не уберёшься с моей дороги, я прикажу им сожрать тебя живьём. Начиная с твоих очаровательных крылышек.

Суккуба сглотнула. Она была существом похоти, а не войны, и прекрасно понимала, когда перед ней находился хищник, стоящий на вершине пищевой цепи. Бросив поводья, она развернулась и, цокая копытами, стремительно растворилась в багровом тумане переулка.

Гончие остались сидеть, преданно глядя на Дариана.

Рейз медленно вышла из ниши. Её брови поползли вверх.

— Знаете, де Морт, — протянула она, оглядывая послушных адских псов. — Если вас уволят из стражи после всего этого дерьма, вы сможете открыть отличную кинологическую школу. «Дрессировка от лорда-оборотня. Дорого, быстро, с элементами тёмной магии».

Дариан усмехнулся, и его глаза постепенно начали возвращать свой нормальный, человеческий цвет.

— Оставим это как запасной план, инспектор. А пока у нас есть транспорт и идеальная маскировка. Малакор не мог исчезнуть бесследно. Подобные ему всегда тянутся к центру силы.

Он подошёл к самой крупной гончей, потрепал её по жуткой, костяной морде, отчего тварь издала счастливый, урчащий звук, похожий на работу сломанного трактора.

— Ищи, — приказал Дариан, давая псам понюхать обрывок министерского векселя, который Рейз успела вытащить из портфеля. — Ищи запах гнили и дешёвых канцелярских чернил.

Гончие шумно втянули воздух, подорвались с места и уверенной рысцой направились в сторону центральной площади города.

Они шли за своими новыми проводниками около получаса. Жара становилась невыносимой, а стоны и вздохи, доносящиеся из каждого окна, превратились в сплошной, сводящий с ума белый шум. Рейз чувствовала, как по её спине катятся капли пота. Золотой шёлк платья лип к телу, а каждый вдох наполнял лёгкие жидким огнём, разжигая то самое, предательское желание внизу живота.

Она искоса поглядывала на Дариана. Лорд-командующий шагал рядом, всё так же держа её за шею (для вида, как он утверждал, хотя его пальцы иногда рефлекторно, почти ласково поглаживали её кожу). Его обнажённый торс блестел от пота, мышцы перекатывались под кожей при каждом шаге. Рейз вдруг поймала себя на том, что думает о его запахе.

«Отлов! Инструкция! Протокол! Штрафы за незаконную торговлю зельями!» — начала мысленно скандировать Рейз, пытаясь отогнать дурман. — «Отчётность за квартал. Дебет, кредит, баланс…»

— Мы пришли, — голос Дариана вырвал её из бюрократической медитации.

Гончие остановились перед колоссальным сооружением, которое возвышалось над всем городом.

Это был дворец, но дворец, выстроенный больным, извращённым разумом. Он походил на гигантскую орхидею, лепестки которой были вырезаны из чёрного стекла, а сердцевина пульсировала живым, нестерпимо ярким фиолетовым светом. Из стен дворца торчали огромные алхимические трубы — точно такие же, как на заводах министерства магии в их мире.

Здесь магия сплеталась с технологиями создания големов.

— Чёрный лотос, — прошептала Рейз, узнав очертания. — Вот где Малакор построил свой настоящий завод. Он качает энергию похоти и боли из этого мира, чтобы заряжать свои игрушки.

— И именно отсюда он планирует открыть стационарный портал для вторжения, — мрачно закончил Дариан. — Нам нужно внутрь.

Вход во дворец охранялся. У огромных, отлитых из бронзы ворот, украшенных барельефами сплетающихся в экстазе демонов, стояли двое стражей. Големы… модернизированные, покрытые чёрной бронёй, шипами и рунами.

— Ваши транквилизаторы на них не сработают, инспектор, — тихо заметил Дариан. — А я вряд ли смогу разорвать их голыми руками в своём нынешнем состоянии.

Рейз прищурилась, осматривая местность. Её взгляд профессионального аудитора, привыкшего искать лазейки в налоговых декларациях, быстро сканировал здание.

— Нам и не нужно идти через парадную дверь, барон. Посмотрите туда.

Она указала на боковую стену дворца, где на высоте второго этажа из стены выступала широкая, зарешёченная труба, из которой валил густой розовый пар.

— Вентиляция охладительной системы рунических реакторов, — с умным видом произнесла Рейз. — Если Малакор использует министерские чертежи, то эта труба ведёт прямо в машинное отделение, а оттуда можно попасть в главный зал.

— Вы предлагаете нам снова лезть в трубу? — Дариан изогнул бровь. — Ваша любовь к тесным, тёмным и грязным пространствам начинает меня пугать, Рейз.

— Я предпочитаю называть это «тактическим обходным манёвром», де Морт. К тому же, в прошлый раз вы так мило приземлились на меня в прачечной.

Она подмигнула ему, и в этот момент наваждение всё-таки взяло верх.

Дариан резко притянул её к себе. Его рука скользнула с её шеи на талию, сминая золотой шёлк. Он впечатал Рейз в прохладную обсидиановую стену в тёмном переулке, вдали от глаз големов-охранников.

— Если мы выберемся отсюда живыми, инспектор, — его голос превратился в хриплый, первобытный шёпот, обжигающий её губы. — Я покажу вам такие «обходные манёвры», от которых вы забудете все свои должностные инструкции.

Он не выдержал. Воздух Мальхары, близость смерти, адреналин и её запах сорвали стоп-кран. Дариан впился в её губы жадным, жёстким поцелуем.

В этом не было нежности. Это был голод. Его язык по-хозяйски, грубо вторгся в её рот, сминая любое сопротивление. Рейз тихо застонала, её руки сами собой метнулись к его волосам, пальцы впились в тёмные пряди, притягивая оборотня ещё ближе.

Она отвечала на поцелуй с такой же свирепой страстью. Мир вокруг сузился до вкуса его крови на губах. Его рука скользнула по её бедру, прямо через длинный разрез испорченного платья, обжигая кожу горячими пальцами.

Они отстранились друг от друга лишь спустя целую вечность, тяжело дыша, с расширенными зрачками, пульсирующими в такт безумному ритму этого мира.

— Сначала уволим министра, де Морт, — хрипло выдохнула Рейз, с трудом отлепляясь от стены и поправляя съехавший корсет. Её ноги дрожали. — А потом… потом вы напишете подробный рапорт о своих манёврах. В трёх экземплярах.

Дариан издал низкий, довольный смешок, в котором больше не было обречённости — только предвкушение охоты.

— За мной, инспектор. Пора надрать пару демонических задниц.