С момента знакомства Блоха и Ракеты прошло несколько месяцев. Из щенка Блох превратился в молодого пса. Он покинул семью и теперь жил в пустом подвале, где из найденных на свалке старых одеял соорудил себе уютный уголок. Вот только с едой было туго.

Во время очередной вылазки в поисках съестного пёс услышал, как крысы хвалят закусочную на соседней улице. Они называли это место «раем для гурманов». Именно здесь Блох и оказался сегодня. Со смаком слизывая кетчуп с бумажной тарелки, он вдруг услышал знакомый голос.

– Эй, малыш, это ты? Или нет? Ты так подрос! Помнишь меня? Это же я, Ракета! Такса на колёсах. Та самая, с мощным задним приводом! – крикнул старый лохматый пёс и помчался к Блоху.

Блох был рад снова увидеть турботаксу.

Ракета так лихо повернул и так мастерски затормозил рядом с Блохом, что шины на железной раме завизжали.

– О, ты нашёл картошку фри? Вкуснотища!

– Вообще-то только кетчуп! – смущённо кашлянул Блох, и у него громко заурчало в животе.

– Ну это лучше, чем ничего! Ты голоден? Смею заметить, ты изрядно отощал. Пойдём со мной!

Итак, Блох и Ракета помчались по дороге бок о бок. Впервые наш герой оказался на улице не с родными и не один, а с другой собакой.

Они миновали детскую площадку с ярко разрисованными стенами и несколько многоквартирных домов с зарешёченными подвальными окнами, откуда пахло стиральным порошком и грязными носками.

Посреди тротуара валялись сломанные кресла и стулья, светильники и даже унитаз. Асфальт был усеян окурками, обёртками от шоколадных батончиков и другим мусором.

Затем два приятеля оказались в квартале, где было много булочных, ресторанов быстрого питания и даже пиццерия. У Блоха слюнки потекли от соблазнительных запахов свежей выпечки и жаренной в жиру пищи. Но Ракета уверенно бежал дальше, к одному ему известной цели.

Добравшись до тупика, они проскользнули через дыру в строительном заборе на огороженную территорию. Ракета указал лапой на ветхий домик с заклеенными картоном окнами.

– Когда-то это был киоск, – объяснила такса, – но здесь уже давно ничего не продают. Теперь мы заняли эту чудную лачужку и поселились в ней. Подожди, я тебя со всеми познакомлю!

Ракета носом толкнул приоткрытую дверь, и та со скрипом распахнулась. Пёс ловко перепрыгнул через порог, Блох нерешительно последовал за ним. Его чуткий нос уловил незнакомые запахи странных животных, с которыми он раньше никогда не встречался.

– При-и-и-вет! – радостно пролаял Ракета.

Как только глаза Блоха привыкли к тусклому свету, он огляделся. Внутри домик был не таким маленьким, каким казался снаружи. Солнечный свет проникал через дыры в потолке, освещая деревянный пол и кирпичные стены. На полу валялись потрёпанные диванные подушки, придававшие всей обстановке довольно-таки уютный вид.

– Ну что, не ожидал? Снаружи лачуга, а внутри дворец! – засмеялся Ракета.

Пёс указал на яркую птицу, сидевшую между пустыми стеллажами на стареньком кассовом аппарате.

– Разреши представить тебе принцессу Караоке!

Ослепительная леди-попугай, с чёрной повязкой на правом глазу, отвесила глубокий поклон и прокричала:

– Йо-хо-хо, капитан Ракета! Что за мохнатого пирата ты привёл на борт? Добро пожаловать на палубу, четвероногий моряк! Можешь звать меня Кара. Я живу в городе, но на самом деле я пиратская принцесса. И, конечно же, настоящая артистка!

Кара принялась танцевать, так что клавиши на кассе весело застучали. Наконец раздалось звонкое ДИНЬ, и снизу выехал ящик.

– А ты кто такой будешь? – поинтересовалась она.

– Э-э-э, я Блох! – застенчиво ответил новичок. Он не успел как следует представиться, потому что Ракета вновь принялся болтать без умолку.

– Чувствуй себя как дома, Блох! Принцесса Кара долго жила на корабле и привыкла зорко за всем следить. Она рассказывает, что плавала с пиратами в Карибском море, но на самом деле это был всего лишь круизный лайнер для пенсионеров, который курсировал по Балтике. Кара работала ассистенткой фокусника, поэтому у неё в запасе немало забавных трюков.

Птица тем временем схватила с пола пустую жестянку из-под газировки, ловко подбросила её вверх, поймала и вновь подбросила. Блох уже видел такое раньше, когда жонглёры развлекали публику на улицах. Кара жонглировала ничуть не хуже, а ещё она умела балансировать с банкой на кончике клюва.

Блох подпрыгнул и восторженно залаял, а Кара раскланялась на все стороны.

Ракета продвинулся в глубину комнаты.

– А там, на стеллаже со сладостями, расположился наш друг Крекер! – объяснил он. – Очень умный и сообразительный зверёк. Только не упоминай при нём мышей. Крекер их не выносит, понимаешь?

Блох вздрогнул, заметив на полке толстую крысу, с кривыми жёлтыми зубами и рваным ухом. Он вспомнил, как в детстве такой же мерзкий грызун утащил у него бутерброд с джемом. Минуточку – ведь у той крысы тоже было порвано ухо. А что, если… Блох почувствовал, как по спине пробежал холодок, а шерсть встала дыбом. Всё представилось так явно: запах хлеба и джема, которых ему так и не удалось попробовать! От этого у пса громко заурчало в животе.

Похоже, крыса тоже услышала это урчание.

– Слопать меня захотел, наглец лохматый! Ишь чего вздумал! – проворчал Крекер и одним большим прыжком спрятался за грудой выцветших открыток.

– Да ничего я такого не хотел! – попытался объяснить Блох и вдруг услышал, как в тёмном углу киоска кто-то рассмеялся.

– Не бойся, Крекер просто шутит! – послышался дружелюбный голос.

Только сейчас Блох увидел в углу потёртое кожаное кресло. На нём уютно устроился и что-то жевал енот.

– Это Бормотунья, наша главная любительница вкусно покушать! Тебе, наверное, интересно, что она такое жуёт. Мы нашли в киоске полный автомат жвачки. Лично я терпеть её не могу, а Бормотунье нравится! Как говорится, у каждого свой вкус: кто любит дыню, а кто арбуз!

Енотиха выдула пузырь жвачки и подмигнула Блоху. Затем она протянула лапу к автомату и повернула рычаг. Щёлк! Ловко открыв крышку, Бормотунья двумя лапками достала маленький красный шарик. Ага, так это и есть жвачка!

– Попробуй! – енотиха бросила шарик, и тот покатился прямо под нос Блоху.

«Наконец хоть какая-то еда!» – подумал Блох и с любопытством понюхал угощение. Пахло малиной. Пёс взял конфету зубами и осторожно укусил. Шарик хрустнул и рассыпался, во рту оказалась кислая мягкая масса. Блох принялся жевать, пытаясь понять, нравится ему или нет.

Ракета тем временем продолжил:

– Бормотунья – отличная скалолазка, очень сильная и ловкая. Она незаменима, когда мы идём на большое дело! Но от этого, конечно, здорово устаёшь, поэтому Бормотунья обожает поспать.

В эту минуту енотиха сладко зевнула.

Ракета усмехнулся:

– Ну вот ты и познакомился со всей нашей командой: Карой, Крекером и Бормотуньей. Меня ты уже знаешь. А теперь расскажи о себе.

Блох хотел было ответить, но вместо слов издал только приглушённый вой, потому что в его пасти застряла жвачка.

Все рассмеялись. Выплюнув резинку, Блох рассказал, что вырос за мусорными баками, где вкусно пахло пиццей, банановой кожурой и колой. Что у него было шесть братьев и сестёр, но все они уже разбежались кто куда.

Похоже, рассказ Блоха произвёл на всех хорошее впечатление. Только Крекер как будто был недоволен и с подозрением рассматривал новичка. Кара тем временем спрыгнула с кассы и похлопала Блоха крылом по плечу.

– Ещё один пират на борту не помешает! – проскрипела она.

– Мы поддерживаем друг друга и делимся добычей! – объяснила Бормотунья.

Ракета кивнул и добавил:

– Мы не бросаем друг друга в беде!

Кара в восторге захлопала крыльями:

– Мы самые классные! Самые бесстрашные! Мы ничего не боимся!

Бормотунья кивнула:

– Вот именно, совсем ничего! Кроме темноты… пауков… дождевых червей… пластиковых пакетов… А ещё быстрых машин… грозы… новогодних фейерверков… и шумных детей…

Крекер возмущённо покачал головой.

– Что за глупости! – перебил он Бормотунью. – Это наш район! Все улицы здесь принадлежат нам. Другие животные дрожат от страха, увидев нас! Мы ничего не боимся! Мы дерзкие и бесстрашные! Во всяком случае, я.

Он засмеялся, но потом испуганно вздрогнул:

– Слышите, там кто-то шуршит? Вон там! – он указал лапкой на груду скомканных газет. – Вы тоже слышали этот шорох? Там наверняка кто-то есть! А-а-а!!!

В панике Крекер застыл посреди комнаты, закрыл глаза лапками и закричал:

– Чур, я в домике! Раз я ничего не вижу, значит, и меня никто не видит! А-А-А-А!

Из-под груды газет вылезла большая толстая муха.

– Простите, я тут задремала, так что нужно было немного размяться. Не хотела вас напугать! – извинилась она и с жужжанием улетела.

Все захихикали.

Ракета вопросительно посмотрел на Блоха:

– Ну что, хочешь к нам присоединиться?

У Блоха даже в животе защекотало от волнения. Они хотят принять его в свою команду! Его, бродячего пса! Больше ему не придётся искать еду в одиночку. И все такие симпатичные, кроме чудаковатой крысы. Блох очень переживал, но старался не показывать этого.

– Конечно! – рявкнул он. – Это большая честь для меня!

– Ну тогда добро пожаловать! – радостно закричали Ракета и Бормотунья.

– Но раз нас стало больше, нужно придумать название для нашей команды! – предложила енотиха. – Например, «Крутые мордочки»…

– «Крутые мордочки и клюв»! – дополнила Кара.

Ракета покачал головой:

– Нет, это слишком сложное и странное название.

– Нас пятеро. Может быть, «Могучая пятёрка»? – предложила Бормотунья.

– Пахучая? – удивился Крекер, обнюхивая шерсть Блоха. – Этот ещё какой пахучий!

– Эй! – огрызнулся Блох и зарычал на крысу.

Бормотунья вскочила с кресла и забегала по комнате.

– Давайте подумаем вместе! Что у нас общего? – размышляла енотиха.

Крекер сморщил нос и внимательно оглядел каждого.

– Мы все довольно симпатичные. Ну, почти все… Как вам «Симпатяги из киоска»?

– Ску-у-учно! – скривилась Кара.

Ракета и Бормотунья поддержали её.

Блох тоже был вынужден согласиться.

– Что ещё нас объединяет? – размышляла Бормотунья.

– Мы все живём на улице! – вмешался Блох, шевеля ушами. – Как насчёт… как насчёт «Банды бродяг»?

– Ура! – с восторгом закричали остальные. – Мы – Банда бродяг!

Все ликовали. Крекер бил себя лапой в грудь, как обезьяна, Ракета кружил по комнате, Кара кланялась, а Бормотунья с одобрительной улыбкой подняла большой палец вверх.

– Один за всех и только лучшее для нас! – крикнул Ракета и сделал ещё один круг по киоску.

Кара, Крекер, Бормотунья и Блох дружно подхватили:

– Один за всех и только лучшее для нас!

Ракета снова взял слово:

– А теперь, ребята, давайте спланируем наше первое большое дело! Мы всем покажем, кто здесь главный!

Все дико залаяли, запищали и завизжали.

Только Крекер пробормотал:

– Я всегда думал, что главный здесь – мэр города.