В древности на познавшего Дао смотрели как на непостижимую и сокровенную тайну.

Потому что его невозможно было понять, а описание его лишь отдаленно соответствовало действительности:

Он осторожен, будто переходит реку зимой;

Он осмотрителен, будто окружен врагами;

Он держит себя в руках, словно находится в гостях;

Он расслаблен, словно тающий лед;

Он далек от утонченности, подобно необработанному дереву;

Его разум открыт, словно пустая долина;

Он неясен, словно мутная вода.

Взбаламученная вода постепенно становится чистой, если оставить ее в покое.

То, что представляется неподвижным, на деле оказывается медленно текущей жизнью.

Тот, кто хочет познать Дао, не стремится к совершенству.

Потому что несовершенное старое вечно молодо внутри.

Тающий лед

В своем комментарии к этой главе Ван Аньши отмечает, что shèngrén (это слово обычно переводится как «мудрец») начинает с того, что просто действует в соответствии с Дао, но в итоге становится единым целым с ним. В таком состоянии он видит то, что мы не можем увидеть, понимает то, что нам непонятно. Мы находим таких людей загадочными, как глубокое горное озеро, дно которого недостижимо.

Пожалуй, что-то похожее происходит при подъеме на гору. Только те, кто уже взобрался на вершину, могут увидеть, что находится на другой стороне. То, как они радуются, ликуют, удивляются и кричат, может показаться загадочным для тех, кто еще находится внизу.

Будучи не в состоянии описать словами, каково это – стать единым с Дао, мы прибегаем к метафорам. Один из самых ярких образов в этой главе – «расслаблен, словно тающий лед». Я нахожу, что Ван Аньши объясняет его особенно красиво: «В самом начале человеческий дух не испытывает препятствий. Но затем он затуманивается и увязает в мирских заботах. Познавшие Дао, напротив, пробуждаются, чтобы растопить все мирские неурядицы подобно тому, как тает лед весной».