Можно подумать, что чувство юмора всего лишь отражает наш вкус в шутках, и от него зависит, что мы находим смешным или несмешным. Но на этом его плюсы не заканчиваются. Юмор стимулирует множество областей мозга, где происходит его осмысление, и он вполне заслуживает звания шестого чувства. Люди, регулярно тренирующие чувство юмора, успешнее и в жизни, и в любви, и в карьере, и в обучении. Юмор – основной элемент эффекта смеха. И не переживайте, если вы не прирожденный комик; как и все наши чувства, юмор можно совершенствовать.

Слово «юмор» (humour) появилось благодаря древнегреческим лекарям, которые предположили, что организм человека находится во власти четырех первоначальных жидкостей (гуморов), влияющих на его здоровье и темперамент. Веселье считалось одним из этих элементов.

В последующие века лучшие умы человечества пытались понять, как и почему рождается юмор, – и всегда брались за дело с превеликой серьезностью. Платон, Аристотель, Гоббс и Декарт считали, что юмор – признак превосходства. «Я считаю, что мне весело, следовательно, я считаю, что я лучше, чем ты». Когда Дарвин обратил свой светлый взор на юмор, его высмеяли за идею о том, что некоторые животные – за исключением зимородка-хохотуна и гиены, конечно, – смеются и даже проявляют чувство юмора. Изображения Зигмунда Фрейда, основателя психоанализа, указывают на его вечную глубокомысленность и серьезность, однако он обожал смешные шутки и истории, и склонность к юмору была одним из его отличительных качеств. Добавим теорию облегчения Фрейда в наш юмористический винегрет: смех позволяет выпустить пар и накопившуюся «нервную энергию». Юмор действует как клапан давления для подавляемой психической энергии, давая ментальную передышку. Фрейд предполагал, что остроумие и чувство юмора рождаются в бессознательном и представляют собой здоровый защитный механизм, избавляющий от тревожности и эмоциональной боли. Вторя словам песни австралийской рок-группы Skyhooks, написанной в 1970-е годы, Фрейд считал, что «эго» – мерзкое словечко, почти ругательство, и что люди, преодолевающие трудности с помощью юмора, проявляют невероятно сильное эго:

«Подобно шуткам и комичности, юмор приносит некое освобождение; однако он также не лишен величественности и возвышенности, отсутствующих в двух других способах получения удовольствия через интеллектуальную деятельность… что является неоспоримым доказательством неуязвимости эго. Эго отказывается реагировать на провокации действительности, не позволяет навязывать ему страдания. Оно провозглашает, что травмы внешнего мира не затрагивают его; оно демонстрирует, по сути, что подобные травмы – не более чем возможность получить удовольствие»[61].

Теория Фрейда противоречила теории несоответствия юмора, выдвинутой такими философами, как Кант и Шопенгауэр, утверждавшими, что юмор рождается, когда логичное и привычное уступают место явлениям, которые обычно не сочетаются, например, гавайская рубашка с галстуком. Приведем другой пример.

Парень увидел возле дома объявление со словами «Продается говорящий пес». Заинтригованный, он заходит в дом.

– Ну, что ты можешь сказать о своей жизни? – спрашивает он пса.

– Я прожил насыщенную жизнь, – отвечает пес. – Я жил в Альпах и спасал людей из снежных обвалов. Затем я служил своей стране в Ираке. А теперь я читаю книги подопечным дома престарелых.

Парень поражен. Он спрашивает владельца собаки:

– Почему вы хотите продать такого потрясающего пса?

На что владелец отвечает:

– Потому что он постоянно врет! Ничего такого он не делал!

Нашли ли вы шутку о говорящей собаке смешной или нет – ненадежный барометр здоровья вашего чувства юмора. Не все несовпадения смешны, и не все смешные ситуации вызывают смех. Как мы говорили, смех может родиться даже в неюмористической ситуации. В целом юмор проявляется в той или иной форме поведения: чаще всего в смехе и улыбке, а иногда хохоте и даже хрюканье. Вот что отличает юмор от веселья и радости.

Вопреки многим попыткам найти одну обобщающую теорию о чувстве юмора, анализировать юмор – это как анализировать любовь. Он не поддается никаким расчетам. Это, конечно же, не остановило квантовых теоретиков. Канадские и австралийские исследователи использовали математические формулы, чтобы понять когнитивный юмор, и в итоге сформулировали квантовую теорию юмора. Она гласит: вероятность того, что шутка покажется вам смешной или несмешной, пропорциональна проекции понимания индивидом шутки на вектор, отражающий забавности[62]. Не знаю, как вы, а мой мозг отключился на слове «пропорциональна».

Юмор – крайне сложное врожденное чувство, многогранное поведение, охватывающее когнитивные, эмоциональные и моторные реакции. Если стимул признан смешным, он запустит осознанную и неосознанную реакцию, ведущую к физиологической (смех), когнитивной (остроумие) или эмоциональной (веселье) реакции или же их сочетанию[63]. Чтобы понять юмор, мозг должен пройти два этапа. Первый этап – воспринять элемент неожиданности в юморе, когда происходит нечто непредсказуемое. Второй этап – выйти за рамки неожиданного и найти в этом какой-то смысл.

Нейроученые даже обнаружили (случайно), откуда берется этот смысл. Изучая причины тяжелой формы эпилепсии у молодой женщины, они внедрили электрод в ее череп. Чем больше они стимулировали определенную часть мозга, тем больше она смеялась. Вместо того чтобы найти причину ее припадков, они обнаружили мышцу смеха – область мозга под названием «поясной пучок». Состоящий из белого вещества, этот пучок связан со многими областями мозга, отвечающими за эмоции. Стимуляция этой области мозга, как оказалось, вызывает и смех, и связанные с ним эмоции[64].

Повод для смеха мы находим в нашем социальном, культурном и семейном опыте. Как утверждает Норман Казинс: «То, что одному смешно, другому скучно»[65]. Я уверена, что мои любимые шутки ужасно смешные, однако моя семья почему-то придерживается иного мнения. Хотя юмор – не эмоция, он может влиять на наши эмоции. Конечно, не всякий юмор и веселье вызывают смех, но они настраивают наше сознание на оптимизм и позитив. Задействованы разные нейромедиаторы, и в мозге возникает нечто вроде перегородки – негативные мысли с одной стороны, позитивные мысли с другой.

Позитивный юмор, как правило, ассоциируется с высокой самооценкой, оптимизмом и удовлетворенностью жизнью и, соответственно, с меньшей депрессией, тревожностью и стрессом. Это способ выразить свою человечность через эмпатию и доброту. Как говорил американский актер, комик Робин Уильямс: «Комедия позволяет смеяться над безумием; вы осознаете, насколько жизнь абсурдна, – и ее боль, и ее красота. На краткое мгновение мы становимся единым целым и говорим: «Ура, все мы люди»». Напротив, негативный юмор (сарказм, оскорбление, издевка) вредит ментальному здоровью, вызывая печаль, а не радость.

Многогранность юмора можно понять с помощью опросника стилей юмора, который выделяет четыре вида юмора. Два из них позитивно влияют на психосоциальное здоровье и благополучие; два других оказывают негативное воздействие. Перечислим их: самоутверждающий, аффилиативный (укрепляет отношения с другими людьми), агрессивный (самоутверждение в ущерб другим людям) и самоуничижительный (укрепляет отношения с людьми в ущерб себе). Мужчины набирают больше баллов по агрессивному и самоуничижительному видам юмора[66]. Нейровизуализация мозга также показывает, что мужчины и женщины по-разному воспринимают юмор.

Искусство – одна из немногих сфер, где негативный вид юмора выходит на первый план. Вспомните комичные оскорбления в пьесах Шекспира, например: «Жирный, словно масло» из «Генриха IV» или шутки в современном сатирическом театре, фильмах, телесериалах и мюзиклах, где акцент делается на черный юмор: «Книга мормона», «Магазинчик ужасов», «Авеню Кью», «Продюсеры», «Кролик ДжоДжо», «Смерть на похоронах», «Южный парк», «Рик и Морти», «Книжный магазин Блэка» и комик-группа «Монти Пайтон» предлагают богатый выбор отрубленных конечностей и фонтанов крови, а также гигантскую ногу, безжалостно топчущую все вокруг. Все зависит от того, насколько вам нравится заигрывать с темной стороной жизни. Тонкая грань отделяет сатиру и фарс, трагедию и комедию.

* * *

Как перчатка соответствует размеру нашей руки, так и чувство юмора индивидуально, и появляется оно чуть позже, чем смех, – начиная с семи месяцев от рождения. Наше чувство юмора верно служит нам в течение всей нашей жизни, являясь не просто реакцией на что-то очень смешное, а выполняя важную социальную функцию. Юмор создает благотворную атмосферу для детей, когда они учатся новому и реагируют на внешнюю среду. Поскольку дети быстро адаптируются, для них стимулы веселья и смеха меняются так же быстро, как размер ноги. Сначала у них вызывает заливистый смех простое «ку-ку», потом смешные звуки животных, а потом наступает этап, которого боятся многие родители, – туалетный юмор.

Как все дети, мой сын обожал пукательный юмор. Одно воспоминание навсегда запечатлелось в моем сознании: собеседование с директором начальной школы, где мой сын должен был учиться.

– Ты рад, что будешь учиться в школе? Что тебя радует больше всего?

– Какашки, какашки, какашки, – ответил мой сын. Сгорая от стыда, я очень вежливо намекнула своему чаду, что надо придумать более благоразумный ответ, он посмотрел на меня и повторил как ни в чем не бывало: – Какашки.

К счастью, это собеседование было скорее формальностью, а не экзаменом, и через несколько недель его приняли в школу, куда он и отправился учиться в своей новой форме, которая висела на нем мешком, даже не подозревая о том, что он навеки опорочил нашу прославленную (ха-ха-ха) семью.

Чувство юмора настолько тесно связано с человеческим развитием, что, как и у детей, у него тоже бывает подростковый период. Смешным кажется все, что хоть сколько-нибудь неуместно, например, неудачная прическа учителя или оговорка во время доклада. Ну и, конечно же, есть такая тема, как СЕКС. Ах, если бы в реальной жизни секс был таким же смешным, как в голове у подростка! На этом этапе, когда прыщи и другие «сюрпризы» тела возникают, казалось бы, из ниоткуда, юмор часто помогает спрятать беспокойство. Хотя он бывает чересчур язвительным, когда подростки соперничают за место в социальной иерархии.

Словно сыр, наше чувство юмора зреет под влиянием жизненного опыта – хорошего или плохого. То, что нас смешило в детстве, уже не вызывает даже улыбку, по мере того как наше чувство юмора усложняется, подстраиваясь под жизненный стресс. Мы находим юмор в тех или иных ситуациях, пытаясь осмыслить сложные темы. Помимо всего прочего он укрепляет наш иммунитет к стрессу. Возьмем хотя бы пауков! Одно исследование показало, что терапия юмором так же эффективна против арахнофобии, как традиционная десенсибилизация[67].

Вполне возможно, что наш иммунитет улучшается потому, что регулярная активация юмора делает нас сильнее, лучше. В конце концов, чувство юмора – сильная черта характера, и она указана в классификации ценностей Values in Action (VIA), разработанной К. Петерсоном и М. Селигманом в рамках позитивной психологии, где перечислены 24 сильные стороны человека и шесть универсальных добродетелей[68]. Оказывается, юмор прекрасно сочетается со всеми добродетелями, а больше всего с человечностью, мудростью и трансцендентностью[69]. Воздействуя на тело, разум и дух, юмор попал в категорию трансцендентности (что неудивительно) вместе с умением ценить красоту и совершенство, благодарностью, надеждой и духовностью. Люди, у которых чувство юмора одна из ключевых черт или характерных особенностей, склонны думать о позитивных аспектах своего прошлого, настоящего и будущего.

Существуя только в нашем сознании, а не в физическом мире, юмор опровергает все общепринятые правила. Искру юмора и смеха можно встретить в самых неожиданных местах, в самое мрачное время. Австрийский невролог, психиатр и автор книги «Человек в поисках смысла» Виктор Франкл пережил ужас четырех концентрационных лагерей за три года, включая Освенцим, где умер его брат и была убита его мать. Во время своего заключения Франкл принял мудрое решение не оставлять юмор на волю случая. Вместе с другом он пообещал себе придумывать хотя бы одну веселую историю в день о том, что может случиться после освобождения. Он голодал, но его воображение никогда не оставалось без пищи. Юмор позволил радоваться жизни, хотя бы на мгновение почувствовать легкость и веселье, несмотря на пребывание в концлагере, где все было пропитано страданием. Хотя его истории были посвящены будущему, они повлияли на настоящее, внушая надежду вопреки боли и скорби. Юмор позволил людям чувствовать себя людьми – хотя именно это нацисты пытались уничтожить изо всех сил. Он помог людям подняться над повседневностью, на совершенно другой уровень, где привычные правила больше не действовали. Как вид «духовного сопротивления», шутки стали оружием, юмор и смех стали проявлением силы. Даже Гитлер был обеспокоен этим, жалуясь в одной из своих речей на то, что евреи смеются над ним. Фюрер чувствовал себя непобедимым на поле боя, когда его танки прошлись по Европе, но он очень боялся быть осмеянным[70].

Можно утверждать, что юмор создан для борьбы с невзгодами. Люди, пережившие холокост, рассказывали, что человек со здоровым чувством юмора мог вынести больше, чем остальные[71]. Юмор способствовал эмоциональному выживанию и мог выражаться в виде карикатур, сатирических песен или театральных представлений. Комики и шутники помогали хоть немного облегчить жизнь посреди страха и перенаселенности Варшавского и Лодзинского гетто. «Юмор нужен не на длительное время, он нужен на одно мгновение», – сказал один из выживших. Пока был юмор, была и надежда. Пока был смех, была и жизнь. Даже в атмосфере безысходности время от времени раздавались смешки, остроты и шутки. Пусть даже ненадолго, это позволяло людям перенестись «в мир, где все хорошо и человеческим страданиям положен конец»[72]. Как сказал писатель Марк Твен: «У человечества есть одно крайне эффективное оружие, и это смех».

Шутить, когда ваша жизнь – сказка, легко. А вы попробуйте найти смешные моменты, когда жизнь превращается в муку. Вот тогда и пригодится эффект смеха. Я позаимствовала эту философию много лет назад, когда ложилась в больницу, где мне должны были восстановить кишечник. «Я пришла с двумя мешками, а уйду с одним», – сказала я медсестре. Она не сразу поняла, что я имею в виду удаление моего илеостомного мешка. Так я старалась избавиться от волнения и страха, которые зашкаливали. Последние несколько месяцев дались мне тяжело. И это еще мягко сказано. Я готова была уцепиться за любую соломинку, хваталась за любой повод для шуток. Я шутила с больничным персоналом насчет того, почему я выбрала именно этот день для операции, – все дело в бананах! Мощный циклон уничтожил запасы бананов в Австралии, и цены взлетели до небес, но даже за большие деньги их сложно было найти. Но больничная кухня кормила меня бананами в неограниченном количестве. Смехотворность ситуации подняла мне настроение, а мои шутки, в свою очередь, повеселили медсестер. Они вышли из палаты улыбаясь и, возможно, передали эффект смеха другим пациентам.

Две сложные операции за несколько месяцев стали серьезным испытанием не только для меня, но и для всей моей семьи, особенно для моих мальчиков. Понимая это, я старалась найти повод для шутки и не воспринимать ситуацию слишком серьезно. После восстановления кишечника мне объяснили, что первым признаком выздоровления будет, если я смогу пукнуть. В ожидании этого знаменательного события мой сын Зак звонил в больницу каждый день и спрашивал, пукнула я или нет. На третий день после операции я с трудом дотянулась до телефона, чтобы поделиться с ним хорошими новостями. Я с наслаждением слушала, как Зак передает новости другим членам семьи: «Мама пукнула, мама пукнула!» Так что пукательный юмор актуален в любом возрасте. Мой юмористический настрой повлиял на юмористический настрой моей семьи, и долгожданная доза смеха наконец-то прогнала страх и напряжение. Иногда жизнь становится слишком серьезной, чтобы воспринимать ее всерьез! Как говорит американский писатель и «смехолог» Аллен Клейн в книге «Целительная сила юмора»: «Иногда мы не видим, как важно смеяться в мрачные времена, потому что нас ослепляют слезы». Далее он утверждает: «Возможно, боль не исчезнет, но юмор облегчит страдания и напомнит вам, что вы хозяин своей жизни, несмотря на беспомощность, которую вы сейчас ощущаете».

Психолог и специалист по смеху Стив Султанов считает, что «юмор помогает проявиться счастью, а когда мы испытываем счастье, другие эмоции, такие как депрессия, тревожность и гнев, исчезают – по крайней мере, ненадолго, – поскольку невозможно испытывать счастье, гнев и страх одновременно». Мы зачастую накапливаем негативные эмоции глубоко внутри себя, вместо того чтобы выражать их. Смех и юмор позволяют безопасно избавиться от этих эмоций.

Страх действует на наш организм как зыбучий песок. Он сковывает и обездвиживает. Приучая себя к легкому отношению к жизни, мы учимся мыслить шире. Это помогает расширить и укрепить свои позитивные эмоции, как говорит американский профессор позитивной психологии Барбара Фредриксон, создатель теории расширения и укрепления. Она опирается на принцип волнового эффекта позитивных эмоций, расширяющих осознанность и реакцию на события, а также укрепляющих внутренние ресурсы и защитные навыки, повышающие стрессоустойчивость[73]. Когда мы смеемся над своей болью или смотрим на нее с неожиданной точки зрения, травма заметно ослабевает. Это позволяет мозгу вспоминать тяжелый период или событие из вашей жизни менее болезненно. И вот мы уже вспоминаем «пукательный день» и улыбаемся, вместо того чтобы заново переживать боль и страх – а вдруг мой кишечник больше никогда не сможет нормально функционировать.

В этом смысле я взяла на себя главную роль юмориста в больнице. Если шутит больничный персонал, в этом всегда есть риск, поэтому в терапевтическом контексте юмор редко используют. Однако голландское исследование, в котором участвовали специалисты из онкологического центра, показало, что юмор помогает облегчить стресс, вызванный болезнью. Оказалось, что 97 % онкологов используют юмор. Все они признались, что иногда смеются на консультациях, а 83 % испытывали на себе позитивное влияние смеха[74].

А если вы сейчас подумали: «Они же голландцы, неудивительно, что они хихикают с утра до ночи», позвольте заверить вас, что в этом исследовании обошлись без стимуляторов растительного происхождения. Несмотря на свое тяжелое состояние, пациенты считают, что юмор облегчает разговоры на сложные темы и позволяет хотя бы немного приуменьшить проблемы. Хотя юмор эффективен не всегда. Иногда его считают неуместным – в основном из-за разных вкусов. Однако юмор помогает облегчить эмоциональную боль, показывая человечность команды медиков. Он позволяет всем приспособиться к обстоятельствам и выстроить позитивные отношения, особенно когда это осознанный выбор пациента[75]. Как в моем случае.

Черного юмора (когда шутят над опасными для жизни или другими серьезными ситуациями) следует избегать. А один из самых деструктивных и пренебрежительных, циничных советов, какие можно дать человеку, – сказать ему, чтобы он посмеялся над своими проблемами. Важно подстроиться под настроение каждого отдельного пациента. Готов ли он посмеяться над своей болью? Комик Стив Мартин шутит: «Сначала врач сообщил мне хорошие новости: у меня обнаружили заболевание, которое назовут в мою честь».

МИНУТКА ЛЕГКОЙ БЕЗЗАБОТНОСТИ

Вы можете вспомнить случай, когда юмор (и последующий смех) облегчил стрессовую ситуацию?

Кто был инициатором юмора, вы или кто-то другой?

Как смех повлиял на ваш уровень стресса в тот момент?

Что вам запомнилось больше всего – стресс или неожиданный юмор?