Шейх. Его (не)любимая

Анна вернулась к мужу, которого выбрала не сердцем, а отчаянием. Она носит его кольцо, укладывает спать его младшую дочь, отвечает на его нежность натянутой улыбкой — и каждый день прячет от него правду, от которой сама не в силах отвернуться. Работа в отеле, где всё началось, должна была стать новым началом. Но ступив в холл, она поняла: стены помнят лучше, чем она хотела бы.

Анна выстроила себе жизнь из обязанностей. Она бережет Киру, словно ту самую дочь, которую у неё украли. Она гладит мужа по волосам, когда он просит о ребёнке, и молча уходит в комнату, где хранит чужое сердце — кулон, оставленный другим. Её слабость не в том, что она не умеет любить. Она умеет слишком хорошо, и это чувство привязано к человеку, которого предала, и к дочери, которую, может быть, уже нет.

Саша верит, что терпение растопит лёд. Кира ждёт, когда мать вернётся и заберёт её от приёмной. А Анна молится, чтобы прошлое не постучало в дверь — потому что оно уже стоит за порогом, и она сама идёт ему навстречу, шаг за шагом, притворяясь, что выбора нет.