Глава 16
Арканис
Лес быстро закончился. Мы шли молча. Вивиан плелась чуть впереди, а я за ней.
Дракон внутри меня требовал свободы, но я держал его. В город нельзя было так вероломно
вламываться. Сделаем все тихо: просто двое путников, ничего интересного.
В кармане завибрировал магофон. Увидев, кто звонит, я обрадовался. Это был
Варрен.
— Слушаю.
— Вид идентифицировал, — без предисловий начал мужчина сухим тоном. — Мы имеем
дело с бирогерамской бабочкой. В нашем королевстве она не водится. Ареал ее обитания — это
восточное побережье Остланда. Она культивируется искусственно. Мы порылись в архивах и нашли
три упоминания. Все они засекречены, но датированы одним десятилетием. Это насекомое
предположительно использовалось как инструмент политического давления.
— Поймать можно?
— Только если хозяин бабочки решит ее снова выпустить. У меня еще кое-что. — Он
откашлялся и продолжил: — Насекомое-вектор воздействует через пыльцу крыльев при
непосредственном контакте. Следов в магическом резерве жертвы не оставляет. Именно поэтому
стандартные амулеты ничего не дали.
— Мне нужна живая особь, — проворчал я.
— Понимаю. Как я уже говорил, эти бабочки связаны со своим хозяином. Найдете
его, найдете и образец.
Я попрощался и, убрав телефон, задумался. Ясное дело, что это либо кто-то из
свиты принцессы Алисии, либо… кто-то решил саботировать этот брак. История их давно
известна. Сначала королевства договаривались между собой, но потом отец Ирмины, который в
итоге оказался ей вовсе не родным, сорвал ту сделку, перенаправив взгляд принца на дочь. Но
Ирмине удалось улизнуть от этого брака, и начались повторные переговоры между королевствами
Остланд и Нортвелл. Вариантов, кто это мог быть, — множество: от недовольных браком двух
королевств до какого-нибудь ревнивого любовника Алисии.
Я перевел взгляд на Вивиан. Но вот не она точно. Эта девушка стала послушной
марионеткой в чьей-то большой игре.
Тем временем Эшберд, не отрываясь, смотрела на город, как будто что-то запоминая
у себя в голове.
— Пошли, — взял я ее руку и повел к спуску с холма.
Внизу нас сразу же окунуло в запахи и звуки. Вивиан боязливо жалась ко мне и
вертела головой. На углу она остановилась у лотка. Там жарили лепешки на открытом огне.
Пахло луком и мясом. Я увидел, как девушка на секунду закрывает глаза, чтобы просто вдохнуть
аромат.
Кхар!
Это не совсем безопасно, но я вытащил магофон и, приложив к синему кристаллу у
продавца, купил ей миску горячего бульона и пакет с пирожками.
Она взяла чашу обеими руками и вдохнула. Я на мгновение залюбовался этой
картиной, и так стало тепло и одновременно жалко ее.
Через два квартала мы нашли неприметную гостиницу. Это именно то, что нужно.
Хозяин за стойкой окинул нас критическим взглядом. Да, вид у нас был не очень: грязные,
усталые, с царапинами и синяками. Но тактично промолчал. Видимо, и не такие посетители сюда
приходили.
— Одну комнату, пожалуйста, — произнес я. — Мы муж и жена.
Вивиан ничего не сказала, но я чувствовал, как ее пальцы впились в мою руку.
Хозяин же тактично промолчал, просто выдав нам ключи и взяв оплату.
Комнатка оказалась небольшой, но тут было все, что нужно: кровать, стол, ванная.
Вивиан сразу же прошла к окну и посмотрела вниз на улицу. Я же наскоро привел
себя в порядок и метнулся в соседний магазин одежды, чтобы купить все новое.
Поскольку выбора там было немного, я взял для Эшберд синее платье. Штанов ее
размера не нашлось: слишком худая. Еще купил для нее белый теплый свитер и такого же цвета
кеды. Себе же — джинсы, футболку и новую куртку. У старой такой вид, будто ее жгли.
Подойдя к отделу нижнего белья, я сначала немного стушевался. Еще никогда мне не
приходилось выбирать для женщины такие деликатные вещи. Но в итоге я все же выбрал белые
кружевные трусики и бюстгальтер.
Конечно, я почти на глаз определял размер. Но доверился профессиональному чутью.
Оно меня редко подводило.
Когда я зашел в номер, Вивиан просто спала. Девушка вырубилась в таких
человеческих условиях.
Я же сходил в душ и переоделся, а потом сел за стол и стал рассматривать все
данные, которые мне пришли. Хорошо, что у меня магофон, а не обычный человеческий телефон.
Тот бы уже давно разрядился или сдох от соленой воды. У магофонов есть интересная фишка: они
работают на кристалликах, а те подпитываются от твоего внутреннего резерва и пользоваться
ими могут лишь маги.
Сидя напротив спящей Вивиан, я рассматривал все материалы, которые не мог хорошо
изучить, пока мы шли.
Своим сотрудникам я дал задание опросить тех странных двоих, что вызвали у меня
подозрение. И сейчас пришли результаты: типы мутные, однако ничего конкретного. Один —
советник Алисии, второй — приближенное лицо. А вот насколько это лицо приближено? Ответа мне
никто не дал. Любовник? Да нет, слишком стар. На фото мужчина больше походил на престарелого
профессора. А может… это и есть разгадка?
Картинка, казалось бы, почти собралась, но не хватало деталей. Я понимал одну
вещь: мне надо сделать из Вивиан еще раз их марионетку. Чтобы поймать за руку и выманить эту
гниль. Но сердце бешено стучало даже от одной мысли об этом.
Завибрировал магофон, и я, чтобы не будить девушку, вышел на балкончик.
Это оказалась одна из моих бывших. Рамиля.
— Арканис, ты где? — протянула она елейным голоском. — Я тебя уже столько дней
не видела. Может, забегу к тебе вечером?
— Ты не вовремя, — буркнул я. — И нет, меня еще не будет какое-то время.
— Я соскучилась. Ты мне позвонишь, когда будешь свободным?
— Да. Наберу.
Я это сказал, только чтобы побыстрее отделаться от назойливой девицы. Сам же
понимал, что она мне не нужна. У меня была Вивиан. И мысли все лишь о ней.
Обернувшись, я столкнулся с Эшберд прямо нос к носу. Ее медовые глаза
внимательно смотрели на меня.
— У тебя есть женщина?
— Нет, — слишком быстро ответил я.
Она секунду думала, а потом выдала:
— Значит… их просто много?
Я не мог ее обмануть и не мог сказать правду. Вообще не понимал, зачем нам надо
это обсуждать, кхар возьми? Да, у меня были женщины. Но все они не имели значения.
От ответа спас стук в дверь. Отодвинув девушку, я быстро прошел сквозь комнату и
настороженно остановился у входа.
— Кто там?
— Вы заказывали еду, — пробормотал глухой голос.
Точно. Совсем забыл.
Небрежно одетый сотрудник вкатил тележку в номер и быстро смылся.
Вивиан тут же засуетилась вокруг блюд. В ее глазах снова вспыхнул огонек.
— Хотела помыться, но заснула. Теперь поняла, что пока не поем, мыться не пойду,
— улыбалась девушка, открывая серебряные колпаки. — Боги, такая вкуснятина.
Она брала разные кусочки и набивала ими рот.
Я тоже подвинул стул и устроился напротив. Взяв одну тарелку с мясом и
картошкой, стал есть. Но тем не менее я продолжал наблюдать за всеми движениями Вивиан. Как
она с наслаждением жмурится, как жадно и совсем неграциозно вгрызается в курицу. И мне
хотелось любоваться на нее вечность. Милая, живая и такая прекрасная.
— Ты правда думаешь, что сможешь меня вытащить из всего этого? — вдруг спросила
она, прикончив добрую половину того, что лежало на тарелках.
— Смогу, — протянул я задумчиво. — Но мне кое-что нужно…
— А потом? — перебила она, не дав мне договорить. — Допустим, все кончится
хорошо. Ну, просто представим на секунду. Что будет тогда?
Я перестал жевать. Вивиан смотрела на меня и ждала ответа про нас, про будущее.
А у меня его нет.
— Ты хочешь спросить, будем ли мы вместе? — уточнил я, хотя уже знал, что она
скажет.
— Да.
Это сложный вопрос. В лесу все решалось само. Гончие, пыльца, ночи у костра.
Судьба толкала нас в одну сторону, и думать было некогда.
А здесь, в цивилизации, все выглядело иначе. Сразу приходило понимание, что нас
ждет сложный путь. Дьявол, я убил ради нее королевских гончих. Поймал ее на обрыве. Каждый
раз, когда Вивиан находилась на пороге смерти, мое сердце сужалось до точки, а дракон
распахивал когтями мои внутренности.
И сейчас я наконец осознал почему. Размышляя о будущем с ней, я его не видел. И
причиной была не Вивиан, а моя работа. Люди рядом со мной дохли как мухи. Я все время влезал
в то, что на грани выживания. Но сейчас углубляться не хотелось, поэтому я ответил:
— Давай будем решать все по порядку.
— Ты женишься на мне?
Ее вопрос прозвучал так неожиданно, что я поперхнулся и закашлялся. По всему
телу бисером рассыпалась горючая дрожь. Зверь внутри меня даже не сомневался, поэтому
пришлось его грубо заткнуть, включив остатки незамутненного разума. Девушка просто молодая.
Для нее все серьезно, по-настоящему и до конца. А что я?
— Вивиан… — Мне с трудом получилось выровнять голос и сделать его жестким.
— Я пошутила. — Она нервно улыбнулась, вскочила и начала спешно собирать
тарелки. — Боги, Арканис, посмотри на свое лицо! Конечно, это шутка. Я просто вымоталась.
Устала так, что несу чушь. А на самом деле меня спасет ванная…
— Вивиан. — Я встал и попытался поймать девушку за руку, видя, как на нее
накатывает сокрушающая волна обиды.
— Ты пойдешь только после меня, — наигранно громко засмеялась Эшберд, ловко
улепетывая от меня. — Я надолго, предупреждаю сразу.
Не успел я опомниться, как за ней уже закрылась дверь.
Через амулет в меня просачивались отголоски ее эмоций, которые она так и не
смогла скрыть. Тихая боль мешалась со стыдом. Эшберд чувствовала себя лишней в моей жизни.
Винила себя. А это было совсем не так.
Да твою ж мать!
Я начал быстро ходить по комнате туда-сюда. За дверью зашумела вода.
Девушка просто устала бороться в одиночку. Мне не надо было говорить, что
произошло между ней и принцем. Я умел складывать два и два. Той ночью он попытался склонить
ее к постели, и, судя по тому, что она оказалась девственницей, ему это не удалось. Но в ней
появился дикий страх и уверенность, что никто не защитит, не встанет впереди нее.
Я замер посреди комнаты. Перед глазами в мгновение всплыли все юридические своды
королевства.
Свадьба! Точно! Я встану между ней и всем этим адом.
Озарение хлестнуло яркой вспышкой. Брак — это не просто слова. Он даст сорок
дней абсолютного иммунитета. И пока действует брачный пост, Вивиан нельзя судить, казнить
или допрашивать без моего согласия. А принц не посмеет к ней прикоснуться. И у меня появится
главный козырь — время. Я смогу выманить эту кхарову бабочку и швырнуть правду в лицо
королю.
Безупречно, как всегда.
Одурманенный этой идеей, я, не думая, залетел в ванную.
Вивиан сидела по плечи в воде, вся в пене и смотрела перед собой. Когда я вошел,
девушка подняла растерянный взгляд.
— Да. Давай поженимся, — выпалил я, не думая. — Это будет защитный брак, пока я…
Она встала, и весь мой мозг очистился. Я только и мог наблюдать, как пена
хлопьями скользит по ее нагому телу.
— Я согласна, — произнесла она.
Мои ноги сами подошли к ней, и руки легли на талию.
— Я не договорил, — хрипло прошептал я.
— Мне без разницы.
Девушка потянулась и легко коснулась моих губ. И во мне сразу вспыхнуло желание.
Накатило ослепляющей волной, вырывая мысли из головы. Они все ушли куда-то вниз и так и не
вернулись.