Глава 30

Праздник в честь закрытия Трещины назначили на субботу.

Я узнала об этом от Тарин, которая влетела в казарму с таким видом, будто ей только что сообщили о конце света.

– Рокс! – заорала она с порога. – Там это... там такое!

Я подскочила на койке, едва не свалившись с неё.

– Что случилось? Твари вернулись?

– Какие твари? – Тарин вытаращила глаза. – Там Совет... они хотят... – она перевела дух и выпалила: – Они хотят наградить тебя. Лично. На празднике. Перед всей Академией!

Я выдохнула и упала обратно на подушку.

– Дура, – сказала я беззлобно. – Я уж думала, правда случилось что-то из ряда вон выходящее.

– А это, по-твоему, нормально для драконов? – Тарин всплеснула руками. – Там будет куча народу! Все кланы, старейшины, сам Совет! И ты выйдешь к ним... как есть?

Я посмотрела на свою форму. Застиранная, с пятнами от магии, местами подпалённая.

– Ну да, – пожала плечами. – А что?

– Фу, такой быть! Рокс, временами ты просто невыносима! – Тарин подскочила ко мне и схватила за руку. – Вставай, мы идём искать тебе нормальное платье!

– Платье? – ужаснулась я. – Ты с ума сошла? Какое, к демонам, платье? Да я в нём ходить не умею!

– Научишься, – отрезала Тарин. – Не каждый день тебя награждают за спасение мира. Должна же ты выглядеть как героиня, а не как пугало огородное.

Я попыталась сопротивляться, но Тарин была неумолима. Через полчаса она уже тащила меня в город, в лавку к местной портнихе.

Та оказалась драконицей средних лет и её давней знакомой, с пронзительным взглядом и цепкими руками. Окинув меня взглядом, она хмыкнула:

– Худющая. Но это поправимо. Что шьём?

– Платье, – выпалила Тарин. – Для героини. Чтобы все ахнули.

– А сама что скажешь? – портниха посмотрела на меня.

Я пожала плечами.

– Мне всё равно. Лишь бы не мешало двигаться и не сковывало руки.

– Боевая, значит, – усмехнулась драконица. – Понимаю. Тогда сделаем так: низ свободный, верх – по фигуре, рукава короткие, чтобы не мешали. Цвет?

– Синий, – сказала Тарин. – Цвета тёмного сапфира, чтобы подчеркнуть изменчивый оттенок её глаз.

Я удивлённо посмотрела на подругу.

– Что? – она пожала плечами. – Я же не только много болтаю, я всё помню.

Портниха кивнула и принялась снимать с меня мерки. Я стояла, как статуя, боясь пошевелиться, пока она крутилась вокруг меня с сантиметром.

– Готово, – сказала она наконец. – Через три дня приходите на примерку.

Мы вышли из лавки, и выдохнула едва слышно.

– Ненавижу это, – призналась я.

– Привыкнешь, – Тарин улыбнулась. – Ты вообще ко всему привыкаешь. Даже к драконам.

– Это точно, – усмехнулась в ответ.

Три дня пролетели незаметно. Я тренировалась, восстанавливала силы, разговаривала с отрядом. Резерв потихоньку возвращался. Видела это по тому, как кристалл в посохе начинал светиться чуть ярче, как лёд послушнее откликался на зов.

На примерку я пошла одна. Тарин сегодня была занята. Платье оказалось... красивым. Я не ожидала, что скажу это, но оно действительно было таким. Тёмно-синий шёлк, лёгкий, струящийся, с серебряной нитью по краю. Рукава чуть ниже локтя, подол свободный. В таком наряде действительно можно было двигаться совершенно свободно.

– Ну как? – спросила портниха.

– Спасибо, – честно ответила я. – Очень красиво.

– Тогда забирай. Завтра праздник.

Я заплатила и вышла на улицу, неся платье в свёртке. Настроение было странным – вроде и радостно, а вроде и тревожно. Слишком много внимания. Слишком много незнакомых драконов, эльфов, людей и представителей иных народов.

Вечером, когда я разложила платье на койке, Тарин присвистнула:

– Красота! Рокс, ты будешь в этом неотразима!

– Возможно, но я не умею, ходить на каблуках, – честно призналась я, глядя на туфли, которые портниха всучила мне в комплекте.

– Научишься, – отмахнулась Тарин. – Давай, примерь.

Я надела платье. Оно село идеально по фигуре. Тарин обошла вокруг, хмыкнула, потом сказала:

– А знаешь... тебе идёт. Правда. Ты красивая, Рокс. Даже когда не в боевой форме.

Я смутилась.

– Ладно тебе.

– Правда, – она улыбнулась. – Кай завтра с ума сойдёт.

– Кай меня и в форме видел, – пожала я плечами.

– Увидит в платье – и сдохнет, – засмеялась Тарин. – Я бы на его месте точно не пережила вида такой красотищи.

– Дура, – сказала я, но сама улыбнулась.

Весь остаток вечера подруга учила меня ходить на каблуках. Это оказалось куда сложнее, чем я надеялась.

Ночь перед праздником я почти не спала. Ворочалась, думала о завтрашнем дне. О том, что скажу, как буду выглядеть, не опозорюсь ли. Под утро провалилась в сон и проснулась от того, что Тарин трясла меня за плечо.

– Вставай, соня! Сегодня твой день!

Она помогла мне с нарядом, сделала праздничную причёску и наложила едва заметный макияж.

Праздник начался в полдень.

Главная площадь Академии была украшена флагами и магическими огнями. Собралась куча народу – адепты, преподаватели, старейшины кланов, даже несколько членов Совета. Я стояла за кулисами, сжимая в руках посох (платье платьем, а без посоха я как без рук), и пыталась унять дрожь.

– Волнуешься? – раздался любимый голос за спиной.

Я обернулась. Кай.

Он был в парадной форме – строгий чёрный мундир с золотым шитьём, высокие сапоги, при параде. Красивый до невозможности.

– Волнуюсь, – призналась я.

– Не надо, – он подошёл ближе и взял меня за руку. – Ты справишься.

– Спасибо, – я посмотрела в его золотые глаза и вдруг поняла, что действительно успокаиваюсь.

– Адептка Роксана Валь! – раздался голос глашатая. – Выйдите к Совету!

Кай легонько подтолкнул меня в спину.

– Иди. Я рядом.

Я вышла на площадь.

Солнце слепило глаза, но я видела – сотни лиц, обращённых ко мне. Кто-то смотрел с уважением, кто-то с любопытством, кто-то с завистью. Шла ровно, стараясь не споткнуться на каблуках, и сжимала посох.

Передо мной возвышался подиум, на котором сидели старейшины. Главный из них – седой дракон с пронзительными глазами – поднялся и заговорил:

– Роксана Валь, человек. Ты пришла в нашу Академию как чужая. Ты прошла через боль, страх и недоверие. И ты доказала, что достоинство не зависит от расы. Ты освободила Королеву Трещины и закрыла Аномалию, которая угрожала нашему миру веками. От имени Совета и всех кланов я объявляю тебя... – он сделал паузу, – почётным членом Академии «Скала Валерона» и награждаю знаком отличия за доблесть.

Он протянул мне медаль на серебряной цепи.

Я взяла её, поклонилась и сказала:

– Спасибо. Но я делала это не одна. Со мной был мой отряд. Без них я бы не справилась.

– Твой отряд будет награждён отдельно, – кивнул старейшина. – Но сегодня – твой день.

Я отошла в сторону, и на площадь начали выходить другие – Таринн, Ирма, Лен, Элира. Им вручали грамоты, благодарности, медали поменьше. Я смотрела на них и улыбалась.

Элира, получив награду, подошла ко мне.

– Ты хорошо сказала, – кивнула она. – Про отряд.

– Я сказала правду, – ответила, как думала.

– Знаю, – она чуть заметно улыбнулась. – В этом вся ты.

Вечером был бал.

Я стояла у стены, наблюдая за танцующими, и пила сок. Тарин уже успела перетанцевать с пол дюжиной адептов, Таринн отплясывал с Ирмой. Лен скромно сидел в углу.

– Почему не танцуешь? – раздался голос Кая.

– Не умею, – честно призналась я.

– Научу, – он протянул руку. – Пошли.

Я взяла его за руку, и мы вышли в круг.

Кай вёл уверенно, мягко, и я сама не заметила, как перестала бояться наступать ему на ноги. Мы кружились в танце, и весь мир перестал существовать. Только он, я и музыка.

– Ты красивая, – сказал он тихо.

– Ты тоже, – ответила я.

Он улыбнулся.

Когда танец закончился, мы вышли на улицу. Ночь была тёплой, звёздной.

– Роксана, – сказал Кай, останавливаясь. – Я хочу тебя кое о чём спросить.

– О чём?

Он взял мои руки в свои.

– Ты выйдешь за меня?

Я замерла.

– Кай... – начала я.

– Я знаю, что это неожиданно, – перебил он. – Но не хочу ждать. Я люблю тебя. И хочу, чтобы ты была моей спутницей жизни навсегда.

Я смотрела в его золотые глаза и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле.

– Да, – ответила я. – Да, я люблю и выйду за тебя, Кай.

Он улыбнулся – тепло, открыто, счастливо.

– Спасибо, – сказал он и поцеловал меня.

Где-то вдалеке Тарин радостно взвизгнула. Видимо, подружка снова подглядывала и подслушивала в своей неизменной беспардонной манере.

Но мне было всё равно. От счастья у меня кружилась голова. Думала только о том, чтобы меня не подвели непривычные туфли на каблуках.