Глава 4. Черный вход не требует приглашения

Я стояла перед дверью, которая выглядела слишком внушительно, чтобы вообще надеяться на успех. Высокая, темная, обитая тяжелыми металлическими заклепками, она больше напоминала вход в крепость, чем в жилой дом.

Я подняла руку и постучала. Гулкий звук отозвался эхом где-то внутри, но никто не шелохнулся. Только чайки заорали над обрывом, будто высмеяли меня, а костяшки пальцев весьма ощутимо заныли.

— Ну конечно, — пробормотала я. — Кто вообще открывает такие двери по первому стуку? Тут же не подъезд и не ресепшн.

Я подождала еще минуту, потом попробовала толкнуть створку. Дерево даже не шелохнулось, будто за ним стоял бетонный блок. Я уперлась сильнее, сначала плечом, потом и всем весом своего тела, но результат остался тем же.

Холодный пот выступил на висках, и я отпрянула, не желая тратить последние крупицы сил на борьбу с этим недружелюбным зданием, которое вполне могло оказаться чьим-то домом. Чувство было такое, будто не я не смогла открыть дверь, а будто сама дверь отказалась впускать меня.

— Ладно, ясно, — разочарованно выдохнула я, признавая поражение и делая шаг назад. — Для не самых важных персон вход закрыт. Попробуем через черный ход, наверняка тут такой имеется…

Я повернула направо, прижимаясь к каменной стене. Замок оказался куда больше, чем выглядел снизу с берега. Серые стены тянулись вверх, словно хотели крышей уткнуться в небо, а узкие окна напоминали бойницы.

Платье мешало на каждом шагу. Подол цеплялся за сухую траву, к тому же колено заметно ныло, и я пару раз едва не свалилась обратно вниз по склону.

— Ну конечно, спасибо за квест, — бурчала я сквозь зубы, пробираясь сквозь невысокие, но весьма устойчивые заросли. — Мало того что в платье из бабушкиного сундука, так еще и по бурелому.

Я медленно продвигалась вдоль стены, пока каменистая тропа, опоясывающая здание, не вывела меня к другой двери. Она уже оказалась не такой парадной: пониже, без вычурных украшений, с простой железной ручкой, изъеденной временем. Но она все равно была достаточно массивная, чтобы называть ее «черным входом» казалось издевательством.

Я остановилась, переводя дыхание. Сердце стучало, колено пульсировало болью, но надежда теплилась: может, здесь мне откроют. Искать другие признаки цивилизации у меня уже не было сил.

Я снова постучала, правда, получилось чуть тише, чем в главный вход. Секунды тянулись, в ответ слышалось только завывание ветра.

— Ну конечно, — пробормотала я. — Даже черный ход в таких замках не для простых смертных.

Я положила ладонь на ручку и толкнула. Дверь с протяжным скрипом поддалась, будто нехотя, и приоткрылась внутрь.

Я замерла на пороге. Внутри пахло сыростью, камнем и чем-то вроде копченого мяса. Последний запах перебивал прочие и оказался вполне приятным, даже манящим: я поняла, что не просто смертельно устала и выбилась из сил, но еще и проголодалась. Я несмело ступила внутрь, и внутренняя прохлада здания ударила в лицо так резко, что я поежилась: после жгучего солнца воздух внутри показался почти ледяным.

Коридор выглядел длинным и пустым. Голые каменные стены, деревянные балки над головой, пара узких дверей по бокам с навесными замками. Я шагнула внутрь, дверь за спиной скрипнула входная дверь и закрылась, отрезав последние звуки моря.

Звук моих босых ног по каменному полу эхом отдавался в тишине. Время от времени мне попадались какие-то предметы: бочка с водой, старый сундук, керамический кувшин. Все выглядело так, будто здесь все-таки живут или, по крайней мере, изредка появляются… но где же все эти потенциальные спасители были теперь?

Я шла, пока коридор не вывел меня в просторное помещение.Это оказалась кухня, огромная, с потолком, теряющимся где-то во мраке. Десятки медных кастрюль висели рядами, в углу чернел массивный очаг, на длинных деревянных столах были разложены ножи, миски и прочая кухонная утварь.

Но я наконец-то увидела людей! Если только и они не были плодом моего воображения…

Три фигуры стояли у стола, повернувшись ко мне спинами. Судя по всему, две молодые девушки и пожилая женщина. Все трое одеты в длинные старомодные платья сдержанных оттенков серого, темно-зеленого, бурого. Они что-то оживленно обсуждали, но голоса их звучали напряженно.

Я замерла в тени дверного проема, прислушиваясь.

— …опять исчезла, — раздраженно сказала одна из девушек. — И вернется, как всегда, будто ничего не произошло.

— Хозяйка у нас, видите ли, особенная, — вторая усмехнулась. — Хоть в море ныряй, хоть людей пугай своим нравом — ей все позволено.

Пожилая женщина шикнула на них, но в ее голосе тоже слышалось недовольство:— Тише вы! Мало ли, кто услышит…

Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Подслушивать было неловко, да и, в конце концов, мне явно требовалась помощь. И если это место не сон, то лучше было перестать прятаться.

Я прочистила горло и негромко сказала:

— Простите…

Никто не отреагировал.

— Простите, — повторила я чуть громче, делая шаг вперед.

Ноль реакции. Женщины все также шептались, перекидываясь колкими репликами, словно меня и не существовало.

Я стиснула зубы. Стоять как мебель и дальше я не собиралась.— Эй! — крикнула я громче, чем планировала. — Может, кто-нибудь объяснит, где я вообще?

Троица дернулась почти синхронно. Молодые девушки резко повернулись, их лица вытянулись в немом изумлении. Они уставились на меня, как на призрака. На секунду воцарилась гробовая тишина, и даже потрескивание углей в очаге показалось слишком громким. Пожилая женщина мимикой выразила несколько меньше удивления, но застыла не хуже мраморной стадии.

— Госпожа… — выдохнула одна из них, едва слышно.

И тут началось что-то совсем странное. Две девушки одновременно склонили головы, торопливо забормотали извинения и почти бегом выскользнули из кухни, будто их подгоняла неведомая сила. В помещении осталась только пожилая женщина и я.

Она выглядела все более смущенной и напуганной, теребила подол своего платья и не смела поднять на меня взгляд.

— Прошу простить, госпожа… мы не знали, что вы… — ее голос дрожал.

Я нахмурилась.— Подождите, — перебила я. — Я не… Мне нужна помощь. Есть тут врач? Или хотя бы одолжите телефон, чтобы я могла вызвать скорую?

Женщина подняла глаза, и мне стало ясно, что она совсем не понимает, что же я от нее хочу. В ее взгляде сквозило ужас, смешанный с недоверием. Она отступила на шаг назад, но все так же продолжала кланяться, тихо шепча извинения.

Я растерянно посмотрела на нее, понимая, что, видимо, никто другой мне все равно сейчас не сможет помочь.— Ладно, забудьте про скорую, — попыталась я говорить медленнее, отчетливее. — Может, аптечка? Йод, бинт? Мне бы хотя бы ногу перевязать…

В ответ я снова не услышала ничего дельного, только получила беспокойный взгляд и тихое, почти шепотом, повторяющееся извинение:— Простите… простите…

Я тяжело выдохнула. Голова кружилась, нога заныла сильнее, и все происходящее становилось лишь абсурднее.

Сотрясение, кислородное голодание, солнечный удар — все это вполне могло вызвать галлюцинации. Классика жанра. Вопрос только, мне привиделась эта женщина и я говорила с пустотой, или же она реальная, а вот я и двух слов связать не могла, чем и пугала ее?

— Ладно, — пробормотала я, пока все усилия были направлены на анализ сложившейся ситуации. — Вы хотя бы скажите, где я? Что это за место?

Женщина вздрогнула, опустила глаза и только снова пробормотала:— Простите, госпожа…

Я машинально хмыкнула:— Госпожа? Нет, я просто человек, которому срочно нужен врач.

Она опустила голову еще ниже, словно боялась даже смотреть на меня.

В животе что-то неприятно сжалось. Ощущение было такое, будто меня загнали в чужую пьесу, где все роли расписаны, а я понятия не имею, что должна говорить.

Я осторожно присела на ближайшую лавку, стараясь не скривиться от боли в ноге. Женщина все еще стояла напротив, сгорбившись, теребя подол и повторяя свое бесконечное «простите».