Если Игорь намеревался меня растоптать, то можно поздравить его – он своего добился. Мое и без того разорванное на мелкие кусочки сердце вдобавок еще самым острым на свете кинжалом пронзает, а душа превращается в пепел.

Не знаю, сколько я стою и наблюдаю за тем, как мой муж лапает свою любовницу, совершенно не стесняясь того, что я нахожусь в паре метров от него. Надеюсь, всего пару самых долгих секунд на свете. Но за это время Игорь успевает так плотно притянуть Карину к себе, что между ними даже зазора не остается. Но этого мужу оказывается мало. Он поднимает ногу любовницы, прижимает конечность к своему бедру и вдавливается тем самым членом, о котором я раньше «боялась говорить», в ее промежность.

Приглушенный стон срывается с губ девушки, приводя меня в чувство.

Я всего секунду стою неподвижно, а потом начинаю отступать.

Убраться подальше от разрывающей душу сцены – это единственное, чего я хочу, пока…

Взгляд цепляется за бутылки с водой, стоящие на столике около входа в сауну.

Не думаю. Действую.

Хватаю бутылку, откручиваю пробку и залетаю обратно в сауну.

Миг, и выплескиваю воду на разгорячившуюся парочку.

Они отскакивают друг от друга.

Муж хватает ртом воздух. Карина визжит.

Я же чувствую… удовлетворение. Да, оно самое. Хоть часть моей раздавленной самооценки удается восстановить.

– Остыньте, – выплевываю, бросая пустую бутылку прямо на пол. – А то в порыве страсти забудетесь и детей сделаете, – устанавливаю зрительный контакт с мужем, прежде чем добавить: – которых ты никогда не хотел.

Он пару раз моргает, словно не может поверить в то, что я дала отпор, а спустя секунду бросается на меня.

– Ах ты дрянь! – ревет Игорь.

Я едва успеваю выскочить в коридор, чтобы не попасть в руки мужа, который непонятно что сделает со мной, если поймает. Его пальцы пролетают в миллиметре от моего лица, но я не позволяю себе выдохнуть.

На автомате хватаю еще одну бутылку, одним движением открываю ее и плещу воду прямо в лицо Игорю.

– Остынь, кому сказала! И не смей ко мне прикасаться! Больше никогда! – чуть ли не кричу, наблюдая за тем, как муж ловит ртом воздух от неожиданности, как ручейки стекают по его лицу, как он пальцами вытирает воду со своих закрытых глаз.

Еще мгновение позволяю себе насладиться растерянностью Игоря, после чего кручусь на пятках и убегаю подальше от сауны. Да, именно убегаю. Не хочу столкнуться с разъяренным мужем. После всего даже представить себе боюсь, на что он может быть способен.

Бегу куда глаза глядят. Взор застилают вырвавшиеся наружу слезы. Мышцы слабеют с каждой секундой. Я даже в какой-то момент перестаю чувствовать ноги. Только чудом достигаю раздевалки, где оставила все свои вещи.

Сбрасываю с себя вещи молниеносно. Чуть медленнее запрыгиваю в нижнее белье и джинсы. Натягиваю свитер. Подхватываю пальто, сумку. И снова мчусь к выходу. Хочу покинуть этот долбаный СПА-центр навсегда.

Зачем я только согласилась на предложение Иры сходить в СПА? У меня же куча работы. Но подруга настояла, что мне нужно расслабиться, иначе «следующая поездка меня доконает». Ира даже со мной в СПА предложила сходить, но в последний момент слилась, укатив в командировку. Поэтому мне пришлось пойти одной. «Не пропадать же сертификату», – ой как не вовремя вспоминаю слова подруги. А он ведь все равно пропадет. Я ни одну процедуру не успела посетить.

– Девушка, постойте, – узнаю голос той самой массажистки, которая поспешно ретировалась, оставив меня на растерзание волкам.

В голове мелькает мысль, что нужно бы остановиться и объяснить ей, что такое клиентоориентированность. Но в итоге решаю, что свое спокойствие важнее, и лишь ускоряюсь.

Покидаю СПА-комплекс так быстро, как только могу. Лишь оказавшись в ночной прохладе, удается замедлиться и вздохнуть полной грудью.

Куда дальше?

Домой?

Ох, нет.

К очередной схватке с Игорем я не готова. Не говоря уже о том, что он может додуматься притащить свою любовницу к нам домой, чтобы отомстить мне.

Меня передергивает, стоит только подумать о том, что, возможно, Кариночка уже была у нас в гостях. А я этого даже не знала. Не говоря уже о том, что вполне может быть, что они с моим мужем облюбовали нашу кровать. Эта мысль вообще выбивает меня из колеи. Я даже оступаюсь, подворачиваю ногу. Едва не падаю. Только чудом мне удается устоять на ногах.

Вот только все силы вмиг покидают меня. Эмоции нахлынывают. Слезы в полную силу брызгают из глаз. Влажные дорожки из-за ночного прохладного ветра тут же остужают жар щек. Но это не помогает остановить всхлипы, которые срываются с моих губ. Их провоцирует агония, которая с каждой секундой становится все сильнее и сильнее. На меня будто разом наваливается вся тяжесть произошедшего. Сдерживаемые эмоции выходят на первый план. Меня трясет. Так сильно, будто я промерзла до костей. Хотя на улице не так уж холодно. Осень еще не вошла в свои полноправные права.

Не знаю, сколько длится моя истерика. Скорее всего, недолго. Ведь в какой-то момент до меня доходит: Игорь меня предал. Муж не просто изменил мне. Он унизил меня, растоптал. Уничтожил годы нашего брака. Не могу сказать, что они были абсолютно счастливыми, проще назвать их… обычными. Но мне было хорошо с Игорем. Спокойно. Мне нравилось, что муж не ограничивает мою свободу. Позволяет следовать за мечтой. Дает реализоваться. Все-таки замуж за Игоря я вышла совсем молоденькой, и мне не хотелось бы потерять себя в браке. Муж это понимал и позволял идти своим путем. Поддерживал, просто был рядом. Но я даже представить себе не могла, что однажды Игорь может попросить плату за свое терпение. Да еще и такую. Муж явно хочет сломать меня. Сделать из меня тряпку, которая ни слова лишнего сказать ему не сможет. Что ж… ничего у него не выйдет. Я не позволю. Никогда.

Вибрация телефона раздается в сумке, проникает в мою ладонь через кожаные ручки.

Может, это Ира? Ей могли позвонить из СПА-салона, когда увидели, что я убегала так, словно за мной черти гонятся. Захотели загладить конфликт?

Именно так я себя успокаиваю, когда достаю гаджет из сумки и разблокирую его.

Вот только стоит мне взглянуть на экран, желудок ухает вниз.

Я, наверное, мазохистка, раз все равно нажимаю на уведомление с именем мужа и, ощущая жуткую дрожь, читаю сообщение:

«Анечка, Анечка. Сбежала, да? Испугалась? А-я-яй. Ну ничего, девочка моя. Дома увидимся. И там… плотно пообщаемся. Видимо, мне давно нужно было научить тебя, что значит быть хорошей женой – для меня».