— Госпожа моя, вы плачете? — встретила меня вопросом Эсма, прибираясь в этот момент в моей комнате.

— Выйди, я. не хочу... тебя видеть...

Слезы заглушали мой голос, я ощущала себя совершенно разбитой. Испугавшись моего состояния, Эсма подскочила ко мне, помогая дойти до кровати. У меня совершенно не было сил, чтобы оказать ей сопротивления. Я была полностью сломлена. Госпожа, вы зря так расстроились. Господин очень состоятельный человек, он может позволить себе не только двух жен, но и больше. Нашим мужчинам разрешен брак до тех пор, пока он способен обеспечить свою жену. Ты с ума сошла, Эсма?! — яростно воскликнула я, отстраняясь от турчанки, — Какие десять жен?! Любовь существует только для двоих. Если в ней трое, это уже не любовь! — Много ли понимаете в любви, госпожа моя, — поддела меня Эсма, возвращаясь к своему прерванному делу. — Любовь — это уверенность в завтрашнем дне, стабильность и уважение. Никто в этом и не сомневается. Но это должно быть только между одним мужчиной и одной женЩиной.

Постепенно приходя в себя, я затихла. Слезы наконец-то перестали бежать из глаз, но руки все еше немного пробивала дрожь.

Самое обидное было то, что несмотря на то, что в комнате я была достаточно-таки продолжительное время, Керем так и не пришел ко мне! Неужели ему все равно мое состояние? Пока я с улыбкой и в хорошем расположении духа, то я желанна, а стоит слезам обжечь мое лицо, так его и след простыл!

— Думаете о том, почему нет господина? — как будто прочитав мои мысли, спросила Эсма, хлопая своими длинными ресницами.

Нет, — соврала я.

Еще как думаете, я вижу, как вы смотрите на дверь в надежде, что она вот-вот откроется. Эсма, ты многое себе позволяешь! — разозлилась я. — Я приказываю тебе, выйди из моей комнаты немедленно. Думаю, если Керем и появится здесь, то он не очень будет рад тебе. — Да, госпожа. Как вестник плохих, но правдивых вестей, я еще поплачусь за это, — ни капли не изменившись в лице, спокойно заявила Эсма. Кажется, что она была настолько прожженная жизнью, что вся эта ситуация не доставляла ей ни малейшего беспокойства.

Поэтому иди и морально готовься.

Я уйду, госпожа. Но сколько бы сейчас не ждали господина, он не придет. Помните ту неделю, когда вы болели?

— Причем тут это? — не поняла я, жадно отпивая воды с графина, который всегда стоит на прикроватной тумбе.

— Тогда господин очень много времени провел с вами и совершенно не занимался своей работой. От этого возникли некие сложности.

Я не понимаю, что ты хочешь сказать этим... - начинала нервничать я еще больше. Неужели он винит меня в этом и поэтому не пошел за мной?! Если это так, то я не считаю его более настоящим мужчиной! Господин сейчас встречается со своими партерами. Они должны приехать к нему с минуты на минуты. У него сейчас просто и нет времени вас успокаивать, — продолжила Эсма, а я смогла выдохнуть. Как хорошо, что мои мысли оказались ошибочными, я не хотела бы разочароваться в Кереме еще сильнее.

— Очень важна и нужная информация, спасибо, Эсма. На этом ты свободна, — указав девушке на дверь, сказала я.

— Как скажете, госпожа. Пока у вас есть время до встречи с господином, подумайте над всем этим. Надеюсь, благоразумие не оставит вас.

Турчанка вежливо склонив голову, наконец-таки исчезла за дверью, оставив меня одну. О чем тут еще думать?! Я не заставлю пережить кого-то то, что пережила совсем недавно я. Я исчезну из жизни Керема, найду любой способ, чтобы прямо сейчас сбежать от него. Соскочив с кровати я загорелась ярым желаем вершить свою судьбу. На скорую руку закинув в рюкзак первые попавшиеся вещи и переодевшись в удобный трикотажный костюм, я тихонько покинула комнату. Если у Керема сейчас будет важное совещание, то все силы и внимание будет брошено туда. У меня есть призрачный шанс оставить это место раз и навсегда! — Итак, начнем, — подбодрила себя я, тихо перемещаясь к парадной двери. Где-то наверху доносились мужские голоса, а это означало, что совещание в полном разгаре. У меня есть шанс на побег!