Один звонок. Всего один звонок понадобилось сделать Матвею Молотову, чтобы пять миллионов рублей с его счета упали на мой.

Как же ему просто живется.

Мне сразу вспомнилось время, когда у меня и пятиста рублей не было на карте, не говоря уже о таких деньгах. В детстве не было возможности купить еды, потому что оставленные мамой деньги кончались в первую неделю. Тогда я еще не знала, как управлять финансами. Покупала всякие сладости, чипсы, игрушки. Только потом, с возрастом, с опытом, я начала понимать, что не нужно так раскидываться деньгами. Ведь неизвестно, когда мама решит вернутся домой.

А тут пять миллионов…

Да я и мечтать о таком не могла. Это даже больше, чем нужно, чтобы купить свою собственную квартиру.

Последние три года я яростно копила деньги. Брала подработку, простые заказы. Да я докатилась до того, что начала делать сайты для мелких компаний. Мне было плевать, чем заниматься, лишь бы платили. И мне удалось скопить неплохую сумму, но эта работа поможет совершить невозможное. Я куплю свою первую квартиру. А может, улечу в путешествие. Я очень хочу полетать на самолете. Сделаю паспорт, куплю билет и рвану далеко-далеко…

— Спасибо за обед, — благодарю Матвея, немного отодвинув свои мечты на потом. Складываю приборы в тарелку и отодвигаю стул.

Я так наелась, что вставать не хочу. Меня будто прижало съеденным прямо к этому стулу.

— Не за что. Ты готова начать отрабатывать полученные деньги? — Молот встает из-за стола и стоит рядом. На меня смотрит.

Отрабатывать? Что за слова такие? Мы не в рабовладельческое время живем. Или он что-то другое имел в виду?

— Мне не нужно ничего отрабатывать. Ты заплатил мне за уже проделанную работу. Пойдем, я все тебе покажу.

Первой выхожу из помещения, где мы обедали, и иду в свой кабинет.

Как звучит-то: «Мой кабинет». Ага, если бы это так было. Не мой, а временное пристанище. Он посадил меня за прозрачными дверями, чтобы я на виду была. Трус.

Хотя ему есть чего бояться. Была бы я не такой честной, уже давно бы поднасрала всей его компьютерной системе. Или с отчетами бы поколдовала, или вообще бы удалила всю его бухгалтерию.

Вот бы Молотов удивился. Ха. Нет, он бы не удивился — он бы охренел или что похлеще. А потом бы меня в окно выбросил. Да, все было бы именно так.

Сажусь на стул и дергаю мышкой, чтобы разбудить его комп. На моем процесс очистки системы от вируса уже завершился. И я запускаю последнюю проверку с полным удалением всех следов моей программы.

Следом вхожу в его систему под нужным паролем, пара манипуляций, и я беру в руки планшет.

Поворачиваюсь и дергаюсь. Точнее вздрагиваю от неожиданности. Матвей сидит рядом.

Когда он успел взять стул и тут оказаться?

Опять я все проглядела. Когда мои глаза видят экран компьютера, весь остальной мир перестает существовать. Испаряется. Я ничего не замечаю вокруг, как сейчас, к примеру. Я даже не обратила внимание на то, что Матвей сидит менее чем в пятидесяти сантиметрах от меня.

В глаза его глянула…

Сосредоточен. Брови чуть сведены к носу, губы плотно прижаты друг к другу и он на меня смотрит. Немного жестко. Но это сейчас вполне нормально.

Матвей — далеко не глупый мужчина. Глупый человек не смог бы управлять таким разнообразным бизнесом, вести дела и подчинять себе людей. А значит, Матвей Молотов — тот еще умник. Начальник, управленец. Ну и бандит, конечно же.

— Ты будешь рассказывать или показывать? Что ты нашла? — Не терпится ему получить информацию, за которую он заплатил. И он ее получит. Получит и захочет еще мне заплатить.

— Не терпится? — Глянула на него и снова в свой планшет уткнулась.

— Изнемогаю, — говорит Матвей и заглядывает туда же. А я тут, между прочим, для него стараюсь. Выделяю файлы, чтобы он понял, ведь объясняю я так себе.

— Смотри, видишь транзакции по вот этому объекту недвижимости? — Указываю пальцем на номер.

— Да, это ресторан, тот, что в центре…

— Неважно, — перебиваю. — Что это и как называется, меня не интересует. Мне интересны только цифры.

— Понял. И что? — Слушается Матвей.

— Возьмем за прошлый квартал. Вот прибыль, вот траты. Видишь? — Показываю ему разноцветные полосочки. Было бы у меня побольше времени, я, может, и график бы какой сообразила.

— Вижу.

— Вот перевод со стороны. — Очень большой перевод.

— Это я переводил деньги, мы строили уличную веранду.

— А теперь смотри… — Быстро прописываю формулу. Внесла в нее нужные цифры, каждый раз переспрашивая, понял ли Матвей. Он кивает. — И вот что мы получаем в итоге. Минус семь тысяч шестьсот сорок три рубля.

— И что это? Недостача ресторана?

Нет, он все же не понял. Открываю другое его заведение. Проделываю то же самое, и вновьвылезает минус. Сумма небольшая. За прошлый квартал минус три тысячи восемьсот. Следом открываю третье его заведение, и исход один и тот же.

Смотрю на Матвея, а тот на меня. И в его глазах полное недопонимание. А я думала, что все подробно и понятно объяснила.

— Ты не понял, да? — спрашиваю без усмешки, без принижения его умственных способностей. Я знаю, что объяснять у меня выходит плохо. А объяснить то, что я сейчас проделываю, и вовсе трудно.

— Если честно, то нет, — признается Матвей, и я ценю его честность. Впервые за все эти дни я чувствую, что он честен со мной. И ему нужна моя помощь. Даже, я бы сказала, необходима.

— Тебя ежеквартально обворовывают. И длится это не первый год…