Молча доедаю еду, что в моей тарелке, запиваю все это отвратительным травяным чаем и встаю с места.

Молотов еще делает вид, что меня нет в комнате. Как же это бесит…

Почти дошла до двери, как:

— Верни мне мой телефон, — говорю громко, чтобы перекричать телевизор.

Слабо надеюсь на положительный ответ, но кто знает.

— Попытка засчитана, Лера. Иди спать, утром поговорим, — отвечает Матвей и на мгновение оглядывается.

Не смотрю на него. Смиряюсь со своим положением и иду спать.

И я уснула. Но просыпалась, наверное, раз пять за ночь. Постоянно прислушивалась, непонятно зачем. Что я хотела услышать?

В итоге окончательно встала в шесть утра. Душ, легкий макияж, одежда. Еще пару минут покружила по комнате и вышла из нее.

Раздражает это бездействие. Это незнание. Эта тишина.

В гостиной, или как там называется общая комната, никого. Дверь к Матвею закрыта, и я туда не решусь даже постучать.

Но…

Взгляд падает на телевизор, и я включаю его. У меня забрали телефон, мой ноут, мой планшет. Лишили всего, что мне так дорого. Лишили связи с внешним миром, а значит, буду развлекать себя тем, чем могу.

Беру пульт и нажимаю кнопку. Включаются новости, за ними следующие, пока я не натыкаюсь на музыкальный телеканал. Отлично.

Громче, еще громче, сойдет.

Пока наслаждаюсь посредственной музыкой, листаю меню ресторана, что лежало на столике. Я снова хочу есть. Но не могу. Я теперь поесть не могу самостоятельно, не спросив разрешения. Что за жизнь?

Минут десять спустя дверь в комнату Матвея открылась, и из нее выглянул Молотов. Выглядит он…

Спал еще, что ли? Я что, его разбудила? Как же мне жаль.

Мужчина сначала выглянул, чуть по сторонам посмотрел, а потом сделал шаг вперед.

Бесконтрольно мои глаза мгновенно скользнули вниз по его голому торсу. Он что, прямо из постели сюда?

На нем же ничего не надето, не считая трусов. Но и они не в счет. Где приличия? Где уважение ко мне? Как он может стоять почти голышом перед девушкой?

В голове возмущение, а глаза мои и вовсе не против. Скользят по его груди, что кажется напряженной. Или это рельеф мышц создает такое ощущение? Ниже…

Там четкий пресс с кубиками. Как можно привести себя в такую форму? Он и день, и ночь тренируется? Пьет какие-нибудь добавки, чтобы тело было как с обложки журнала? И заметьте, с обложки журнала для взрослых.

Ниже…

Пупок. Слишком красивый для мужского живота. Но у Матвея нет живота. Сплошные мышцы и изгибы. А еще еле заметная с такого расстояния волосяная дорожка, что ведет прямо в его светло-серые трусы.

Ниже…

Так! Стоп. Остановись Лера. Глаза вверх!

Приказала себе и смотрю на Матвея, а тот на меня немного заспавшимися глазами.

— Я встаю в девять. Сейчас не девять.

Я точно его разбудила. Ну ничего, так ему и надо.

— А я встаю в семь. Сейчас семь, — передразниваю и на этот раз делаю это специально. Все продуманно.

— Завтра встанешь в девять.

— Завтра встану в шесть, если не вернешь мне мой телефон и ноут. — Тоже мне, раскомандовался. Это вчера я была не в себе, испуганная и уставшая. Но не сегодня. Сегодня я снова стала собой.

— Я верну, как только ты будешь на моей стороне. Когда я начну тебе доверять.

— А сейчас ты мне не доверяешь? — Зачем спрашиваю? Все ведь и так ясно.

— Через полчаса выезжаем. Позавтракаем по дороге. — Хотел уйти, но я:

— Ты обещал рассказать…

— По дороге, — повторяет Матвей свои же слова и захлопывает дверь в комнату.

Честно, хотелось в нее пульт швырнуть — так он меня бесит своим поведением.

Нафига эта интрига?

И ладно бы просто интрига. Он молчит. Специально меня травит. Ничего не говорит, лишь обрывки фраз, а я должна сама все додумывать. Не хочу.

Вырубаю телик и иду в свою комнату. Мне нужно подумать. Хорошенько подумать.

* * *

Полчаса спустя мы едем в машине, и на этот раз я решила молчать. Вообще ничего говорить не буду. И спрашивать тоже. Его молчание меня бесит, думаю, и мое его разозлит.

Достал уже.

Сам говорил, что я должна буду отработать мамин косяк. Я думала, он мне задание какое даст. Не знаю, аналитика или еще что. А он таскает меня за собой, куда ему вздумается, и ничего не рассказывает.

Проезжаем пару кварталов и останавливаемся у ресторана. В нем я тоже никогда не была. К сожалению, у меня не тот доход, чтобы ходить по таким дорогим заведениям. А по этому сразу видно, что ценник тут запредельный.

Молотов выбирается из машины, и я тоже. Спасибо Мише, открыл мне дверь. К такому легко привыкнуть.

На входе нас встречает какой-то мужчина, думаю, работник заведения, и проводит в отдельное помещение. Почему?

Молотов не может позавтракать в общем зале? Ресторан пуст. Посетителей нет. Зачем эта отдельная комната?

Но я молчу. Вопросы лишь в моей голове, и я делаю то, что делают все. Иду, потом сажусь на стул и жду, пока Матвей пролистает меню.

— Капучино, сырники и давайте оладьи с клубничным сиропом.

Только он это сказал, как я усмехнулась. Да еще и так громко вышло. Он услышал. Точно услышал, потому что сейчас сверлит меня своим удивленным взглядом…