Штутгарт

Январь 1967 года

У нас родилась малышка. Маленькая девочка. Кристина.

Я был самым гордым папой на земле.

Поскольку сейсмографы, УЗИ (или как там называются у гинеколога все эти приборы) не выдавали тогда еще картинок с высоким разрешением, на мой вопрос «Кто у нас будет?» мне до самых родов отвечали: «Все как в тумане!»

– Дорогой! Приезжай прямо сейчас! Началось! Схватки! – прокричала мне в трубку Хайдемари.

Я ответил:

– Понял! Еду, дорогая! Я сейчас на площадке! Только быстро отпущу клиента! – после этого я выехал домой. Я это помню так.

Хайдемари говорит, что я приехал перед самыми родами и нам пришлось сломя голову мчаться в клинику.

Факт остается фактом: уже через полчаса родилась наша дочь. Турбо. Как папа. Абсолютно здоровая. Сладкая конфетка. Как картинка. Поэтому я прощаю Хайдемари ее плохую память.

Как и было положено примерному супругу в те времена, я ждал рождения ребенка в коридоре. В компании тещи. Размышлял, помнила ли она тот свадебный стейк?

Я любил мою малышку. Целовал, укачивал, тискал, послушно семенил рядом с коляской во время прогулок. Только когда нужно было переложить девочку или сменить ей подгузник, тут я не помогал. Тут я повышал передачу. Вы уже знаете: все дело в моем плоскостопии.

Вообще-то жаль.

Годы спустя, уже став дедом, я часто слышал вопрос: «Ну и? Жалеешь, что не менял подгузники?»

И всегда отвечал: «Не-а. По-прежнему не жалею».