Руки Ви Соларис двигались во тьме, оставляя за собой мерцающие нити света.

Ее фигуру и лицо освещали остатки угасающих заклинаний и яркие искры магии, которые отражались от грубо отесанных стен ямы для тренировок. Линии прорезали темноту блестящими полосами, среди них встречались концентрические круги, треугольники и вращающиеся точки. Каждый символ, наделенный собственным значением, был создан при помощи ее знаний и воли, а затем оживал, когда она проговаривала замысловатые звуки.

– Джут старис, – произнося это, Ви подняла правую руку. Она по-прежнему прижимала к боку левую, вокруг запястья которой крутился глиф, отвечающий за другое заклинание.

– Джут марий, – невероятно быстро ответил стоявший напротив нее мужчина. Вспыхнувшие вокруг него символы зависли в воздухе. Глиф являлся воплощением озвученных им слов – слов богини Йарген. Неожиданно он ударил в созданный Ви глиф и мгновенно уничтожил его. – Не поднимай руку. Ты сообщаешь о своих действиях.

– Знаешь, у мамы тоже были трудности с этой частью.

– Значит, удивляться нечему. – Таавин ринулся в ее сторону. – Мисст сити ларк! – Свет заискрился и побежал по его вытянутой руке. Перед раскрытой ладонью энергия сгустилась в клубок, затем взметнулась и превратилась в короткий меч.

– Мисст зиех, – торопливо произнесла Ви, быстро уворачиваясь. Меч Таавина отскочил от глифа, который она использовала в качестве щита.

Таавин разжал пальцы, и подхваченный инерцией меч полетел вниз. На вид этот клинок ничем не отличался от любого другого, но не успел он коснуться земли, как тут же распался на тысячи светящихся нитей и исчез. Вокруг второй руки Таавина уже формировался новый символ.

Ви поняла его значение еще до того, как эльф произнес нужные слова. Уже несколько месяцев она изучала глифы. Тренировалась произносить нужные слова и придавать им форму, так что Ви понимала, какое заклинание услышит.

Но осознала это слишком поздно.

– Лофт дорх.

– Джут… – начала Ви, однако глиф Таавина возник раньше, чем она успела договорить заклинание уничтожения магии.

Лофт – нейтрализующая противника магия высокого уровня. Дорх – дополнительное слово, магия для лишения подвижности. Застыв на месте, Ви боролась с удерживающими ее невидимыми цепями, но они оказались слишком прочными. Несмотря на старания, ей никак не удавалось сдвинуться хотя бы на миллиметр. Даже ее рот оставался приоткрыт, как в момент, когда она начала произносить джут.

Таавин внимательно смотрел на нее, на кончиках его пальцев по-прежнему светился глиф. Создаваемые им символы являлись настоящим произведением искусства и сияли в два раза ярче, чем глифы Ви. Она любовалась и ими, и тем, как исходящий от них свет подчеркивал темно-фиолетовый оттенок волос и острую линию подбородка эльфа, хотя в таком парализованном состоянии у нее не было другого выбора.

В конце концов Таавин опустил руку. Как только глиф исчез, к Ви вернулась способность двигаться. Она покачнулась, но устояла на ногах, а потом повернулась к нему лицом.

– И как мне бороться с этим заклинанием?

– Ты совершенно правильно выбрала джут марий, просто действовала недостаточно быстро. – Таавин провел рукой по растрепанным волосам, открывая заостренные уши. Всякий раз они служили для Ви напоминанием о том, что, несмотря на легко возникшую близость с Таавином, физически они кардинально отличались друг от друга. Он был эльфом и принадлежал к расе, представителей которых не встретишь в империи Соларис. Их разделяло море, ведь Таавин жил в Райзене, на континенте Меру, а еще несколько месяцев назад Ви едва ли знала хоть что-то о том мире и не до конца осознавала, насколько далеко он находится.

Чтобы добраться до него, ей бы пришлось найти способ преодолеть это расстояние. На самом деле ее учитель магии – друг и доверенное лицо – не присутствовал рядом физически. Она видела его, слышала и чувствовала, но он существовал лишь для нее. Ви призвала его с помощью заклинания, и теперь глиф крутился у ее левого запястья. Благодаря слову силы, которое Богиня даровала ей на вехе судьбы, он останется с ней настолько, насколько она пожелает, и эта связь не источит ее силы.

– Получается, если не смогу противостоять заклинанию обездвиживания, окажусь в западне? – Крайне несправедливое заклинание.

– До тех пор, пока озвучивший заклинание колдун удерживает глиф.

– Способен ли кто-то вечно держать меня в ловушке? – Хотя в некоторым смысле Ви давно была пленницей. С тех самых пор, как в Сорициуме возникла последняя и самая страшная вспышка Белой смерти, Ви уже несколько недель не покидала крепость.

– Никто не может вечно удерживать заклинание. Для создания лофт требуется много энергии, потому что крайне трудно держать человека в полной неподвижности. Как только силы или внимание колдуна ослабнут, ты окажешься на свободе.

Ви одарила Таавина скептическим взглядом. На время тренировки он снял свой тяжелый, украшенный вышивкой камзол и остался в облегающей рубашке с длинными рукавами, которая была заправлена в широкие брюки и едва ли скрывала атлетичную грудь. На ткани не проступило ни капли пота.

– По тебе не скажешь, что ты потратил много сил.

– Внешность бывает обманчива. – Уголки его губ изогнулись в усмешке. – И потом, я – Голос.

Голос Йарген. Ви еще не до конца осознавала суть этого титула. Она понимала, что он доказывает важность Таавина, из-за этого он круглосуточно оставался у вечного огня, который, если верить рассказам, являлся последним остатком власти Богини на земле… И всю жизнь провел в изоляции, взаперти над городом Райзен.

Ви жила в похожих условиях.

– Возможно, тебе стоит начать с аналогичного лофт заклинания обездвиживания, такого как усыпление. Не так эффективно, потому что если человека что-то разбудит, заклинание будет разрушено. Но его легче накладывать и поддерживать. Ты даже можешь двигаться и продолжать удерживать его.

– Раз я Защитница, значит, со временем научусь с легкостью вызывать лофт дорх. – По крайней мере, хотелось на это надеяться. Но единственное, о чем Ви знала меньше, чем о Голосе Йарген, так это о том, что значит быть Защитницей Богини. – Кстати о наших предполагаемых званиях… Есть какие-то новости по поводу вех судьбы?

Ви начала подниматься по лестнице, Таавин послушно следовал за ней. Когда молчание затянулось, она оглянулась на него через плечо и остановилась. Он явно избегал ее взгляда, ведь его яркие изумрудные глаза были устремлены на яму.

– Значит «да». – Ви перекинула длинную косу через плечо и пробежалась подушечками пальцев по ее концу. – И что скажешь?

– Я не совсем уверен в трактовке. – Ви не стала настаивать на продолжении, а просто ждала, пока он подберет слова. – Видение с комнатой повторяется снова и снова.

– Комната… – Ви вспомнила последний раз, когда он перечислял возможные места расположения вех. – Ты имеешь в виду тронный зал? Или то помещение с двумя женщинами, которое ты упоминал?

– Второй вариант.

– Заметил что-то необычное, какие-то отличия?

– В том-то и дело, что каждый раз я вижу совершенно иную картину. – Он поднял голову и посмотрел на нее. – Все видения… Иногда они сосредоточены на полках, заставленных банками с различными предметами, вокруг которых хаотично разложены всякие мелочи и безделушки. Иногда там присутствуют люди, иногда нет. Над камином висят потемневшие от сажи гобелены. Я вижу, как кто-то держит в руках какие-то вещи и…

– И бросает их в огонь? – закончила за него Ви. Таавин приоткрыл рот, но слова, которые он собирался произнести, так и не слетели с его губ. Вместо этого он сомкнул уста, а потом озвучил вопрос:

– Откуда ты знаешь?

– Судя по всему, похоже на лавку диковинок. – Ви окинула взглядом верхнюю часть площадки для тренировок, ища в джунглях линию горизонта. Небо все еще оставалось темным, а значит, не было необходимости спешить в свою комнату. Ви совершенно не хотелось заканчивать этот разговор. – Конечно, я никогда не бывала ни в одной из них… – Всю свою жизнь она провела в этой крепости, а ее прогулки ограничивались пределами города или его ближайшими окрестностями. Но скоро ситуация должна была измениться. – Однако похоже на описания, которые я встречала в книгах: разнообразные предметы, которые необходимо сжечь, периодически заходящие в лавку посетители. Кажется, все сходится.

– Тогда это не может быть лавка диковинок. – Таавин покачал головой, из-за этого его волосы еще больше растрепались. На одну короткую секунду Ви стало интересно, такие ли они мягкие, какими кажутся. Но она поборола желание заправить выбившуюся прядь за его заостренное ухо.

– Почему?

– Потому что в последнем сне, который я видел… – Его голос затих, теперь он опять смотрел мимо нее.

– Что? Что ты видел?.. – Продолжая стоять на ступеньке, Ви переступила с ноги на ногу. Места было не так много, и, чтобы поймать его взгляд, ей бы пришлось подойти к Таавину вплотную.

– Мне показалось, я видел, как ты смотришь из пламени. – На его щеках проступил румянец или все дело в игре окружавшего его света? – Скорее всего, это был обычный сон, не связанный ни с судьбой, ни с нами, ни с вехами.

Она снилась ему просто так, в обычных снах? Ви попыталась успокоить сердце, грохот которого отдавался в ушах. Что за нелепые мысли? Он ведь утверждал, будто всю жизнь страдал от снов с ее участием.

Но вдруг это видение имеет отношение к вехам судеб? Возможно, теперь сны о ней отличаются от тех, что снились Таавину раньше?

– С чего… – Ви прочистила горло. – С чего ты решил, что это я?

– Видения, которые ты видишь на вехах, говорят о будущем, тогда как мои, кажется, показывают прошлое… Места, где судьба менялась, а не будет меняться.

– Тогда, полагаю, ты видел не меня, ведь я едва ли покидала пределы крепости. – Ви пожала плечами и снова начала подниматься по лестнице, игнорируя возможность разузнать больше о снах со своим участием. В противном случае ей пришлось бы признать, что с ним случилось то же самое, что и…

Новая пришедшая в голову мысль побудила ее замереть на краю ямы. Таавин легонько коснулся ее спины, а потом обошел сбоку.

– Что такое? – серьезно спросил он, увидев выражение ее лица.

– Если только это была я, но в то же время не я, – прошептала Ви, глядя сквозь него и вспоминая странный диалог с западной женщиной на рынке во время фестиваля зимнего солнцестояния.

– Разве такое возможно?

– Если ты видишь сны о прошлом, где линии судьбы переплетаются и сливаются в одну, тебя мучила совсем не я.

– Я видел тебя. – Он шагнул к ней. – И узнаю твое лицо среди миллиона других.

– Да… Вот только, возможно, мое лицо принадлежит не мне, а переродившейся принцессе, – прошептала Ви.

– Что?

Ви снова взглянула в сторону горизонта. Если поторопиться, ей должно хватить времени на осуществление задуманного.

– Ви, перерождение не…

– Насколько хорошо тебе удалось рассмотреть детали? – Повернувшись к Таавину, Ви взяла его за руки. Они были теплыми, словно он постоянно проводил время под лучами солнца. – Уверен, что это была я? Никаких сомнений?

– Не могу ни о чем утверждать с полной уверенностью. – Он тяжело вздохнул. – К моим снам не прилагаются инструкции или объяснения.

– Хорошо, потому что, кажется, я знаю, кто это… Кто снился тебе с самого начала. – Ви зашагала по плотно утрамбованной земле вокруг ямы для поединков.

Крепость Сорициум возвышалась среди исполинских деревьев, уходящих ввысь на сотни этажей, а к ее входу тянулись дороги, ведущие из бойцовых ям. В центре крепости шла дорожка, изгибаясь подобно арке. Она и тянулась к балкону, соединенному с деревом, на котором размещалась знать. В стволе зиял вход, ведущий наверх – туда, где жили воины вождя Сехры, неподалеку от новой стены, которая теперь окружала всю крепость.

Но Ви направилась к лестнице сбоку, огибавшей дерево поменьше.

– Не скажу, что с трудом поспеваю за тобой. – Таавин шел с ней в ногу. Ви гадала, приходилось ли ему прилагать усилия, чтобы передвигаться по чужому миру, или все происходило исключительно магическим образом. – Но я сомневаюсь, что ты хочешь вести меня в крепость. – На случай, если кто-нибудь увидит…

– Точно. – Ви подняла левую руку и посмотрела на созданный несколько часов назад глиф, о котором почти забыла. Каково было бы, если бы он появлялся рядом не только благодаря заклинанию? Словно прочитав мысли, Таавин коснулся ее пальцев, и Ви резко подняла на него взгляд.

– Перед тем, как сделаешь это, расскажи, что тебе удалось понять?

– Лавки диковинок – явно ремесло Запада. Моя семья связана с Западом. – Она видела, как Таавин начал соединять факты, которые в ее собственной голове уже сложились в четкую картину. – Несколько месяцев назад, во время зимнего солнцестояния, одна женщина с Запада упомянула о лавках диковинок… И о том, будто ее лавка дарована ей моей бабушкой.

– Твоей бабушкой?

– Принцессой Фиерой, последней принцессой

Запада. – Ви едва не подпрыгивала от волнения. Она крепче сжала пальцы Таавина и придвинулась к нему чуть ближе. – Женщина сказала, что приехала увидеть меня, ведь на Западе говорят, что я – переродившаяся бабушка. И очень похожа на нее.

– Бабушка Защитницы… Лавка диковинок, где можно заглянуть в будущее, уготованное нам Йарген… – Таавин крепче сжал ее руку. – Похоже, мы нашли еще одну веху. Ты гений, – прошептал он.

– Нет, я не гений. Просто делаю то же, что сделала бы любая хорошая Защитница, а еще помогаю найти способ спасти мир. – Ви решительно улыбнулась. Ей хотелось шутить и веселиться, однако время было неподходящим, ведь она видела конец света во всех его ужасающих подробностях. Единственный способ помешать дорогим для нее людям умереть, так это найти вехи, увидеть там будущее и помочь Таавину использовать эти видения, чтобы остановить разрушения, которые учинил освобожденный темный бог Распиан… Или которые устроил бы, если бы они не нашли способ помешать ему снова обрести физическую форму.

– Ни к чему страдать от ложного чувства скромности. Можно одновременно быть и гением, и хорошей Защитницей. – Таавин тоже улыбнулся, но затем перевел взгляд на запястье Ви, и улыбка исчезла с его лица. – Тебе пора, – тихо заметил он.

– У меня мало времени, – согласилась Ви, но никто из них не отнимал руки. – Когда появится возможность, я снова вызову тебя.

– Прошу, зови. В твоей компании мне не так одиноко.

Ви постоянно размышляла о том, как именно протекали его дни. Было очевидно, что Таавин не любил говорить о себе, однако в какой-то момент ему придется открыться. Настанет время, и ей предстоит узнать о нем больше, чтобы найти его, когда она наконец доберется до Меру.

– Держи за меня кулачки. – Ви отпустила его руку. – Надеюсь, мы нашли еще одну веху.

Таавин кивнул, и Ви разорвала связь. Теперь она смотрела на место, где он стоял совсем недавно. Мужчина казался ей реальным. Она чувствовала его присутствие, прикасалась к нему, вдыхала его запах, будто он находился перед ней. Но когда она оборвала соединявшее их заклинание, ничего не осталось, и это стало отрезвляющим напоминанием о том, что Таавин во плоти находился на другом конце света.

Отогнав эту мысль, Ви побежала вверх по крепости, за раз преодолевая по две ступеньки, чтобы поскорее добраться до расположенной в Сорициуме тюрьмы.