Тогда рыцарь, завидев свой замок ― а это был один из лучших и красивейших замков в этой стране, снабженный всем необходимым, так что те, кто был в нем, могли никогда не иметь опасений за себя, ― просил у короля позволения оставить его, с тем чтобы пойти туда и водвориться там, как ему пристало; и король разрешил ему это. Рыцарь достиг до замка и принялся стучать в ворота, приговаривая, что-де стыдно им, что их хозяин стоит тут один-одинешенек в ожидании, когда его впустят, словно последний грешник перед небесными вратами. Привратник же не хотел открывать, не доверяя его речам. Рыцарь посоветовал ему открыть и убедиться, ибо, сказал он, уже достаточно светло, чтобы искать вшей на рубахе. Когда же привратник отворил ему, то пришел в несказанное удивление и принялся спрашивать у рыцаря, когда он успел выйти, и просил простить его за нерасторопность; рыцарь же прошел мимо него и пустился прямиком в свои покои, где супруга встретила его в великом смущении, спрашивая, когда он успел надеть это рубище, коли только что был здесь, одетый, как ему подобает, рыцарь же отвечал, что это дело недолгое.