Светлых колдунов и колдуний не зря селили возле черных собратьев по дару. Делалось это в надежде на то, что дисциплинированные светлые не дадут темным проявить вредительскую натуру и со всей своей гражданской ответственностью вовремя донесут на соседа в ковен.

И будь я настоящей светлой колдуньей, то прыгала бы, вихляла задом и победно подбрасывала лопату еще активнее, чем Николас минуту назад.

Нет, я бы уже со всех ног мчалась в дом, теряя на ходу домашние туфли, в поисках ручки и бумаги, чтобы поставить на уши весь светлый ковен.

Но я была черной ведьмой. Это раз.

Два: я точно знала, что обычно хранится в подобных сундуках за семью печатями.

Три: я туда это не закапывала.

Четыре: не факт, что светлые поверят в чистосердечное «это не мое» от черной ведьмы.

С трудом сглотнув, я постаралась взять себя в руки и призвала спокойствие. А еще Артура с лопатами.

Мы скоренько взялись за дело и уже через полчаса полностью откопали находку. Сундук был небольшим, с изящными ручками по бокам и скрытым замком на крышке. Я провела ладонью по испещренной знаками поверхности, почувствовала, как кольнуло подушечки пальцев и чуть быстрее застучало сердце.

– Николас, метнись в дом и принеси со стола скатерть и прихватки для горячего, – велела я. – Только аккуратно, не расколоти ничего в процессе.

– Да, госпожа колдунья! – с готовностью кивнул пацан, срываясь с места.

В доме громко хлопнула дверь, громыхнул опрокинутый стул, разбилось забытое блюдце с вареньем.

– Послали боги недотепу… – вздохнула я и мысленно с облегчением добавила: «Хорошо, что не мне!»

Ну же, Корвус Кей. Где ты там ходишь? Возвращайся уже к своим обязанностям светлого колдуна и забирай у меня этого чудовищ… чудесного ребенка, пока он еще чего запрещенного не обнаружил в моем доме.

– Артур, обкопай сундук с того краю и отожми лопатой дно. Только осторожно. Людям нельзя касаться его голыми руками.

Мужик с кряхтеньем принялся выполнять мое поручение, а тут и Николас подоспел. Нарочно не встречаясь со мной взглядом, он протянул скатерть с прихватками. Я накинула на крышку сундука ткань, натянула на руку прихватку, а другую перекинула Артуру.

– Давай. Надо отнести его в дом.

Николас поменялся с Артуром местами и вцепился в черенок от лопаты, с помощью рычага помогая нам поднять сундук из ямы. Мы же схватились за ручки по бокам, поднажали и… ничего.

– Слишком тяжелый, – пожаловался раскрасневшийся от натуги Артур.

– Может, магией шарахнем? – предложил Николас.

– Я тебе шарахну! – рявкнула я. – Знаешь, сколько на нем защитных заклинаний? Шарахнет так, что половину Доротивилля взрывом испепелит, молчу про нас.

– И что делать? – спросил Артур, выпуская ручку.

Я выпрямилась, еще раз оценила размеры ямы, в которую угодил сундук и я заодно, и ткнула в ближайшую к дому стенку.

– Николас, тащи веревку из сарая. Артур, хватай лопату и немного откопай тот край, чтобы получился пологий спуск. Попробуем выволочь его.

Пока представители противоположного пола безропотно выполняли мои указания, я вернулась в дом, нашла кусок клеенки и помолилась всем темным богам, чтобы скользкий материал облегчил наше трудное дело по извлечению сундука из ямы.

– Готовы? – Я вопросительно взглянула на замерших наверху вырытой ямы мужчину с мальчиком. Те кивнули. Артур – откровенно неуверенно, Николас – с энтузиазмом и аж четыре раза.

– Раз. Два. Тянем!

Мужчины громко запыхтели и дернули за привязанную к ручке веревку, я уперлась пятками в землю и подтолкнула в бок. Сундук нехотя сдвинулся с места, откинув комья земли. Вот он встал на клеенку и медленно, с крайней неохотой пополз вверх по склону.

– Еще чуть-чуть, – подбадривала всех я. – Еще немного!

И тут веревка лопнула.

Николас испуганно вскрикнул и сел на землю. Продолжая сжимать злосчастную веревку, Артур сказал более грубое словечко и опустился рядом. Сундук с радостным «вжик» поспешил вернуться на прежнее место.

Я, никак не ожидавшая такой подставы, завалилась грудью на прикрытую скатертью крышку и с матами весело съехала по импровизированной горке обратно в яму.

– Госпожа колдунья, вы там как? – в один голос поинтересовались склонившиеся над ямой помощники. Николас – с тревогой, Артур – с надеждой.

Сжав зубы, я слезла с сундука, отряхнула руки и скомандовала:

– Еще раз!

Второй раз оказался успешнее.

Зачарованная на крепость веревка с честью выдержала испытание сундуком, дав нам шанс вытащить этого неподъемного монстра из ямы. Едва тот оказался на земле, мы с Артуром натянули прихватки и взялись за ручки.

Пока Николас торопливо забрасывал яму землей, мы на адреналине дотащили сундук до крыльца, не иначе как чудом подняли по ступенькам и внесли в дом.

– Спустим его в подвал, – сказала я, с трудом переводя дыхание, и наклонилась к люку в полу кухни.

Кольцо обожгло теплом, выплевывая черную искру. С легким шипением растаяло защитное заклинание. Щелкнул механизм замка, и крышка люка легко поддалась, открывая спуск.

Пока я колдовала, тяжело дышащий Артур пересек кухню, открыл кран над раковиной и припал к нему губами. Выпрямившись, я с завистью и ноткой брезгливости покосилась на помощника, жадно хлебавшего воду прямо так, из-под крана, потянулась было за кружкой, но услышала странный звук со второго этажа.

Тук… Тук… Тук…

Задрав голову, я с подозрением глянула на потолок, словно умела смотреть сквозь него, и сказала:

– Артур, я на минуту. Жди здесь.

Мужчина только вяло махнул рукой и продолжил пить с настойчивостью верблюда, которому предстоит долгое путешествие через пустыню.

Взлетев по ступенькам наверх, я неслышно прокралась по коридору и дернула дверь в свою спальню.

– Ага. Попался! – обвинительно ткнула я пальцем в черного ворона, бывшего некогда моей табличкой с номером дома.

Птичка, долбившая дверцу тумбочки, испуганно вспорхнула и закружила под потолком.

– Саманта! Саманта! Саманта! – раздражающе громко орал ворон. – Саманта пр-р-рекр-р-расна!

– Ой, утихни, – велела я ему и подошла к тумбочке. Интересно, что так заинтересовало этого странного ворона?

Присев на корточки, я протянула руку и дотронулась до дверцы. Ворон тотчас спикировал вниз и замер возле моих ног.

– Только не говори, что у тебя, как и у голубя, тоже поехала кукуха и ты решил свить гнездо в тумбочке, – с тоской сказала я.

– Саманта пр-р-рекр-р-расна! – заявил ворон, нетерпеливо переминаясь с лапки на лапку и выразительно поглядывая на тумбу.

Ладно. Посмотрим, что ему там так нужно.

Едва я приоткрыла дверцу, как ворон метнулся вперед, нырнул вглубь и под торжественный клекот выволок из недр тумбы перетянутую розовой лентой коробку с обувью.

Коробку я хорошо помнила. Ее подарили мне при переезде родители, но пользоваться туфельками для мгновенных перемещений я не любила, предпочитая старые добрые прогулки на метле, поэтому магическая обувка пылилась без дела.

– Саманта! Саманта! Саманта! – радостно проорала птица, хватая лапами коробку за розовый бантик и взлетая под потолок.

– Ах ты, ворюга пернатая! – возмутилась я, кидаясь следом за ней к распахнутому окну. – А ну верни.

Но куда там. Ворон уже успел вылететь из дома и вовсю махал крыльями, старательно улепетывая в неизвестном направлении. Я вскинула руку и прицелилась, готовая ударить по обнаглевшему ворону искрой.

– А-А-А!!!

Резкий пронзительный визг разлетелся по дому, резанув по ушам. Я непроизвольно дернулась и промазала. Искра пролетела чуть выше ворона, держащего в лапах коробку с моими туфельками для перемещений. Птичка изумленно каркнула, вильнула в сторону и затерялась среди пышных крон деревьев.

– А-А-А!!! – Визг продолжался, набирая децибелы и обороты паники с каждой секундой моего промедления.

Выругавшись, я выскочила из комнаты и бросилась вниз.

Как?!

Вот как я могла забыть про подвал и пленника?!

– Госпожа колдунья! – попытался войти в дом перепуганный Николас, но я махнула рукой, заклинанием сметая его обратно.

– Жди на улице!

Ворвавшись в кухню, я споткнулась о сундук, чудом не зацепила боком угол столешницы и бросилась к открытому люку, из которого продолжали немелодично орать.

Быстро спустившись вниз, я покосилась на забившегося в угол пленника, зажавшего уши руками. На орущего дурниной Артура. Взвесила все «за» и «против» и отвесила перепуганному мужичку легкую оплеуху.

Орать сразу перестали.

– Давай, Артур, соберись, – потребовала я строго, взглядом намекая, что нам еще тот неподъемный сундук сюда спускать.

Но мужик не хотел собираться.

Мужик продолжал панически дрожать и тыкать пальцем в моего пленника.

– Т-т-там… Т-т-там… демон!

– Ну демон, – спокойно подтвердила я. – Орать-то зачем?

Артур сглотнул.

Удивленно моргнул.

И картинно рухнул в обморок.

– Да уж, – неодобрительно отозвался демон из своего угла. – Какие мужики нынче хлипкие пошли.

– И не говори, – вздохнула я.