Глава 32. Хаос и сталь

Маг огня стиснул поводья так, что побелели костяшки. Копыта его коня глухо ударяли по мокрой земле, и пятнадцать всадников двигались за ним единой тенью. Лагерь Корина уже показался из-за деревьев – чёрные палатки, редкие костры, силуэты часовых на окраине. До южных складов оставалось не больше полукилометра.

– Как только подойдём на расстояние хорошего броска – поджигаем всё, до чего дотянемся. И сразу отступаем не оглядываясь.

Бойцы молча кивнули. Они были готовы. Только бы удача не отвернулась в последний момент.

Но удача уже отвернулась.

Лес справа вдруг взорвался топотом тысяч копыт. Земля задрожала, и из-за деревьев, перекрывая дорогу к отступлению, выкатилась лавина всадников – чёрные плащи, чёрные знамёна, но не люди Корина. Раскольники.

Маг огня осадил коня, выругался сквозь зубы. Их отряд оказался аккурат между двумя армиями. Спереди – лагерь Корина с двумя тысячами солдат. Сзади – армия раскольников, которые явно собирались атаковать лагерь с юга. И он со своими пятнадцатью всадниками – мясо между двумя жерновами.

– Что прикажете, магистр? – крикнул кто-то из бойцов, хватаясь за меч.

– А что нам остаётся? – усмехнулся маг огня, выхватывая из седельной сумки зачарованный амулет. – Жечь? Жечь!

Он ударил амулетом о ладонь, и из его рук вырвалась огненная волна – широкая, ослепительная, которая накрыла ближайшие палатки Корина. В то же мгновение раскольники ударили с другой стороны. Чёрные стрелы взвились в воздух, засвистели, вонзаясь в тела. Кто-то закричал.

– К бою! – заорал маг огня, выхватывая меч.

Его люди развернули коней, пытаясь принять бой на два фронта, но их было слишком мало.

Маг огня видел, как горят склады – его огонь сделал своё дело. Но раскольники не обращали внимания на пожары. Они рвались вперёд, врубаясь в лагерь Корина, сметая всё на своём пути. Их командир, что-то кричал, указывая на чёрное знамя в центре.

– Держаться! – крикнул маг огня, но его голос утонул в звоне стали и предсмертных хрипах. Двое его бойцов упали. Лошади ржали, вставали на дыбы. Вокруг уже не было леса – только мечи, огонь, кровь и бесконечные всадники в чёрном, которые давили своей массой.

Он понял, что отступать некуда. Сзади – лагерь Корина, в котором уже поднялась тревога. Спереди – раскольники, которые не разбирают, кто перед ними, и рубят всех подряд. Маг стиснул зубы и рубанул мечом по шлему ближайшего врага, а другой рукой швырнул в гущу раскольников последний огненный шар.

Палатки Корина горели. Лагерь просыпался. И в этом аду небольшой отряд умирал в своём последнем сражении.

Кассиан стоял на краю леса, сжимая рукоять меча, и смотрел, как долина внизу превращается в ад. Горели южные склады – маг огня справился с задачей, но что-то пошло не так. Оттуда доносился не просто шум диверсии – там шёл настоящий бой. Тысячи голосов, лязг металла, крики раненых. Полномасштабное сражение.

Он перевёл взгляд на центр лагеря, где возвышалась палатка Корина. Вульф уже, наверное, двинулся туда с магом воды.

А в этот момент с северной стороны донеслись новые крики. Кассиан обернулся и увидел, как несколько десятков раскольников, прорвавшихся сквозь основные силы, ворвались внутрь лагеря. Они рубили палатки, поджигали всё, что попадалось под руку, сея панику среди солдат Корина. Их было немного, но хаос, который они создавали, умножался в десятки раз. Солдаты бежали в разные стороны, не понимая, откуда ждать удара. Кто-то в панике бросал оружие.

– Не дождётесь, – процедил Кассиан. – За мной! Мы идём в центр. Прикрываем командора, если понадобится – принимаем бой на себя.

Группа бойцов бесшумно двинулись за ним в обход основных сил, туда, где ещё не бушевало пламя, где можно было просочиться сквозь проснувшийся лагерь. Кассиан шёл быстро, почти бежал, перепрыгивая через тела первых убитых. В груди колотилось в такт сражения. Он должен успеть.

– Амалия, держись, – прошептал он. – Брат идёт.

В палатке Корина было тихо. Амалия лежала на тюфяке, прислушиваясь к далёким звукам снаружи. Сначала ей казалось, что это просто обычный лагерный шум. Но потом – крики. Много криков. И запах дыма.

Корин, сидевший на стуле, поднял голову. Его лицо оставалось спокойным, но глаза сузились.

– Началось, – сказал он тихо.

Полог палатки откинулся, и вбежал капитан стражи, хмурый ветеран со шрамами.

– Повелитель! Атака! Раскольники с юга, тысячи! – выпалил он, тяжело дыша. И тут же добавил, сбивчиво: – Они уже прорвались внутрь! Небольшие группы.

Корин медленно встал. Амалия не сводила с него глаз. Она видела, как напряглись его плечи, как он сжал чётки. Впервые он выглядел не уверенным, а озабоченным.

– Усилить охрану палатки, – приказал он капитану. – Вдвое. И вызови сюда магов Тона и Вейдера.

– Слушаюсь, – капитан выбежал.

Корин повернулся к Амалии. Его глаза были холодными, как зимняя сталь.

– Не думай, что это твой шанс, – сказал он. – Раскольники пришли убить тебя, не спасти. Если они прорвутся – ты первая умрёшь.

– Лучше так, чем быть твоей жертвой, – ответила она, хотя внутри всё похолодело.

Корин не ответил.

Он вышел. Полог захлопнулся.

Амалия осталась одна с цепью на ноге. Снаружи гремел бой, пахло гарью и кровью. Где-то совсем рядом раздались крики – то ли кто-то из раскольников прорвался к центру, то ли просто паника. В любом случае, хаос нарастал.

– Адриан, – прошептала она в темноту. – Если ты жив, сейчас самое время.

Вульф шёл быстро, почти бежал, хотя каждый шаг отдавался болью в груди. Маг воды, молодой парень с длинными русыми волосами, едва поспевал за ним.

Вокруг царил хаос. Лагерь Корина не просто просыпался – он горел. С южной стороны полыхало так, что небо стало багровым. С севера доносились крики – там тоже был бой. Солдаты метались между палатками, не понимая, куда бежать. Кто-то хватал оружие и бежал на юг, кто-то – на север. Лязг металла, проклятия, предсмертные хрипы – всё слилось в единый многоголосый гул.

Они свернули в узкий проход между палатками, перепрыгнули через брошенный меч, прошли мимо трупа – кого-то из раскольников, судя по чёрному плащу без знаков. Рядом лежали двое солдат Корина, истекая кровью.

Лагерь жил своей жизнью – хаотичной, безумной. Где-то в двадцати шагах раздался дикий крик: «Спасайтесь, они везде!» – и послышался топот бегущих ног. Чей-то голос скомандовал: «В круг, держать строй!» – но ему никто не подчинился.

– Времени мало, – сказал Вульф, выглядывая из-за угла палатки. – Корин скоро вернётся. И если он поймёт, что это не только раскольники…

– Думаете он ещё не понял? – спросил маг воды, бледнея.

– Не знаю. Но лучше нам успеть всё сделать как можно быстрее.

Они двинулись дальше. Палатка Корина уже виднелась впереди – большая, чёрная, с серебряными вышивками. Метрах в тридцати, не больше. Возле неё суетились стражники, выстраиваясь в оцепление. Вульф насчитал не меньше дюжины.

С северо-восточной стороны раздались крики.

Вульф бежал, низко пригнувшись, стараясь ступать бесшумно. Расстояние до полога палатки сокращалось. Сорок метров… тридцать пять… тридцать.

Он почти достиг цели, когда из тумана прямо перед ним выросла фигура. Стражник увидел Вульфа, раскрыл рот, чтобы закричать.

Вульф ударил первым. Клинок вошёл в горло стражника, и тот рухнул, не издав ни звука. Но его меч, выпадая из руки, со звоном ударился о камень.

Вульф замер. До палатки Корина оставалось каких-то тридцать метров. Он видел полог, за которым, наверное, была Амалия. Он слышал её сердцем.

Лагерь горел. Армии схлестнулись. Раскольники прорывались внутрь, сея панику. А в центре этого ада, в тридцати метрах от спасения, Вульф сжимал окровавленный кинжал и готовился к последнему рывку.

– Амалия, – прошептал он, – я рядом.