Кабинет главнокомандующего восточными армиями Японии.

Генерал-лейтенант Сакихара Харакири.

Поздний вечер.

— Значит… оябун мертв? — оторвавшись от доклада, спросил майор Мотобе.

По взгляду непонятно, что у него на душе, как и то, куда он смотрит. Все же особенность японского строения век отличалась от европейской.

— Ага, — довольно кивнул генерал Харакири Сакихара.

— А кто именно?

— Нахимов сказал, что это был Золотой Джек, — довольный произведенным эффектом, улыбнулся генерал.

— Нихрена же себе… — выдохнул Мотобэ.

Дальше генерал себя не сдерживал и начал ругаться на чем свет стоит. Да чего уж, пришлось открыть заначку и опустошить одну маленькую бутылочку домашнего саке, чтобы справиться с волнением. Это не помогло, но он хотя бы смог внешне выглядеть невозмутимым.

— И в придачу взорвал полгоры… — продолжил майор.

Сакихара Харакири любил рассуждать на подобные темы. Еще в военном училище, где они провели долгие годы вместе с Петром Нахимовым, их преподаватель говорил, что потери должны быть равносильны цели операции. Если же они превышают допустимый минимум, то стоит задуматься, а не болван ли ты?

— Да, и это хорошая цена за уничтожение такой крупной точки Якудза, да еще и одного из оябунов. Ты так не считаешь?

— Но… — поначалу майор хотел вступить в спор, но генерал продолжил:

— Напомню, адмирал действовал с друзьями его дочери, и при этом никто не погиб. Только один раненый, — хмыкнул Сакихара, внутри завидуя такой мощной боевой единице, как друзья Светы. — Ты бы со своим отрядом Лотоса так смог?

Майор Мотобэ призадумался. Все же он видел в отчете, сколько сильных личностей было в тех пещерах, где лишь двое ребят пошли зачищать нижние уровни.

Да, к ним на помощь пришел адмирал Нахимов и моментально все разнес. Конечно, формально, потому что и про самоуничтожение в отчете тоже значилось.

— Так филигранно — нет, — четко ответил майор. — Были бы потери около двадцати процентов.

— Вот именно, и это при условии того, что какой-нибудь крот наверняка предупредил бы заранее, что военные идут ловить оябуна. Да он бы вмиг укатил на своей телеге через гору.

Генерал достал еще две маленькие бутылочки с горячительным и протянул одну собеседнику.

— Товарищ генерал… я же…

— Да держи уже! — всунул Харакири ему в руки бутылочку. — Рабочий день закончился. За нас делали нашу же работу. И кто? Мой старый друг, который приехал ко мне же на свадьбу! Да еще и с группой молодых студентов!

— Н-да… Кому расскажи, не поверят, — майор почтенно поклонился и сделал глоток.

— И не надо. Адмирал благородно отдал все лавры нам. Армии Японии! — он тоже сделал глоток и расстегнул воротник. — Если честно, он сказал, что это мне подарок на свадьбу… Но я надеюсь, что это будет что-то другое.

— Простите, Харакири-сан, а где сейчас они?

— Раненого отвезли в военный госпиталь. Так с ним работают артефакторы и лекари по каналам. Остальные были в последний раз там же.

* * *

Близ секретного выхода.

г. Саппоро.

Спасательный отряд Нахимова быстро обнаружил нас по ту сторону горы.

За это время я еще раз поделился энергией для того, чтобы зарядить костюм адмирала. В ответ слышал только оханье да аханье о том, какой я молодец.

Адмирал знал, что я организовал вылазку с Фанеровым в глубину пещеры, а также удивился, что мне удалось прихватить еще и тело одного из зомбаков.

— Документы не пострадали? — спросил меня Петр Борисович, пока мы ждали отряд спасения.

— Нет, — коротко ответил я, проверяя себя на наличие ран. Как физических, так и ментальных. Лора делала полную диагностику.

— Михаил, мне нужны эти документы, — коротко сказал адмирал.

— Вот так совпадение, — повернулся я к нему, — Но мне они тоже нужны.

Мы не боялись говорить о таких вещах, потому что Женя Фанеров сейчас сидел в десятке метрах от нас и приставал к своей новой пассии. Кажется, он твердо собрался взять ее в Российскую Империю.

— Бедняжка, — горько вздохнула Лора. Значит, анализ состояния закончен. — Все чисто. Печати отработали на ура!

Адмирал не ожидал такого ответа, но решил не спорить. Умный ход, а главное правильный.

— Скажи, мне показалось, или ты уже имел дело с теми существами?

А это интересно. Если он задает такие вопросы, то и он уже имел с ними дело. Тогда не вижу смысла скрывать то, что я знаю. Это также поможет и мне узнать больше про нападения. И что-то мне подсказывало, что эти создания как-то связаны с телом Валеры и почему-то Евы.

— Да я уже с ними встречался. Тогда мне удалось убить одного, еще двое сбежали, — кивнул я. — С ними была баба с косой. Простите, больше сказать не могу. Секретность.

Я не сомневался, что Нахимов узнает, но не мне рассказывать эту тайну, так что пока можно и помолчать.

— Баба с косой, говоришь… — задумался он. — Думаю, нет смысла говорить, что мы с ними тоже не встречались.

— Мы?

Нахимов улыбнулся.

— Молодец, верно вычленяешь нужное, — он похлопал меня по плечу. — Давай обменяемся информацией?

— Я только за, — кивнул я ему. — После того, как вы расскажете мне про этих созданий, — и ткнул пальцем в труп, — Я дам вам копии документов, которые выкрал.

— Хорошо, но мне надо сделать пару звонков, — согласился он. — Как насчет того, чтобы встретиться завтра днем?

Пришлось напомнить, что у меня нет расписания нашего путешествия. Петр Борисович засмеялся и сказал, что завтра днем они поедут в префектуру Хакодате. Как раз в дороге можно и поболтать, потому что он тоже будет с ними.

— Но я же люблю тебя! — крикнул Фанеров, валяясь у ног напуганной японки.

Мы с Петром Борисовичем переглянулись и одновременно засмеялись. Фанеров в своем репертуаре.

— Жень, эта девушка член Якудза, — подойдя к парочке, как можно спокойнее сказал адмирал. Кажется, он знал, кто такой Фанеров, и вел с ним диалог, как с маленьким ребенком. Хороший ход. — На ней висит много преступлений. Ее надо отдать в руки закона.

— ДА! Я согласна! Арестуйте меня! Я готова сесть в тюрьму! — тут же оживилась О-Рен и попыталась вырваться из объятий своего воздыхателя.

— Молчать, — спокойно сказал Петр Борисович, но воздух все равно задрожал.

О-Рен тут же замолчала и села на землю. Фанеров же наоборот, встал, отпустил японку и поправил костюм.

— Могу я с вами поговорить? — серьезным тоном сказал он.

— Воу! Кажется, кто-то взялся за свою личную жизнь всерьез! — Лора стояла рядом со мной в кимоно.

Я примерно догадывался, о чем у них пойдет разговор, так что решил не вмешиваться и сосредоточиться на себе и заодно проверить ребят.

Энергии было все еще в достатке. Также я заметил, что Лора начала модернизировать пляж, что-то строя на основном острове.

Еще я проверил ребят через Болванчика. С ними так же все хорошо. Арнольда погрузили в специальную медицинскую машину. Свету решили оставить. Да и Кицуня рычал на врачей, которые хотели ее осмотреть. Пришлось Диме брать Свету на руки и нести в машину. Ребята уехали в больницу.

А тут и спасатели. Три внедорожника осветили нашу небольшую поляну.

В одну машину мы погрузили тело сборной солянки и костюм адмирала, во вторую сели Женя с О-Рен, а мы с Нахимовым в третью.

— Как я могу тебя отблагодарить? — перешел к делу Петр Борисович, когда мы тронулись по направлению к больнице.

Было у меня одно желание — тот самый костюм, в котором прибыл адмирал. Собственно, этими мыслями я и поделился с ним.

Оказалось, что это экспериментальный образец, и его не так просто скопировать. А если точнее, то он сделан исключительно под способности адмирала.

Скажем так, если я буду в нем сражаться, то не смогу раскрыть весь потенциал. Но Нахимов сказал, что поговорит со своим главным инженером, и они что-нибудь придумают.

— Только ты должен понимать, это не на один месяц, — предупредил мужчина.

— Естественно, — кивнул я. — Хорошую работу стоит подождать.

— Могу я быть с тобой откровенным? — он достал из бокового отсека бутылку рома и одним пальцем открыл ее. — Будешь?

— Не в настроении.

— Я переживал, что Света может сорваться и случится нечто подобное, — он сделал пару глотков и отвернулся к окну. Что-то его тревожило, и это было видно невооруженным глазом.

Конечно, сильные мира сего не могли показать слабину на публике. Но когда подобные люди впускают тебя в свой круг доверия, то оказывается, что они, зачастую, очень ранимы и несчастны.

— Я понимаю, но Виолетта знает, что делать.

— Ах, та девушка. Да, она отличный лекарь. Стоит ее отправить к Чехову, подучить девчонку. Потенциал у нее мощный. Но я не про это.

— Вы боитесь, что однажды не успеете?

— Я очень люблю свою Светочку, — он залпом допил бутылку. — Света не знает то, что я тебе хочу рассказать. Поэтому, пожалуйста, сохрани это в тайне. Никаких печатей и заклинаний. Просто по-человечески.

— Не расскажу.

— При каждом ее срыве, она рушит свое тело. Непоправимо. Миша Чехов работает над этой проблемой, и я уверен, что он сможет вылечить ее.

— Почему вы ей не расскажете?

— У этих срывов, как ты заметил, есть условия активации. И это не простое психологическое заболевание.

— Заклинание? — удивился я. Мне еще не встречались подобные чары.

— Проклятие…

У адмирала опять в руках была полная бутылка. Даже стало за него немного страшно, когда я увидел цифру 78% напротив надписи «Процент алкоголя».

— Ты наверняка слышал эту историю про подругу и отряд?

— Да.

— Со Светой была не подруга. Эта девчонка постоянно задирала мою Свету и обижала. У нее имелась предрасположенность к проклятиям. Ее потомки славянские колдуны. Чего уж далеко ходить — ее бабка носила кличку Яга. Как в сказках, — ухмыльнулся Нахимов. — Когда обеих заперли в камере, им дали всего одно условие, убить соперницу, и тогда вторая выживет.

— О боже… — вздохнула Лора, которая так же, как и я, была в шоке.

— Эта девчонка наложила на нее проклятие. Редкое, мощное. Но она была не опытна и сама себе вырыла могилу. Света тогда разорвала ее на части и заодно и всех остальных.

— Так какие условия? — уточнил я.

— Если она узнает о том, что это проклятие, разрушения в организме будут ускоряться, пока она не умрет.

Он говорил тихо и размеренно. Но все же пару раз голос дрогнул. Значит, могучий владыка морей был не таким черствым и отрешенным, как казалось на первый взгляд.

— Я никогда не слышал про проклятия…

— Почти вымерший вид магии, — пожал он плечами. — Записей практически нет. Но одно мы знаем наверняка. У каждого проклятия есть условия, выполнив которые, оно снимается. Но мы не можем понять, какие.

— А проникнуть в астральное тело и попытаться изолировать его? — Лора выдала мне несколько вариантов решения.

— Вот этим Чехов и занимается, но там столько… Он что-то объяснял, но я не лекарь.

— Зачем вы со мной этим поделились?

— Ты хороший друг. Я много о тебе слышал как от Кутузова, так и от Есенина.

Он явно чего-то не договаривал.

— Это все?

— А ты хочешь, чтобы я тебя еще расхваливал? — улыбнулся он. — Вот уж не думал, что ты такой любитель лести.

Дальше мы уже перешли на другие темы. Например, он рассказал мне, о чем общался с Фанеровым. Хотя тут ничего нового я не услышал.

Женя попросил сделать исключение для японки и тайно вывезти ее в Империю. Нахимов без проблем согласился. Дальнейшая судьба этой бандитки ему не интересна, а, похоже, нахождение рядом с Женей для нее куда хуже, чем смертная казнь. Но он предупредил Фанерова, что если от нее будут проблемы, он без промедления свернет ей шею.

До больницы мы доехали поздним вечером. Все ребята сидели в коридоре рядом с палатой Арнольда.

Свету положили в соседнюю палату, и сейчас с ней была Виолетта и Кицуня.

Когда мы вчетвером зашли в отделение, да, Женя потащил О-Рен к адмиралу, и тут же подошли несколько солдат, чтобы отчитаться.

— Товарищ адмирал, — сказал, судя по погонам, капитан. — Мы пытались увезти ребят в гостиницу, но они сказали, что никуда не поедут без Михаила и Евгения.

— Эх, молодежь! — ухмыльнулся он, поправляя широкополую шляпу, которую нацепил выходя из машины.

Когда Маша увидела меня, тут же прыгнула на шею и расцеловала. Остальные же поздравляли с тем, что мы разнесли логово врага.

— Ну нет! Это все благодаря ему, — попытался я переложить ответственность и показал на Женю, который продолжал любоваться своей японкой.

— Какого хрена эта дура тут делает? — воскликнула Аня, не стесняясь в выражениях.

— Э! Попрошу! Это моя будущая жена! — насупил брови герой-любовник.

В итоге ребята удивленно переглянулись, пожали плечами, мол, ну это же Фанеров, и забыли о его существовании. Да и от меня отстали.

— Как она? — спросил Нахимов у дежурного врача.

— Стабильно. Ее подруга погрузила ее в сон, так что все хорошо. К утру проснется, — ответил врач, с интересом разглядывая шляпу адмирала.

— Тогда я ее забираю, — сказал, как отрезал. — Что с парнем?

— С ним сейчас наши лекари. К утру починим. Но ему нельзя неделю применять сложную магию, чтобы каналы вновь не повредились.

— Ясно, тогда тут останутся мои люди. Привезут его, как он проснется, — он взял слегка испугавшегося японца под руку и отвел в сторону. — Скажите, а я могу у вас оставить несколько бойцов?

— К-конечно, господин Нахимов, — кивнул доктор и быстро скрылся за стойкой регистратуры.

Болванчик заглянул вместе с адмиралом в палату к Свете. Виолетта спала у нее на животе и держала ее руку. Даже так, она излучала ровные импульсы врачевательной магии.

— А мне как-то грустно, что Фанерова никто не похвалил, — вздохнула Лора, крутясь рядом с парнем.

Тут я был с ней согласен. Все же он сделал столько же, сколько и я, но на него просто не обратили внимание.

— Спасибо, Женя. Без тебя я бы там погиб, — я подошел к парню и протянул руку. — Ты крутой.

Женя замолк на полуслове, поднял голову и посмотрел мне в глаза. И, кажется, на секунду, я увидел вполне адекватного парня, которого мало хвалили, хотя он был и неплохим малым. Но это мгновение испарилось.

— Хочешь подкатить к моей любимой? — оскалился он и зашипел.

Ну нет, так нет. Я пытался.

Петр Борисович выглянул из палаты, поманил пальцем Антона и показал ему, что делать.

Когда они оба вышли, они на руках несли девушек.

— В машину. Поедем в гостиницу, так и отдохнем, — скомандовал адмирал.

— Я останусь, — тихо произнесла Вика. Только сейчас взглянув на нее, мне показалось, что она готова вот-вот расплакаться.

— Вик, надо поесть, поспать, — тихо сказала Маша и обняла девушку за плечи.

— Прости, но я хочу остаться с ним, — она посмотрела на палату Арнольда. — Он, конечно, полный болван, но сделал все правильно. Он спас нас.

Дима сбегал к аппарату с едой и натаскал Вике аж два пакета с водой и бутербродами.

— Тогда мы будем ждать вас в гостинице, — сказал Дима, обнял Вику и пошел за нами.

По дороге мы, естественно, задремали. Даже я. Но Лора это все контролировала: мы проводили время на пляже, разбирая бумаги, которые я выкрал из пещеры.

Ох, сколько всего интересного тут было! При правильной подаче можно даже начать парочку воин.

В гостиницу мы приехали через час. Я увидел только бамбуковые заросли и ворота, сделанные из прутьев того же бамбука.

На пороге нас встретила семья хозяина гостиницы. Я смутно их запомнил, так как они тут же ушли беседовать с Нахимовым.

А нас повели расселяться в номера. И вот удача. Судя по всему, Света лично все бронировала, потому что нас поселили вместе с Машей в один номер.

Небольшая комната с традиционными бумажными стенами. Узорчатые двери были раздвижными.

В целом, комната довольно лаконичная: чайный столик в углу, в центре два теплых футона, так как отопление тут не предусматривалось. Комод в другом углу, на стене картина в старояпонском стиле. Назывались такие ямато-э.

— Прости, Миша, но я все, — пробормотала Маша, разделась, залезла под одеяло и моментально уснула.

— Наконец, посплю на настоящем японском футоне!

И долго не думая, я скинул с себя все, ополоснулся с помощью магии воды и зарылся в одеяла, попутно обняв теплое тело Маши.