— Стекло и старые деньги ваши. Но с этого дня Терновый Лог больше не продает ни одной партии без меня.

Интересно как… Мы все разом замолчали, пытаясь осмыслить происходящее. Даже Кассиан вышел с кухни на шум и теперь переглядывался с Виолантой. Стекло и деньги — это хорошо, но с чего вдруг ультиматум насчет продажи? С какого лешего?

— Несколько дней назад вы отсюда уехали, потому что испугались слухов. А теперь деньги вернули, банки привезли и решили стать единственным человеком, от которого будет зависеть Терновый Лог. Ничего не упустила?

— Я беру на себя стекло, перевозку и городские лавки, — пожал плечами Берг. — Вы получаете постоянный сбыт, думать не надо, куда девать каждую новую партию.

— По какой цене?

Берг назвал сумму. Лорен, уже открывший старую тетрадь, поднял голову и нехорошо улыбнулся. Как-то сильно нехорошо, и я сразу вспомнила его чертей в омуте.

— По прошлому сезону у вас четыре просроченных платежа и две поставки дешевле согласованной цены.

— Раньше госпожу Олден это устраивало!

— Ты слишком любишь деньги, чтобы везти сюда стекло из чувства вины, — Рейвен оттолкнулся от столба.

Берг помолчал, а парень возле телеги перестал развязывать ящики. Потом торговец произнес так буднично, что я аж задохнулась.

— Рецептуры должны храниться у меня. Для… контроля качества и работы с лавками.

Кассиан подошел к столу и остановился рядом со мной, прищурившись.

— Нет. Можешь купить соус, банку и даже кабачок отдельно. Рецепты не получишь.

— Господин Рейн, мне нужны копии на случай...

Ассасин мгновенно вогнал вилку, которую протирал полотенцем, в стол рядом с банками. Берг побледнел и сделал шаг назад, принцы синхронно ухмыльнулись.

Я вздохнула и забрала со стола кошель. Дурак торговец, конечно, такое предлагать нашему повару. Кассиан же найдет, где он живет, затем вскроет замок, потом горло.

— Долг я принимаю, — ответила Бергу. — Стекло купим по обычной цене. Продукцию можете брать на тех же условиях, что остальные, рецептов и прав не будет.

Берг медленно натянул перчатки и кивнул на телегу.

— Тогда стекло я отвезу обратно. До праздника другого вы не найдете.

— Соберем по деревням кривые банки, а Виоланта будет нас ругать. Переживем, — расхохотался Рейвен.

Сама Виоланта даже не возражала, уже увидев, что происходит. Лишь скривилась, но промолчала.

— До встречи на празднике, Берг, — добавил младший. — Ты ведь придешь посмотреть, как мы провалимся?

— Обязательно, ваше высочество. Надеюсь, госпожа Олден еще изменит решение.

Телега выехала за ворота, а Кассиан ушел в кухню, напомнив, что за рецепт яблочного соуса способен убить даже старого торгового партнера.

* * *

К полуночи дом затих. Я успела согреться под одеялом и почти уснула, когда снизу раздалось резкое кудахтанье, потом что-то ударилось о стену. Следом послышался короткий мужской крик и топот.

Я мгновенно вскочила с кровати, накинула халат и открыла дверь. Из комнат одновременно выбежали Лорен и Рейвен, оба сонные и босые.

— Это Аграфена, — хрипло проговорил второй. — Нашла себе новую жертву из работников?

Снизу снова грохнуло. Мы бросились к лестнице, но до кухни не добрались.

Из темного коридора вылетел парень, которого днем привозил с собой Берг. В одной руке он сжимал несколько сложенных листов, второй отмахивался от Аграфены, которая неслась следом и целилась ему прямо в ноги.

— Уберите эту тварь! — орал он в панике.

Парень попытался ударить ее сапогом, но курица увернулась и клюнула выше голени. Он вскрикнул, дернулся в сторону и рванул к задней двери.

Я не успела ничего сказать, как прямо перед парнем появился Кассиан. Буквально из темноты. Просто секунду назад проход был пустым, а теперь бац — и ассасин здесь.

Парень резко затормозил. Кассиан даже не поднял рук.

— Не туда.

Вор метнулся влево, к кладовой. Кассиан шагнул ему навстречу, абсолютно спокойно, и парень снова сменил направление, летя прямо в ловушку между кухней и лестницей.

Аграфена снова налетела сзади. Парень обернулся на нее всего на мгновение, но Кассиан уже оказался рядом. Одной рукой перехватил запястье с бумагами, второй взял за плечо, развернул мужчину и прижал лицом к стене.

Все произошло так быстро, что я и спуститься не успела. Листы упали на пол, парень дернулся, и Кассиан сильнее вывернул ему руку.

— Еще раз попробуешь, будет очень-очень больно.

Спустившийся Лорен свободной рукой быстро проверил карманы пленника. Достал маленький пузырек и еще один сложенный лист.

— На колени, — скомандовал Кассиан парню. — Сиди смирно, все равно догоню.

Парень подчинился сразу, и верная Аграфена подошла ближе с явным намерением клюнуть еще пару раз.

Мирель прибежала из коридора в ночной рубашке, на ходу запахивая шаль. Увидев мужчину на коленях, Кассиана над ним и Аграфену возле сапог, она остановилась.

— Что произошло?

Кассиан сразу убрал руку с шеи пленника, за которую только что взялся, потому что тот отказывался говорить, и тронул его только за плечо. Ага. Значит, при Мирель мы культурные. Миленько.

— Ничего страшного, — сказал он. — Поймали вора.

Пленник посмотрел на него снизу вверх.

— Вы мне чуть р-руку не сломали!

Кассиан нахмурился и легко пнул по чужому сапогу.

— Зачем преувеличивать при даме? — чуть наклонился и процедил так явно, что парень предпочел заткнуться.

Лорен поднял с пола листы. Один оказался рецептом яблочного соуса, второй — овощной закуски.

— Берг отправил? — спросила я.

Парень молчал. Аграфена шагнула к его сапогу, и он заговорил сам.

— Да. Я д-должен был переписать рецепты и вернуть все обратно!

Кассиан покрутил между пальцами пузырек.

— А это зачем?

Помощник побледнел. Лорен поставил перед ним стул и сел. Рейвен встал сбоку, и теперь воришка оказался запертым со всех сторон тремя мужиками и боевой курицей.

— Рассказывай все. Второй раз спрашивать не будем.

— Одну… банку нужно б-было испортить перед проверкой. Капнуть немного и поставить обратно среди остальных.

Кассиан открыл пузырек, понюхал, нахмурившись. Потом поддел чуть пальцем и лизнул, после чего сразу вытер язык о рукав.

— Настой трав. Жар, сердце забьется быстрее, лицо покраснеет. В еде небольшое количество почти не почувствуешь…

Мирель подняла голову, поправляя шаль, которая сползла на одно плечо. Я подошла ближе и забрала из его рук банку. После слухов о привороте будет достаточно этого, чтобы комиссия решила — добавили что-то еще запрещенное. Бергу хватило бы испортить одну банку, чтобы испортить всю нашу подготовку. Вот же..! Нехороший человек!

— А рецепты ему зачем, если нас собирались провалить? — спросил Рейвен.

— Он сказал, после проверки вы… в-вы все равно вернетесь к нему. А если не вернетесь, начнет делать ваши соусы с-сам. Я больше ничего не знаю.

Лорен записал признание, а потом заставил подписать. Особо выбора у паренька не было, тут пальцы сломают и сами напишут. А мне даже жаль не было… Мы столько старались, чтобы какой-то торгаш решил все перечеркнуть!

— Утром передадим его страже и сообщим гильдии. Пузырек и поврежденную печать тоже покажем, а пока надо его в сарай и под защиту.

— Я могу защитные чары наложить, — тихо произнесла Мирель.

Аграфена довольно квохнула, и мы все были согласны с этим. Под замок и пусть сидит, пока стража не прид…

Со двора донесся стук копыт. Лошадь остановилась возле самого крыльца, и через несколько секунд в дверь постучали. Да что за ночь такая, мы как будто внезапно стали проходным двором.

Кассиан, до этого гладивший Аграфену, резко выпрямился. Курица недовольно качнулась под его рукой и отошла к моим ногам.

— Кого еще принесло среди ночи? — Рейвен пошел открывать.

На пороге стоял высокий мужчина лет пятидесяти в темном дорожном плаще. Волосы у висков уже тронула седина, на поясе висел короткий клинок. Он снял перчатки, шагнул через порог и остановился.

Перед ним, конечно, открылась прекрасная картина.

Я в халате. Мирель в ночной рубашке и шали. Два наследника босиком. Чужой мужчина на полу возле стула. Пузырек с неизвестной гадостью на столе и Аграфена, которая уже направилась знакомиться с новым сапогом.

Гость некоторое время молчал. Потом посмотрел на Кассиана.

— Я рассчитывал найти тебя хотя бы среди трупов, сын.

Ааааа. Ааааа! Я во все глаза смотрела на старшего Рейна, не зная, идти хвататься за метелку, которая точно не поможет, или мальчики защитят от потенциального гнева ассасина.

— Пока у нас есть вор, — хмыкнул Рейвен, уходя обратно к нам с Лореном.

Гость задержал взгляд на сыне. Кассиан радостью не лучился и зачем-то задвинул Мирель себе за спину сильнее.

— Значит, навыки ты еще не растерял.

— С чего бы?

— Судя по письмам, которые я получаю последние дни… Сначала мне сообщили, что ты отправился искать наследников и нашел их в каком-то поместье. Возвращаться они отказались. А потом пришла новость, что ты поселился вместе с ними и работаешь поваром.

— Ну так правда. И хорошим поваром, надо сказать, вы знаете, какие у нас тут страсти вокруг его рецептов? Особенно из кабачков!

— Ваше высочество, за последние годы вы сделали много вещей, которые меня не удивили, — перевел взгляд Рейн на младшего дракона. — Но уговорить моего сына варить кабачки…

— Я его не уговаривал! Это Анна.

Все посмотрели на меня. Отлично. Ну спасибо. Ты точно спишь на коврике, Рейвен, и безо всяких наград.

— Он сам согласился, — пришлось уточнить. — После того как попробовал мой старый соус и сообщил, что он ужасный, — добавила зачем-то тише.

Старший Рейн медленно повернулся к сыну, решив, наверное, помиловать бедную несчастную женщину-дурочку.

— Ты действительно здесь готовишь?

Кассиан несколько секунд молчал, затем провел ладонями по затылку и собрал распущенные волосы шнурком.

— Да. Потому что мне нравится готовить. Этого достаточно?

— И все? И никаких раскрытий королевских заговоров, охраны принцев и чего-то еще?

— Просто. Готовить.

— Тебя с детства учили другому, сын!

— Научился, но я. Хочу. Готовить, — спокойно отчеканил Кассиан. — И я уже вырос, так что если что-то не нравится — вот там дверь, там конь, садишься и уезжаешь во дворец обратно. Было очень приятно повидаться, отец.

Мирель подняла глаза на его лицо и коснулась рукава, сжимая тонкими пальцами. Да, милая, мне бы тоже не хотелось разборок двух убийц посреди коридора. Пленник вон вообще готов помереть от сердечного приступа.

Старший Рейн снял плащ и положил на свободный стул. Молчание повисло такое густое, что можно было сварить еще один соус и назвать как-нибудь… Не знаю. Убийца взглядом или вроде того.

— У нас постоянные заказы, люди работают по моим рецептам, завтра готовим продукцию на городскую проверку. И здесь будет настоящее производство.

— Кулинария хороша для свободного времени…

— Еще раз повторяю, что дверь за твоей спиной.

Разговор оборвался. Кассиан отвернулся к столу и начал собирать листы с рецептами, которые до сих пор лежали возле пузырька. Лорен глубоко вздохнул, скрестив руки на груди.

— Господин Рейн, — обратил он внимание ассасина на себя. — Давайте не обсуждать это в два часа ночи над пленником. Останьтесь и сами посмотрите, что делает Кассиан.

Теперь мы все перевели взгляд уже на него, но принц не дрогнул. Старший Рейн обвел нас взглядом, остановился на курице, затем на Мирель, которая не отлипала от сына. Помедлив, снял с пояса клинок и положил рядом с плащом.

Ура? Перемирие?..

— Я останусь до вашей проверки. Хочу посмотреть, что ты здесь делаешь. После этого поговорим нормально.

Аграфена, все это время ходившая вокруг нового гостя, наконец решила закончить знакомство и села прямо на носок его сапога. Мы замолчали, а старший Рейн опустил глаза на курицу.

— Простите?..

— Главная причина, почему вор не ушел с рецептами, — ухмыльнулся Рейвен.

Отец осторожно наклонился и протянул птице руку, а Аграфена даже не клюнула, как делала здесь с остальными мужиками. Только вытянула шею и очень умно посмотрела на него.

— Оставайтесь, господин Рейн… У нас тут весело, — пробормотала я.