Все!

Абсолютно все присутствующие ахры замерли, уставившись на меня. Даже жутко немного стало.

— Что-то не так? — решила я прервать нервирующую тишину.

Четверо ахров, которые принесли ножницы и думается мне, что парочка ещё где-то в углах, повернулись и посмотрели на Пабло. Тот же, пару раз моргнул, побегал пару секунд по столу туда-сюда, тяжело вздохнул, повернулся ко мне и кивнул.

Наверное, эти нити… самая большая ценность для них, раз с таким напряжением они дают своё согласие на обрезку.

Как хорошо, что я спросила, ведь изначально даже мысли такой не было, а то произошла бы трагедия вселенского масштаба.

— Спасибо, мой хороший. Это, между прочим, для свершения великих дел! Потом ещё будете гордиться нашим совместным творением.

Ответа, как всегда, не было, но мысленно повздыхала пару раз своей безответственности. Это для меня из паутины — нити, а для них что-то особо важное.

И с чего бы мне начать? Если нити порежу сразу, то могу половину растерять, так что подождёт эта процедура немного. Да и Пабло пусть морально получше подготовится, а то вон бегает по столу, нервничает.

Разложила чулок перед собой, обрезала верхнюю часть с кружевом и плотный носочек. Так-с, дальше… разрезать по всей длине пока не вижу смысла, не дай бог, ещё стрелки пойдут, поэтому решила отсечь только для пробника, как и задумывалась, сантиметров десять. Поэкономим и материал, и мой труд и… нервы Пабло.

Разделив кусочек по длине, у меня получился прямоугольник примерно десять на двадцать. Неплохо для начала, смогу попробовать пришить нити и по вертикали и по горизонтали, чтобы посмотреть, как они поведут себя при лёгком натяжении.

Смутно помню, но в школе нам что-то говорили про направление нитки ткани, но, честное слово, не помню совсем. Так что работаем методом проб и ошибок, или, как говорится, в простонародье — методом тыка.

Заготовила заранее иглу, вдев в ушко самую тонкую нитку. С цветом не заморачивалась, взяла белую. Взяла ножницы и присела на корточки сбоку от стола. Мне потребуется около сорока — пятидесяти сантиметров, поэтому решила срезать в самом низу из-под стола — так, по крайней мере, не будет бросаться в глаза дырка. Посмотрела на Пабло, во всех глазах которого читался ужас, и спросила на всякий случай:

— Если я делаю что-то ужасное, то дай мне знак, и я не буду это делать! Придумаю что-нибудь другое. Мне твоё доверие и спокойствие намного важнее!

Но мой дружок-пирожок откинул в сторону панику и уверенно покачал отрицательно головой, мол, делай, что задумала.

Собрала в кулак побольше нитей и одним безжалостным движением срезала.

Замерла, но гром не грянул и крыша, вроде, на месте, так что всё не так плохо. Надеюсь.

Вот сейчас бы мне ой как пригодилась швейная машинка, но работаем с тем, что имеем.

Максимально аккуратно, под ревностным взглядом Пабло, разложила волосок к волоску нити на столе. Взяла на глаз пару штучек, сложила пополам и за этот самый сгиб — петлю, в пару стежков пришила к капрону. Взяла ещё несколько волосков и, отступив пару миллиметров, повторила. Так повторяла до тех пор, пока не прошила первый ряд до конца.

Каждый стежок старалась в меру затянуть — и чтобы волосы не полезли, но и капрон не стянулся.

Сразу вспомнился и лицевой шов иголкой, и как аккуратно узелок завязывать в начале и конце.

Таким же способом я прошила несколько рядов с интервалом в пять миллиметров, с ювелирной точностью стараясь пришивать волоски в шахматном порядке.

Что хочу сказать — даже сейчас, в сыром виде это смотрится идеально!