Анна

Я думала и думала о Наташе. Несколько раз брала в руки телефон, чтобы позвонить, но всякий раз медлила. Она не станет меня слушать. Даже если не было нашей ссоры, всё равно бы не стала. Она влюблена, и Тимур для нее самый лучший, а все, кто говорит что-то против — враги. Вечная история юных влюбленных девушек.

От мыслей голова пухла. Мозг, будто весенний сугроб, стал рыхлым и ни на что не годным. Я просто не видела выхода. Сердце ныло от переживаний за дочь, а воображение рисовало мрачные картины, как Тимур играючи ломает судьбу моей девочки. Глупой, самонадеянной, пусть даже эгоистичной, но совсем неопытной и доверчивой.

Сидеть и ничего не делать было невозможно, и я сдалась. Потянулась к телефону и разослала три одинаковых сообщения. Кто-нибудь из девчонок, да сможет приехать.

Смогли все три.

Выросли на пороге одна за другой. Первой примчалась, конечно, Евдокия. И не с пустыми руками.

— Фуух, — отдышалась она, заволакивая в дом хозяйственную сумку и восхитительно пахнущую корзинку. — Что случилось-то? Я прям, как прочитала, так и помчалась…

Голос уже доносился из кухни. Дуся вовсю хозяйничала. На столе стояла баночка с маринованными огурцами собственного приготовления, мои любимые патиссоны с перчиком и бутылка сливочного ликера.

— Это для кофе, если что, — дернула подбородком Дуся. — А это я как раз испекла, а тут ты пишешь.

Дуся вынула из корзинки селедочницу, на которой покоился, замотанный в фольгу, рулет с яблоками и брусникой. Рот немедленно наполнился слюной.

— Ну зачем ты? — очень неискренне проблеяла я.

Дуся взмахнула полотенцем с петухами и приподняла брови.

— Как это? У тебя, небось, шаром покати. Ты святым музейным духом питаешься. А мне, чтобы соображать, подпитка нужна. А соображать придется. Не зря же ты нас собираешь?

— Все едут? — обрадованно спросила я.

— Да, — Дуся хозяйничала в шкафчиках, стучала дверцами, гремела тарелками. — Лиля тоже на подъезде. А Ирка чуть позже прикатит.

Лиля появилась буквально через десять минут. Влетела в дом, как весенний ветерок и принесла с собой аромат зелени. Источник его обнаружился почти сразу.

— Держи!

Она сунула мне в руки пластиковый контейнер с прозрачной крышкой. Внутри, в аккуратных ячейках, сидели маленькие, бархатистые кустики. Одни — с серебристо-зелеными, будто припудренными листочками. Другие — с яркими и сочными лапками, а в уголке — несколько виол.

— Это тебе для будущих посадок. Вот эти потом прищипывать нужно, — она показала на один из кустиков, но увидев, мой испуганный взгляд, рассмеялась. — Знаю, знаю, из тебя еще тот садовод. Я всё покажу, расскажу.

— Ты лучше, Лиль, сама прищипывай, — жалобно попросила я.

— Ладно, не брошу тебя, не переживай. Это тоже тебе. С этим ты справишься.

Лиля развернула сверток и извлекла керамическую фигурку. Это был забавный ежик в комбинезоне и шляпе. Перед собой он толкал маленькую тачку.

— С этим справлюсь. Спасибо! — я обняла Лилю. — Девочки, спасибо! — обернулась к Дусе. — Сейчас Ира приедет, и я вам всё расскажу. Одна голова хорошо, а четыре лучше.

Ира приехала быстро. Скинула в прихожей плащ, пригладила волосы и сразу прошла на кухню, где уже заждался рулет и чай. За окном замаячили сумерки, и тут пригодился и ее подарок. Свечи с ароматом апельсина и корицы. Подруги расставили их на столе, расселись вокруг и уставились на меня, ожидая объяснений, зачем я кинула клич о помощи.

«Неужели Ванька опять что-то отчебучил?» — читался в их глазах молчаливый вопрос.

Я вздохнула, не зная, как начать. Пламя свечей подрагивало в воздухе, со стороны казалось, что мы собрались то ли погадать, то ли устроить спиритический сеанс.

— Девочки, проблема в Наташе.

Подруги подобрались — все три матери, все за детей глотку перегрызут.

— Нет, нет, с ней всё в порядке, — поспешила успокоить их я. — Но… после того разговора мы с ней почти не общаемся, — я уставилась на свои пальцы, скручивающие салфетку.

Девчонки понимающе вздохнули, в общих чертах я им рассказывала о визите Наташи и ее намеках.

— Просто у нее есть молодой человек. Тимур. И совершенно случайно я оказалась знакома с его отцом. Он пришел к нам в музей, так вышло, что потом мы пили вместе кофе, и он показал мне фото, где Наташа с его сыном. Я-то знать-не знала, что у нее есть парень, — в моих словах прозвучала горечь. — И всё бы ничего… но этот мужчина — отец Тимура, он… ну скажем так, не очень честный человек. Любит недоговаривать.

Я взглянула на подруг и тут же отвела глаза. Дуся, как охотничья собака, насторожилась, а потом хмыкнула.

— Ну-ка, ну-ка, Анечка, а что за мужчина? Как зовут? И почему это он не честным оказался? А? Может, мы что-то пропустили?

Я вовремя почувствовала ловушку и твердо посмотрела Дусе в лицо.

— Его зовут Айдар. Он один их соучредителей фонда, который здесь у нас кластер будет строить. Сначала он в наш поселок заехал, а на следующий день случайно и в музей зашел…

— Ага, ага, — кивнула Дуся.

— Дуся! — прикрикнули мы втроем.

Я так даже покраснела от возмущения. Или от смущения.

— Неважно! Важно, что этот Айдар…

— К тебе подкатывал, — продолжила Дуся и предусмотрительно отодвинулась вместе со стулом, потому что Лиля взмахнула на нее полотенцем.

— Да нет же! — сердито сказала я, чувствуя, что даже в полумраке подруги видят мое смущение и красные щеки. — Просто пригласил на кофе. Я экскурсию ему провела, ну вот и … пригласил в кофейню. И как-то вел себя… будто свободен. Понимаете? — мне стало жарко от объяснений.

— Понимаем, как не понять, — важно кивнула Дуся, и мы все опять дружно на нее шикнули.

— Ладно, так, а проблема-то в чем? — спросила Лиля.

— В общем, Дуся права, — решилась я, — Айдар ко мне подкатывал, и мне он тоже показался очень приятным. Начитанный, умный… Еще и вот такое совпадение — Наташа дружит с его сыном. Но потом он отошел поговорить, и на его второй телефон принялась названивать жена. Понимаете?

Девчонки синхронно моргнули, но промолчали. Я даже рассердилась.

— Получается, Наташа связалась с семьей, где отец мастер полуправды! Он, наверное, катается по командировкам и везде знакомится с женщинами.

От этих слов мне снова стало тоскливо и в носу защипало.

— Значит, и сын такой же. И даже если не брать во внимание его отца, то и на фото этот Тимур мне показался очень… опасным. Заносчивым. Избалованным. А Наташка смотрит на него, открыв рот.

Я наконец выдохнула и замолчала, не уверенная, что понятно объяснила.

— Так, а ты спросила Айдара-то? Про жену? Про Наташу с Тимуром? — осторожно поинтересовалась Лиля.

— Нет, — я уставилась на свечку, пламя которой вдруг заколебалось, будто дух Айдара услышал и прилетел из Казани. — Я убежала.

Молчание длилось так долго, что мне пришлось посмотреть на подруг. Полумрак выступил мне союзником и придал сил.

— Что ты сделала? — всё-таки переспросила Дуся и сложила на груди руки.

— Убежала. Потому что Айдар мне понравился, но оказался женат.

Неожиданный сквозняк задул одну из свечей. А я приготовилась услышать вердикт.