Глава 8

Совместный ужин дома с выпивкой, на которую, в основном, налегал Адик, нам помог наладить диалог.

— Прости, что я так отреагировал, — мой приятель уже неплохо принял на грудь, — проблема не в тебе. Аглая… я считал, что у нас всё серьёзно. Мы вместе уже почти четыре месяца. Я ей доверял, но совершить такой поступок, не посоветовавшись предварительно со мной…

— Что тебя так сильно задело? Ты считаешь меня недостойным и плохим господином для Аглаи? — серьёзно спросил я.

— Нет, — он помотал головой, — тут и ревность сыграла, и пусть у меня в семье мама за генерала, но во всех важных решениях первое слово за мужчиной. Если мы вместе, то женщина должна сначала спросить своего мужчину!

— У… как всё плохо… — Не замечал за Адиком раньше подобного отношения к женскому полу. С другой стороны, он вырос в таком обществе. Пусть в родной семье этих традиций не так уж яро придерживались, но во дворе, в школе, да просто у друзей он насмотрелся. Вот тебе и цивилизация.

— А в чём я не прав? — вскинулся Адик. — Мы с ней пара, значит, такие вопросы должен решать мужчина, — парень гордо задрал подбородок.

— Ты как вообще себе представляешь свои дальнейшие отношения с Аглаей? Вот вы поженились, и она сразу стала послушной домохозяйкой? — Я ухмыльнулся, всем своим видом показывая, что не верю в подобных исход событий. Аглая — уверенная в себе девушка. Отличный специалист в своей области, к тому же, магистр, а теперь ещё и дворянка. С трудом представляю её на вторых ролях.

— Конечно, — не заметил моей иронии Адик, — это она сейчас вся из себя, потому что у неё нет достойного мужа. Но как только возьмёт мою фамилию, сразу изменится. Ей не надо будет переживать о многих вещах, их я возьму на себя. Для того и нужен муж. У каждого своя зона ответственности. Внутри дома она будет главной. И по детям тоже, а всё остальное на мне. И зарабатывание денег, и безопасность. Каждая женщина втайне мечтает об этом. Просто вслух такое не принято говорить. А за мной Аглая будет, как за каменной стеной.

— Адик… как бы тебе сказать, чтобы не обидеть. Ты же не из аула вышел. Ты в столице пожил, да и в Подольске сколько лет провёл. Ты и правда считаешь, что женщина только и мечтает о своём доме и муже? Стоит ей найти мужа, как она забросит свои дела, будет сидеть безвылазно дома и растить детей?

— Ну да, — Адик пьяно кивнул головой, — можно подумать, в Москве иначе. То же самое! Ищут сильного мужчину с деньгами и тут же расслабляются. Дом, ноготочки, общение с подружками. Насмотрелся я на таких, — он скорчил брезгливое выражение лица.

— И что, Аглая похожа на подобных девушек? — я продолжал допытываться.

— Это неважно! Пойми, подобное поведение заложено самой природой. Место женщины в доме, она должна хранить очаг.

— И как тебя до сих пор Аглая не послала, не понимаю! — Я прям получал удовольствие от этой беседы. Такой яркий образчик мужского шовинизма. Не ожидал, что у Адика настолько всё запущено. Даже у меня в королевстве к женщинам относились лучше. Их немало было и среди наёмников. Женщина могла и род возглавить. Понятное дело, что все люди разные. Кому-то по душе сидеть дома, кому-то бродить по лесам. Кто-то управляет своим магазином, кто-то растит детей. Но никто никого не загоняет в стандартные рамки. А ведь именно этим Адик и занимается, считая, что все женщины созданы с одной целью: найти сильного мужчину и хранить домашний очаг.

И вот он живёт с такими мыслями, а тут Аглая встаёт передо мной на колено и приносит вассальную клятву. Не просто не посоветовавшись с ним, а показав, что считаем меня достойным! Похоже, это сильнее всего зацепило Адика.

Мужской шовинизм моего приятеля так просто не исправить. Это и не моя задача. А вот выяснить до конца наши с ним отношения мне по-прежнему хотелось.

— Скажи, друг, — тихо проговорил я, — ты считаешь, что я не достоин пока принимать вассалов? Тем более, Аглаю?

— Конечно! — не чувствуя подвоха, уверенно ответил Адик. — Да, ты теперь граф, но у тебя же ничего нет. Ни людей, ни гвардии, ни нормального налаженного бизнеса. Аглая как вассал должна тебе отдавать часть своего дохода. А ты ей что взамен можешь дать?

Мне захотелось вспылить и выгнать Адика после этих слов. Очень неприятно, что он по-прежнему воспринимает меня как мальчика. И даже то, что я в свои шестнадцать лет зарабатываю больше, чем он, похоже, уже не изменит мнения моего товарища. Правда, и доводы он привёл вполне разумные. Если отключить эмоции, то Адик прав и его слова выглядят, как желание защитить свою женщину. Только мне от этого легче не стало. Отношение ко мне ясно показывало, что даже в ближайшем времени он не готов меня воспринимать, как достойного аристократа. Достойного того, чтобы кто-то мне присягнул. В его картине мира, я не дорос до этого и Аглая совершила глупость, не посоветовавшись с ним. Он бы её отговорил от подобного поступка.

— Хорошо, — немного успокоившись, ответил я, — так какого… ты приехал ко мне в Нижний? Поселился в моём доме, если не считаешь меня достойным? — Я не выдержал и на последней фразе повысил голос, чем изрядно удивил Адика. Похоже, он и правда считает, что ничего обидного не сказал.

— Брат, ты чего? Я считаю тебя достойным! Просто Аглая… могла бы и подождать.

— Более лучшего предложения, так? Более достойного господина? А ты чего не подождал и приехал ко мне? Да ещё и разговоров сколько было, мол, доверяешь мне и уважаешь, и вместе мы сила? — напомнил я, понимая, что начинаю заводиться и, скорее всего, перегибаю палку.

— Да кто ж знал, что ты сразу графом станешь? Зачем теперь тебе я? — Адик спрятал глаза, подняв наполненную стопку.

Хорошо, что я не слишком подвержен эмоциям. Аналитический склад ума имеет свои плюсы. Мне быстро удалось успокоиться, и сейчас я анализировал всё услышанное. Не зря говорят: что у трезвого на уме, у пьяного на языке. Адик неплохой парень. Вопрос один — по пути нам или нет? Сможет он принять мою взрослость и новый статус? Не держать в дальнейшем камень за пазухой.

Адик обиделся из-за ревности к Аглае и потому, что она проявила свою волю, возможно, в пику ему. Вряд ли девушка не видит его патриархальных загонов. Второй и самый важный пункт: Адик считал меня младшим, а в итоге я гораздо успешнее. И в деньгах, и, в первую очередь, в статусе. Стал графом. Теперь я выше, чем он, по всем показателям, и, похоже, именно это расстроило Адика сильнее всего. Пусть он даже и не осознавал причину. Как сказала бы Ирина, проблема в неуверенности в себе. Вчера еще он считал видел себя лидером нашего союза, а сегодня вдруг все резко переменилось. Я уже поднаторел в психологии. Понимаю кое-что, но лишь по верхам. Однако учебники Адика по этому предмету прочитал очень внимательно, а моя улучшенная память информацию усвоила.

И что мне с ним делать? По-хорошему, стоит разбежаться и забыть. Зачем мне подобный человек рядом? Но в этом мире у меня не было другого приятеля. Отец говорил, что в дружбе разное случается. Бывает, и сталкиваются два друга на поле боя за разные стороны. Но близкими людьми разбрасываться не стоит.

— Ты знаешь, — мягко произнёс я, глядя на Адика, — у меня никогда не было настоящего друга. Я не очень представляю, что значит дружить по-настоящему, — он поднял на меня заинтересованный взгляд, — а ещё мне психолог на днях посоветовал принять этот мир как родной. И людей, которые меня окружают, тоже принять. Не относиться к ним, как к мимолётным приятелям. Я к этому готов. Теперь ход за тобой. Примешь ли ты тот факт, что мне на самом деле не шестнадцать лет? Поэтому то, чего я достиг, это частично следствие моего настоящего возраста. Ты тоже не маленький мальчик. Думай, я тебя не тороплю и из дома не гоню. И… поговори с Аглаей. Мне кажется, это пойдёт на пользу вам обоим.

Я поднялся из-за стола. Было уже довольно поздно.

— Вернёмся к этому разговору через неделю, — кивнул я молчаливо сидевшему Адику так и не услышав от него ответа.

Утром в школе ко мне подсел княжич Виктор. Пока преподаватель рассказывал нам об очередном этапе истории Российской империи, Виктор делился новостями:

— Клуб для твоего праздника я нашёл вполне приличный. Единственное, со свободными датами проблема. Получится только через пару недель. Нам же лучше пятницу?

— Наверное, — согласился я. Устраивать вечеринку посередине недели будет неправильно.

— Вот с пятницами проблема. Ближайшая свободная только в начале февраля. Восьмое число.

— Нет, — я помотал головой, вовремя вспомнив о награждении, которое состоится как раз в этих числах, — давай тогда на пятнадцатое. Седьмого и восьмого я буду в Москве.

— Понял, — кивнул Виктор и сделал пометку в тетради, — а как у тебя с деньгами? — немного смущённо поинтересовался он. — Извини за такой вопрос, но мероприятие получается недешёвым.

— Сколько?

— От десяти до двенадцати тысяч. Это при условии, что гостей будет не больше ста человек.

— Нормально, — спокойно ответил я. Такие деньги у меня были. Причём их я сам заработал, даже наследство можно было не трогать.

Виктор с уважением посмотрел на меня. Думаю, для его семьи это не такие уж и большие деньги. Как ни крути, княжеский род. Но вот лично для княжича сумма точно немаленькая.

— Тогда договорились. Ещё приглашения надо напечатать и разослать, но этим займётся Полина. Завтра принесёт образцы. Заодно список подготовит. Посмотришь, добавишь еще кого-нибудь.

— Ты прям серьёзно взялся за это дело, — улыбнулся я Виктору.

— Конечно! Это моё первое самостоятельное дело. Спасибо, что дал мне шанс!

Удивил он меня своей фразой. Я дал ему шанс проявить себя, доверил организацию важного мероприятия. Можно и так смотреть на это дело. Для меня же это выглядело так, будто я свалил свои проблемы на чужие плечи. Есть расхожая фраза, что инициатива имеет инициатора. Я примерно так к этому относился. Не буду разочаровывать княжича. Мне вообще казалось, что организация праздника — дело не для княжеского наследника. Но, похоже, я ещё не слишком хорошо разобрался в этом мире и многих вещей просто не понимаю.

После уроков я вернулся домой и набрал Зотова. Мы уже с ним общались, пока я ехал из Москвы. Мастер меня успокоил, что всё хорошо, и он в порядке. Сейчас же я хотел поговорить на тему продолжения сотрудничества.

— Всеволод, — перешёл я к делу после дежурных приветствий, — ты с Марией Ильиничной говорил? Что насчёт твоей лаборатории и фабрики?

— Нет. Секретарь не соединяет. К телефону она не подходит.

— Жаль. Тогда есть предложение самим организовать лабораторию. Мне тут наследство перепало. Кое-какие деньги есть. Имеет смысл?

Зотов задумался. Он мне уже объяснял, что сама по себе лаборатория небольшая проблема, были бы деньги. Тут важно в первую очередь имя, а Всеволод в научной среде не слишком известен. Точнее в Российской империи он имеет некую известность, а вот в мировой науке его имя никто не знает. Да и внутри страны у него слишком спорная репутация, от которой будет не так уж и легко отталкиваться.

— Максим, спасибо за предложение и за то, что веришь в меня, но скажу честно: без поддержки руководства гильдии магии мы на прибыль выйдем не раньше, чем через пять лет. Если вообще выйдем. К тому же, я больше учёный, чем руководитель, и организацию такого сложного процесса не потяну, — он тяжело вздохнул, — мне бы сначала опыта набраться.

— Благодарю за честность. Я буду в Москве седьмого февраля и постараюсь встретиться с Марией Ильиничной. Буду решать вопрос с ней, так что пока не расстраивайся. Ещё не всё потеряно, — утешил я артефактора.

После разговора с Зотовым я набрал Марию Ильиничну, но она не ответила. Не хочет говорить? В принципе, я её понимаю. Видел я предложение, которое ей сделал Удович при нашей встрече. Мария не решилась ему возразить и готова была принять предложенное. Ей полагались тридцать процентов от предприятия по производству накопителей. Хорошее предложение. Только основанное на предательстве меня и Зотова. Всего-то надо было закрыть глаза на принесение нами клятвы на крови. С неё подобной клятвы не требовали. Она и так оказывалась повязанной с князем.

И это я был готов ей простить. Не то чтобы я стал слишком добрым. Но я прекрасно понимаю, что выбора у Марии Ильиничны особого не было в тот момент. К тому же, организатор она хороший, с этим трудно спорить. В моем окружении подобных людей нет. Я, конечно, присматриваюсь к ученикам в школе, но там всё плохо. Дворяне вряд ли будут со мной работать, а простолюдины на нашем курсе в большинстве своём не имеют перспектив. Многих устроит работа на заводе за тысячу рублей, учитывая, что обычные люди редко зарабатывают больше пятисот. А выше подняться они и не стремятся. Предпочитая стабильность.

К тому же, Марию Ильиничну наверняка грызёт чувство вины перед нами. Будь я прожжённым дельцом, это можно было бы использовать. Но я вряд ли так поступлю. Разве что совсем немного!

Я широко улыбнулся своим мыслям и набрал номер Колычева. У меня были готовы несколько артефактов, которые хотелось бы продать. Да и пообщаться и посоветоваться с мастером не мешало бы. Мы не виделись почти две недели. Всё-таки Матвей Фёдорович опытный аристократ, который много знает.

— Рад тебя видеть и поздравляю, — Колычев сегодня принимал меня в своём кабинете. Матвей Фёдорович был искренне рад встрече и тепло обнял меня.

— Благодарю, — я слегка поклонился.

— Чувствую, у тебя накопилось много вопросов? — В проницательности учителю не откажешь. Я улыбнулся и слегка развёл руками. — Давай садись. Время у меня есть.

— Нежданно-негаданно я стал графом, — признался я.

Матвей громко в ответ рассмеялся:

— Ох! Такая прям неожиданность. Глядя на тебя, только слепой бы решил, что ты простолюдин. Такие вещи намётанный глаз сразу видит. Пусть у тебя на пальце и не было кольца, но почему-то я был уверен, что оно появится в ближайшее время.

Колычев внимательно присмотрелся к моему перстню и уважительно покачал головой.

— Вы что-то знаете? — Я удивлённо вскинул бровь.

— Кольцо явно старого рода. Сомневаюсь, что ты его просто купил. Значит, наследник. Так бывает, что кровь рода, который, как все думали, уже прекратил своё существование, проявляется в ком-то спустя даже несколько столетий. Такие кольца обычно хранят в архиве и вручают признанным наследникам. Позволь полюбопытствовать, какой это род?

Судя по всему, Колычев ничего не знал о пришельцах из других миров. Хотя император говорил, что это не такая уж и тайна. Все старые роды об этом знают. Но к высшей аристократии семейство учителя не относилось. Да и уровень архимагистра для него был недостижим.

Скрывать правду от учителя не было смысла. Точнее, часть правды. Своё происхождение и истинный возраст я раскрывать не планировал.

— Род Годуновых, — ответил я.

— Княжеский род, — кивнул Колычев, — сильный. Читал о них. Старший стал архимагистром и ушёл в лес. Говорят, на этом уровне появляется способность открыть переход между мирами.

Учитель удивил меня своей осведомлённостью. С другой стороны, оно и понятно. Он немолод и опытен. Имеет связи со старой аристократией и очень много знает.

— Император хорошо к тебе относится, судя по всему. Титул графа — это весьма достойно. Что-то в наследство перепало?

— Да уж, перепало. Земли в Томске. Особняк в городе и поместье.

— Неплохо, — Матвей Федорович уважительно кивнул, — ещё раз поздравляю. Что теперь думаешь делать, как жить дальше? Могу подать заявку и оформить тебя как мастера, — предложил он.

— Не знаю. Пока спешить не буду.

— Целого графа в учениках у меня ещё не было, — улыбнулся мастер, — Томск, конечно, не ближний свет. Бывал я в тех местах. Может быть, продашь всё и устроишься поближе? А то твой особняк точно не соответствует новому статусу. Задумайся над этим.

— Пока вообще ничего не понятно, — признался я, — съезжу в начале лета в Томск, посмотрю, что мне перепало. Да и школу закончить сначала надо. Потом уже буду думать, как жить дальше.

— Титул графа — это очень хорошо, — в голосе Колычева не было даже толики зависти, — будешь свой род строить? Хотя, о чём это я? С твоим доходом род не построишь, — задумался он, — к тому же, ты обязан состоять на государственной службе, а там миллионы не заработаешь.

— Но дело-то я могу иметь? Фабрику, предприятие какое-нибудь?

— Конечно. Но и на дело нужны деньги. Да и связи тоже. С этим я, конечно, могу помочь, но вот денег не проси!

— Матвей Фёдорович! — укорил его я.

— Извини, ваше сиятельство, — склонил голову мой учитель, — бес попутал!

— Да ладно вам, учитель, — улыбнулся я в ответ, — а если серьёзно, то да, буду строить род. Кое-какое наследство мне перепало. Вот, хотел поговорить. Позадавать вам вопросы как более опытному аристократу.

Мои слова возымели действие. Колычев вообще был весьма падок на похвалу.

Засиделись мы с ним до позднего вечера. Наконец-то мастер ощутил себя полноценным учителем. Мы заказали ужин и устроились на диванчике в кабинете. Информация оказалась очень полезной. Начал Матвей с того, что прочитал мне лекцию по моему статусу. В принципе, здесь всё было понятно. Нижняя ступень дворянства — бояре, следующая ступень — бароны. Сам Колычев был бароном. Ещё выше графы, но стать графом не так просто. Этот титул даётся баронам, которые верно служат империи.

— Твой друг Павел виконт, его отец граф. Поколение Матвеевых давно служит нашему государству. За это и удостоено графским титулом. Павел пошёл по стопам отца. Не ушёл в частный сектор, не занялся собственным бизнесом, а служит на государственной должности. Он унаследует титул графа.

— А вопросов не будет, почему это я вдруг стал графом? — решил уточнить я. — За какие такие заслуги?

— Думаю, в ближайшее время информация появится в печатных изданиях. Уверен, обоснование имеется, и вполне достойное. А вообще, ты что, бумаги, которые тебе выдали, не изучил? Там наверняка есть информация.

— Да как-то… — помялся я с ответом. Честно говоря, внимательно не вчитывался. Не люблю всю эту бюрократию. Но Колычев прав. Вернусь домой и всё изучу.

— Ладно, перейдём к следующему пункту, — Матвей Фёдорович с улыбкой покачал головой, — ты можешь принимать вассалов и укреплять свой род. Стать вассалом графского рода очень почётно. Желающих много. Выбирать надо с максимальной пользой для рода. У меня в вассалах четыре семейства. Два из них производят заготовки под артефакты, один род имеет транспортную компанию. Когда я его принимал в вассалы, у меня была уже своя компания, и с принятием в род новых вассалов мы эти компании объединили. Ещё у меня есть сеть небольших ресторанов.

— Да у вас целая империя! — Я с удивлением посмотрел на мастера. Не ожидал.

— Конечно, — он с достоинством бросил на меня взгляд, — начал ещё мой отец, а я развивал. На мой род работают сотни людей. С вассалами заключают вассальный договор, где оговариваются условия. Как правило, семья, что присягнула тебе, выплачивает в общий бюджет рода от пяти до пятнадцати процентов своего дохода.

— А вы можете прислать мне шаблон такого договора?

— Обратись к Петру. Договоры, как правило, вполне стандартны, — он налил себе чая и продолжил:

— Сам я вассал рода Юдиных. Со старым князем мы заключили хороший договор. Я выплачиваю всего пять процентов дохода и работаю в Нижегородской губернии. Договор, сам понимаешь, взаимовыгодный. От меня доход и рабочие места, от князя покровительство.

— А если ваших вассалов обижают, тоже князь заступается?

— Нет, — помотал головой мастер, — слышал поговорку: «Вассал моего вассала не мой вассал»? Это как раз о таких ситуациях. Своих вассалов я защищаю сам, но и князь им не указ.

— И как вы защищаете?

— Кто о чём, а тебе лишь бы подраться? — подловил меня Колычев. И тут он прав. — У меня есть гвардия. Шесть боевых магов, один из которых магистр. При этом все они слуги моего рода. Верные и надёжные. Именно таких тебе в первую очередь и следует искать. Будут боевые маги, будут и вассалы.

В итоге в моей голове стала выстраиваться довольно понятная структура.

Есть наёмные работники, которые работают на предприятиях, принадлежащих моему роду. Я плачу им зарплату, но в любой момент они могут уйти в другое место. Туда, где лучше условия.

Есть слуги рода. Они тоже получают зарплату, но связаны с моим родом клятвой верности. Просто так слуги уйти не могут. Но и содержать их гораздо дороже. Верность стоит денег. Род заботится о своих слугах. Например, я должен предоставлять им жильё. Если доход позволяет, отправлять их детей учиться, а если требуется — оплачивать целителей. Стать слугой рода у простолюдинов считается очень почётным.

Ну, с вассалами тоже теперь всё понятно. Они платят часть своих доходов, но не лично мне, а в родовой бюджет. Из родового бюджета, как правило, оплачивается гвардия рода. Чем сильней и богаче вассалы, тем больше денег в родовом бюджете, тем лучше и крепче гвардия рода.

По итогу, Колычев вывалил на меня просто гору информации, очень структурированной и полезной. За что ему огромная благодарность. Я вышел из его особняка с гудящей головой. Теперь это всё надо переварить, осмыслить и решить, как действовать дальше.