Мама настаивала на том, что должна отправиться в Москву вместе со мной, однако папа, к удивлению, убедил её в обратном — в кой-то веки поддержал меня. Через два дня они посадили меня на поезд, который отходил ранним утром. Прощание было коротким и каким-то скомканным. Мама пыталась дать наставления в дорогу, но я почти ничего не запомнил: все мои мысли были заняты тем, что состав должен тронуться с минуты на минуту.

— Люда, пусть садится, — произнёс папа. — Людей на платформе уже не осталось.

— Только будь осторожен, хорошо, Костенька? — На глазах мамы наворачивались слёзы, а я лишь смог выдавить из себя кивок. — Обязательно напиши, как приедешь.

— Хорошо, мам.

— Деньги сразу не трать, — сказал папа. — Больше не получишь.

— Андрей! — возмутилась мама.

— А что? Не маленький уже. Раз уезжает, то пусть сам учится зарабатывать.

— Хорошо, пап, — снова кивнул я. — Научусь.

Мама крепко обняла меня напоследок, и я забежал в вагон, пробрался к своему месту и, протиснувшись между двух мужчин, сел у окна. Я соседствовал с какой-то шумной семейкой, занявшей все остальные места в этом отсеке — даже боковушку.

— Провожающие, выходим, — раздался голос проводницы.

Я смотрел на товарняк сквозь заляпанное стекло и едва мог усидеть на месте от возбуждения. Мне не первый раз приходилось ездить на поезде, однако сейчас я отправлялся в столицу в полном одиночестве. Было в этом что-то захватывающее и волнующее. Вот она, взрослая жизнь.

Москва встретила меня тёплым и солнечным днём. Вокзал, как и ожидалось, был полон народу. Я накинул на плечо рюкзак и, схватив нелёгкую сумку, зашагал к выходу. Ладно хоть уговорил маму вытащить половину вещей, иначе бы с места не сдвинулся. Трижды носильщики предлагали свою помощь, но я, несмотря на тугой кошелёк, вежливо отказывался. Недалеко отсюда меня ждал забронированный номер в хорошем отеле — стоило только дойти.

На улице, у подземного перехода, моё внимание вдруг привлёк зазывала:

— Брат, далеко едешь?

— Нет.

— Пойдём. Недорого подвезём.

— Спасибо, сам доберусь.

— Не обману, брат! Короткий путь знаем!

— Мне тут рядом.

Пока разговор не затянулся, я торопливо спустился по лестнице. Наверное, любой другой человек с деньгами поехал бы на такси, а я всё же решил пройти несчастный километр пешком — так было спокойнее.

Через пятнадцать минут я был на месте. Перед глазами предстало красивое здание с большущими окнами на первом этаже. Я вошёл внутрь и увидел убранство отеля: высокие потолки, роскошная мебель, хрустальные люстры, мраморный пол и картины на стенах. Явно местечко для богатых.

Я постарался унять лёгкую тревогу, подошёл к ресепшену и, протянув паспорт, заговорил:

— Добрый день. У меня за… забронирован номер.

— Здравствуйте, — улыбнулась администратор. — Одну минуту, пожалуйста.

Не прошло и десяти секунд, как она произнесла:

— Семьсот шестой номер. Оплачен на сутки. Освободить надо будет в двенадцать часов завтрашнего дня.

— Можно продлить?

— Насколько желаете?

— На три дня.

— Желаете оставить завтрак?

— Да, — ответил я, а потом добавил: — Хотя… Лучше на семь дней. На всякий случай.

Администратор удивилась, услышав последнюю фразу, но через мгновение вновь улыбнулась. Её можно было понять: я не был похож на серьёзного бизнесмена, представителя золотой молодёжи или просто богатого человека — всего лишь обычный уставший паренёк с огромной сумкой у ног и с потрёпанным рюкзаком на плечах.

— С вас девяносто одна тысяча рублей. Как будете оплачивать?

— Картой.

— Прикладывайте, — произнесла она, подтолкнув платёжный терминал.

— Всё?

— Оплата прошла. — Она посмотрела мне за спину. — Игорь, проводи нашего гостя.

Я обернулся и увидел мужчину в форменной одежде. Очевидно, это был швейцар. Не успел я отказаться, как он принял что-то из рук администратора, схватил мою сумку и, приветливо улыбнувшись, указал в сторону лифта:

— Прошу, пройдёмте.

Я чувствовал себя немного не в своей тарелке, потому что не привык к таким большим тратам и не мог отделаться от ощущения, что сделал что-то не так. Как только мы вошли в лифт, швейцар сказал:

— На втором этаже размещён ресторан. Если желаете размяться, то для вас всегда будет открыт тренажёрный зал на четвёртом.

— Спасибо, — выдавил я из себя.

Мы приехали на седьмой этаж, вышли в коридор и добрались до номера. Швейцар приложил какую-то белую карточку к ручке и открыл дверь. Он занёс мою сумку внутрь, протянул мне эту самую карточку и произнёс:

— Ваш ключ. Если что-то ещё нужно, спрашивайте.

— Спасибо.

Он кивнул, зачем-то ненадолго задержался у порога, а потом ушёл. Я сбросил рюкзак на пол и вдруг понял: мне надо было дать чаевые!

Первый поход по магазинам закончился баснословными расходами. Я всё же поддался искушению и купил себе дорогущую одежду, мощный ноутбук, новый смартфон и всякую ненужную мелочь. Везде, где только можно, я старался оставлять большие чаевые. Уже на третий день я стал самым желаемым клиентом в отеле. Зачем экономить, если есть возможность тратить? Деньги начали придавать мне уверенность — то, чего у меня никогда не было.

Без звонков мамы я бы, наверное, совсем забыл про учёбу. Пришлось заняться тем, ради чего и приехал: поступлением. Честно говоря, это были самые скучные часы, проведённые в Москве. В кой-то веки до меня дошло, что конец света не наступит, даже если мне откажут все вузы страны. Я вдруг потерял прежний интерес ко всем планам, которые вынашивал последний год. Меня не покидала назойливая мысль: если не будет проблем с деньгами, то надо ли тратить на учёбу время?

К удивлению, всё было просто замечательно, за одним исключением — всё чаще и чаще начали поступать звонки от букмекерских контор. Кто-то из них просил прислать новые фотографии документов, кто-то требовал видеозвонки с паспортом в руках, кто-то сообщал о проблемах при переводах.

Следующим утром я вернулся в номер после сеанса массажа и включил ноутбук, чтобы проверить счёт после закрытия ночных ставок. Я зашёл в личный кабинет первой букмекерской конторы и неожиданно наткнулся на предупреждение.

— «Профиль заблокирован», — прочитал я вслух. — Что за?..

В уведомлении говорилось, что меня заблокировали за подозрительную активность. Я тут же написал в чат, и через несколько минут пришёл ответ от оператора: «Позвоните на горячую линию».

Я схватился за телефон и, стараясь успокоиться, медленно выдохнул. У меня оставались ещё три букмекерские конторы, но что-то подсказывало, что и с ними могут возникнуть проблемы. Я набрал нужный номер телефона и услышал голос девушки:

— Здравствуйте. Я голосовой помощник. Озвучьте свой вопрос.

— Заблокирован аккаунт.

— Оставайтесь на линии. В ближайшее время вам ответит первый освободившийся оператор.

Заиграла дурацкая мелодия, и я нервно заходил по комнате. Через несколько томительных минут мне ответил живой человек:

— Здравствуйте. Меня зовут Виктор. Чем могу вам помочь?

— Мне заблокировали аккаунт.

— Вы зарегистрированы по номеру телефона, с которого звоните?

— Да.

— Назовите ваши фамилию, имя, отчество.

— Белобородов Константин Андреевич.

— Ожидайте, пожалуйста.

Я присел на кровать, и Виктор сразу же произнёс:

— Вы были заблокированы за подозрительную активность.

— Какая ещё «подозрительная активность»?

— В целях безопасности мы не раскрываем информацию о том, по каким критериям проходит проверка.

— Я же ничего такого не делал!

— До тех пор, пока не завершится расследование, ваш аккаунт будет заблокирован. Остаток на вашем счёте на данный момент заморожен.

— А разве это законно?

— Наша компания приносит вам свои извинения, Константин Андреевич, однако всё происходит в рамках условий договора, с которыми вы согласились.

Я раздражённо сбросил трубку и швырнул смартфон на кровать.

— Вот блин!

Сразу же были проверены остальные конторы. К счастью, там всё было в порядке. Может, взять паузу? Или начать проигрывать чаще? С какой стати меня вообще заблокировали? Они же сами забирают с меня тринадцать процентов, чтобы платить налоги! Разве я что-то нарушил?

Внезапно раздался стук, от которого у меня чуть душа не ушла в пятки. Я резко встал, и стук повторился. Горничная? Я прошёл к двери:

— Кто там?

— Константин, будьте добры, откройте, — раздался мужской голос.

Я запоздало открыл дверь и передо мной предстал мужчина: в костюме без галстука, светловолосый, приятной внешности. Рядом с ним стоял какой-то рыжеволосый парень лет двадцати пяти в модной курточке и джинсах — веснушки на его лице необычно выстроились в одну горизонтальную линию, отчего казалось, что их нарисовали специально. Мужчина протянул мне руку через порог:

— Моё имя Ярослав.

— Костя. — Я неуверенно пожал его ладонь.

— Максим, — кивнул парень.

— Кто вы?

Ярослав достал документы, и я с удивлением понял, что они из ФСБ.

— Разговор очень важный, Константин. Лучше обсудить в номере. Если ты не против, конечно.

Я замер на несколько секунд и всё же отошёл в сторону. Они зашли внутрь, закрыв за собой дверь, и мы вместе прошли в комнату. Запоздало пришла мысль о симуляции. Один миг, и я вошёл в цикл.

— Можно сесть?

— Да… Конечно.

Ярослав занял свободный стул, а Максим встал у окна.

— Прежде чем мы продолжим, ответь, пожалуйста: ты делаешь ставки один?

— Ставки?

— Да, ставки на спорт. Ты работаешь с кем-то?

— С… сам по себе.

Боже, почему я вообще волнуюсь! Всегда же можно перезапустить цикл!

— Ни с кем не работаешь?

— Нет, ни с кем.

— Ты убивал кого-нибудь?

— Что? Нет!

— Проявлял к кому-нибудь насилие?

— Ну… Дрался на улице, как все.

— Совершал какие-нибудь преступления?

— Нет.

— Ты хочешь нанести нам вред?

— Почему вы это спрашиваете?

— Ответь, пожалуйста. Ты хочешь нанести нам вред?

— Нет, не хочу.

— Ты представляешь какую-либо угрозу для других людей?

— Нет!

Ярослав посмотрел на Максима, и тот кивнул. Что за набор вопросов?

— Тогда ещё кое-что: у тебя есть сверхспособности?

Я удивлённо посмотрел в его глаза. Мне не послышалось? Он ведь не мог знать о моём секрете? Это невозможно.

— Что вы имеете в виду?

— «Да» или «нет»?

— Нет.

Максим вдруг коротко усмехнулся:

— С ним можно работать.

Ярослав облегчённо выдохнул:

— Итак, Константин, давай по порядку. Ты не волнуйся: у нас к тебе никаких претензий.

Я заволновался только сильнее. Не помогало даже осознание того, что всё вокруг симуляция. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Может, стоило начать с самого начала?

— Сядь куда-нибудь, не стой.

Я машинально занял место в кресле и приготовился в любую секунду перезапустить цикл.

«Не паникуй, — мысленно сказал я сам себе. — Просто выслушай их».

— Ты знал, что у букмекерских контор есть программное обеспечение, которое анализирует ставки? — спросил Ярослав.

— Что?.. — замялся я. — Ну… наверное.

— Софт отслеживает большие доходы. Чаще всего речь идёт о типичных ситуациях, но бывает, что попадаются игроки с серией рисковых ставок, в которых нет никакой логики. Обычно это просто везение — почти всегда такие игроки начинают делать ещё больше ставок и проигрывают. Единицам хватает мудрости забрать куш и остановиться. Понимаешь?

Я медленно кивнул.

— Примерно два года назад наше управление начало сотрудничать с некоторыми букмекерами. Вот мы и наткнулись на тебя: ставки только на экспресс, никаких вилок и никакой стратегии.

К счастью, я понимал, о чём шла речь, поэтому произнёс:

— Я ничего не нарушаю.

— Верно, однако ты слишком часто выигрывал.

— Это запрещено?

— Ты молод и думаешь, что умнее остальных, Константин. Спешу тебя огорчить: это не так.

— Но я же не всегда выигрываю.

— Одно маленькое поражение на пять побед, — сказал он. — Будто ты проигрывал нарочно.

— Неправда.

— Неправда? Неужели ты просто хороший аналитик? Увлекаешься спортом?

— С детства, — солгал я.

Краем глаза я заметил, как Максим почему-то широко улыбнулся.

— Помнишь, как Италия выиграла чемпионат мира по футболу в две тысячи одиннадцатом году?

— Почему вы спрашиваете?

— Ты же фанат футбола?

— Ну, наверное.

— Помнишь ту серию пенальти?

— Э-э… Припоминаю.

— Да ладно? — усмехнулся Ярослав. — В том году никакого чемпионата мира не было.

Я замолчал, не зная, что сказать.

— Есть одно слово — «эксфэр». Слыхал о таком?

— Нет.

— Смесь латыни и древнегреческого. Дошло до наших дней именно в таком виде. Догадываешься, для кого предназначено это слово?

— Нет.

— Посвящённые называют так тех, кто обладает уникальным даром.

— Даром?

— Сверхспособностями, — пояснил он. — Мы решили, что какой-нибудь эксфэр может использовать свой дар на ставках. За два года нас никто по-настоящему не заинтересовал, потому что все были пустышками. Затея становилась бессмысленной и лишь отнимала время, и вот мы узнали о тебе: хаотичные решения, ставки на все виды спорта, а главное — победы. Сначала я думал, что ты подставное лицо. К счастью, ты меня разубедил.

— Вы меня с кем-то перепутали.

— Не пытайся отрицать очевидное.

— Я…

— Я тоже эксфэр, — вдруг сказал Максим. — Умею отличать правду от лжи.

Наверное, изумление на моём лице было таким явственным, что Ярослав не сдержал довольной улыбки.

— Может, расскажешь нам о своём даре? Как ты делал ставки?

Я промолчал. Если они узнали, что я имею сверхспособности, то, наверное, стоит перезапустить цикл. Едва я решил метнуться обратно, как Ярослав вдруг сказал:

— Ты не беспокойся, мы тебя не торопим. Лучше послушай, что я тебе скажу. В СССР было управление, которое изучало аномалии. Оно являлось частью КГБ и практически ничем не отличалось от других подразделений: всё те же методы, всё тот же подход без учёта специфики. Так уж вышло, что после распада Советского Союза управления не стало. Ты меня слушаешь?

Я молча кивнул, и он продолжил:

— Шесть лет назад в ФСБ появился новый орган: УСАД — Управление по сбору и анализу данных. Формально мы занимаемся ерундой и лишь нагружаем бюджет, фактически — полностью отвечаем за всё, что связано с аномалиями.

— Зачем вы мне это рассказываете?

— Как зачем? Хотим пригласить тебя в команду.

— Пригласить? — опешил я. — А если откажусь?

— Проблема в том, что тобой могут заинтересоваться другие.

— О чём вы?

— О крупной международной группировке, созданной эксфэрами. Можешь называть их сетью, союзом или даже корпорацией — как уж посмотреть. У них серьёзные ресурсы и влияние: в какой-то стране больше, в какой-то — меньше. Мы называем их синдикатом, что не совсем верно, но название как-то прижилось. Знаешь, что они делают?

Я отрицательно помотал головой.

— Они ищут людей с даром. Сначала попытаются завербовать тебя — предложат деньги, силу, власть или ещё что-нибудь. Если откажешься, отправишься на тот свет. Согласишься — станешь частью преступной группировки. Назад дороги не будет.

— Они убивают своих же?

— Что значит «своих же»?

— Вы сказали, что эту организацию создали э-э… эксфэры.

— Наличие дара не делает тебя «своим» или «чужим» ни для нас, ни для них.

— Ну это как-то… неправильно.

— Посмотри вокруг, Константин: тебя могут использовать соотечественники, знакомые, коллеги, друзья и даже родственники. Да что там использовать? Каждый из них может вонзить нож в спину в буквальном смысле.

— Почему я вообще должен верить вам? — осмелел я.

— Никто не пытается навесить тебе лапши на уши. — Он небрежно пожал плечами. — Просто пойми: придётся выбирать сторону.

— По-моему, выбора вы мне не оставляете.

— Тебе повезло, что именно мы нашли тебя. Представь, что будет, если ты наткнёшься на синдикат. Подумай о близких, в конце концов.

— Вы меня запугиваете.

— А я говорил, что фотографии понадобятся, — хмыкнул Максим и достал из куртки конверт. — Держи.

— Что это?

— Наглядное пособие о том, что делает синдикат.

Я раскрыл конверт и вытащил фотографии. На первой был запечатлён обезображенный человеческий труп — будто облили кислотой. Торопливо взявшись за второе фото, я разглядел мёртвое тело с раной на голове. На третьей — ещё один труп.

— Все они родственники эксфэра, — произнёс Ярослав.

— Родственники?

— Синдикатовцы смогли найти паренька с даром и предложили ему работу. Дали немного времени на раздумье. Паренёк не придумал ничего лучше, как уехать из города и скрыться у родителей, с которыми жила и его сестра. Чем всё закончилось, видно на фотографиях. Сам он, как ни странно, всё-таки сбежал.

— Почему вы решили, что у него были сверхспособности? Откуда вы вообще знаете подробности?

— У нас свои методы.

— Почему синдикат убил их?

— Свидетели, как-никак, вот и попали под раздачу.

— «Под раздачу»?

— Они хотели добраться до эксфэра. Логика довольно проста: не работаешь с ними, значит, ты потенциальный враг. А раз ты враг, значит, тебя надо убить.

— Зачем им… всё это?

— Набирают силы. К какой глобальной цели они стремятся, пока точно не ясно. Они заметно зашевелились только в последние годы.

— Вы рассказываете мне слишком много. Я ещё ни на что не соглашался.

— Тебе надо это знать. У тебя есть три варианта: попробовать сбежать, встать на учёт или присоединиться к нашей команде. Рекомендую присмотреться к оставшимся двум.

— Что за учёт?

— Ответишь на кое-какие вопросы, подпишешь соглашение, сдашь биометрию и отпечатки пальцев. Потом будешь отмечаться раз в недельку, а взамен получишь кнопку с трекером для вызова охраны. И раз такая ситуация, мы заодно подчистим все поступления в налоговой, банках и букмекерских конторах.

— И вы вот так просто дадите мне жить обычной жизнью?

— Почему бы и нет?

— Но лучше третий вариант, — сказал Максим.

— Верно, — кивнул Ярослав. — Если присоединишься к нам, то будешь служить на благо родины. Получишь навыки для противодействия синдикатовцам — это первое. Второе — получишь документы для службы.

— В смысле?

— Новая личность: другое имя, другие дата и место рождения, другое место учёбы. Совершенно новый человек.

— А со старыми документами что?

— Никуда не денутся, — ответил Ярослав. — На них устроим тебя в одну из фирм. Официально будешь получать очень хорошую зарплату и копить пенсию. Хотя тебя, конечно, это вряд ли интересует, учитывая, сколько деньжат ты… зашибаешь.

— Родители будут знать?

— Тебе уже восемнадцать, поэтому лучше на эту тему не распространятся.

— А учёба?

— Учиться всему будешь у нас.

— А диплом?

Максим неожиданно хмыкнул, и Ярослав улыбнулся:

— Мы тебе диплом любого вуза сделаем и даже в базу внесём.

Я встал и заходил по комнате. Может ли это быть блефом? Но с другой стороны… А если они говорят правду? Что буду делать, если синдикат найдёт меня?

— Ну что, Константин?

— Вдруг мои способности вам не подойдут?

— Нам подойдёт любой дар, — произнёс Максим. — Расскажи, что умеешь.

— А если я сначала хочу подумать?

Ярослав вздохнул:

— Тебе всё равно придётся рассказать.

— Вы меня заставите? Будете пытать?

— Никто тебя не будет пытать, но пойми: сейчас ты потенциально опасный элемент. Будешь сотрудничать с нами — получишь поддержку и защиту.

— Мне ведь придётся работать на всяких чиновников?

— Чиновников?

— Депутатов там… — Я неопределённо взмахнул рукой. — Министров.

— Ты будешь выполнять обязанности в рамках своей службы. Ни с министрами, ни с чиновниками мы не работаем.

— Могу я сначала посмотреть на… ваше место работы, а рассказать всё потом?

Ярослав глянул на Максима, и тот пожал плечами:

— Он же ответил на вопросы. Ничего плохого не затевает.

— Ладно. Всё равно отметиться надо будет. Собирайся, что ли.