Исадор

Его подобрали спустя час после того, как он пришел в себя, а учитывая то, что на тот момент, когда он открыл глаза, никого поблизости не было, то неизвестно, как давно Лилия его покинула в очередной раз.

Места в капсуле было немного, но ему вполне хватило, чтобы извернуться и одеться. всё же он не хотел, чтобы его нашли в таком виде его подчиненные, благо одежда находилась тут же.

У него был шанс покинуть капсулу и осмотреться, но он решил использовать время ожидания иначе. Сейчас, имея так много информации и не испытывая боли, он решил проанализировать все собранные данные и понять, что же он всё же упускает.

Как ни странно, но его не разъедала злость и ярость от того, что произошло. Он был абсолютно спокоен и собран. В конце концов, он ничего другого и не ожидал от такой, как Лилия. Он скорее бы удивился, если бы она просто приняла все так, как ей попытались навязать другие. Это было не в ее характере.

Обдумывая все, Исадор понял, что в одном Лилия была не права – он слышал каждое слово, которое она сказала ему, и если он этому не придал значения вслух, то это не значит, что оно было им не услышано. Он получил звание Лун за то, что умел слушать и анализировать и принимать те решения, на которые другие не осмеливались идти. Все, что было сказано и недосказано, а главное, тщательно спрятано позади, он мастерски собирал в одну картину, и в этот раз его интуиция и опыт не подвели его, что позволило наконец увидеть эту картину целиком.

Еще на шаттле Лилии все начало вставать на свои места, но из-за того, что у них были дела куда более приятные и необходимые для его «лечения», он решил это временно отложить в сторону. Именно из-за своей догадки он и не стал сильно напирать на лавару в тот момент, когда она привела свой план побега в действие. Уже тогда он понимал, что если не отпустит ее сейчас, то пожалеет сам и сломает ее. Он мог пойти этим путем, но не захотел и отчасти просто не смог.

Лилия просто не понимала этого, но в момент, когда она сделала свой выбор «за двоих», он тоже кое-что решил, и значение этому было ничуть не менее важным, чем решение его лавары.

Он пытался быть с ней мягче, даже отчасти не самим собой, но в этот раз Лилия перешла черту, и он больше не станет говорить, он поступит именно так, как привык и как считает необходимым.

Последние месяцы и то, что на него давила невозможность закончить процесс объединения, сильно сказались на нем. Куда сильнее, чем он того хотел. Сейчас же, находясь в капсуле наедине со своими мыслями, его ум был ясен как никогда, и он точно знал, что ему нужно сделать.

Лилия не раз упоминала, что не может находятся на этой планете, что изначально Исадор принял за образное выражение, но так как у него был целый час в одиночестве и все те разговоры, которые они вели между собой в то время, когда были вдалеке друг от друга, то у него было все для того, чтобы все обдумать, принять и осознал, что она имела все буквально, и тогда картина вырисовывается совершенно другая.

Придя к этому осознанию и пониманию, к чему все идет, он произнес то, что хотел, чтобы она услышала. То, на что она подписалась.

— Лилия… Ты не имеешь права решать, что может, а что не может быть за нас двоих! Ты сказала, что не собираешься ставить меня перед выбором, но только что ты это сделала, и теперь знай, что когда я тебя найду, а я найду, я не стану больше просить и спрашивать. Решение останется за мной! Свой выбор ты сделала. Я же сделаю свой! – Это звучало как угроза, и Исадор понимал это.

Ответа он не дождался, но на него он и не рассчитывал. Она ушла, и искать ее сейчас было излишним. Мужчина из личного опыта понимал, что каждый свой шаг Лилия тщательно продумала, и если она хотела спрятаться, то найти ее будет почти нереально даже с его полномочиями. Его же личный приказ без его сигнала не предпринимать ничего и сыграл с ним в этот раз злую шутку, но его подчинение сделали и так, что могли, хотя и недостаточно для того, чтобы вычислить, куда направилась его лавара.

Его подняли на поверхность спустя менее чем пять минут после обнаружения, и еще через пятнадцать он был у дома родителей, где его дожидался брат, который был поставлен в известность о его прилете.

Все это время к нему никто не приставал, никто с ним не заговаривал, если на это не было крайней необходимости, ведь каждый видел, что его лучше не трогать. Все видели образ мужчины, который весь пылал молчаливым гневом, и стоило только посмотреть ему в глаза, как любой понимал, что если он не хочет погибнуть самой ужасной смертью, то лучшее, что он может сделать, это слиться с обшивкой корабля и исчезнуть с того пути, который выбрал их Лун.

Исадор даже от осмотра доктора отказался, и ему не посмели перечить. Никто просто не понимал, что той самой ярости, которая должна была присутствовать после того, что сделала Лилия, как таковой и не было. Все занял холодный ум и назревающий план действий, который он планировал начать воплощать в жизнь уже сейчас.

Сам же Исадор не обращал ни на кого внимания и анализировал все, что теперь ему было доступно. Он почти сразу же после того, как его доставили на борт, подал запрос на определенную тему, который должен был дать ответ на самый важный вопрос и определить все ли так, как он думает. Ждать пришлось недолго, но получив, он лишь сжал зубы еще сильней, в очередной раз понимая, что он оказался прав, хотя лучше было бы не так!