Ночь выдалась не самая лучшая. Гао Цюн выглянула наружу. Луны над морем не было, волны глухо бились о борт. Она увидела силуэты мужчины и женщины, освещенные тусклым теплым светом. Дьявол снял маску, приподнял подбородок девушки и наклонился. Во рту Гао Цюн появился горький привкус. Она топнула ногой и убежала. «На этот раз Юй Шансянь будет доволен моей работой!»

Бэй Яо ощутила соленый запах бриза, смешанный с прохладным ароматом мужчины, державшего ее на руках. Его губы тоже были холодными, как одинокий маяк в океане. Она успела увидеть его лицо: это был далеко не тот юный Пэй Чуань – в его чертах читалось одиночество, высеченное временем. Для нее появление в этом мире было внезапной случайностью, но для Пэй Чуаня она стала спасением.

Сначала она в замешательстве вцепилась в его воротник. Его поцелуй был очень нежным, но Бэй Яо беспокоилась о чипе. Она не понимала, какую боль тот причиняет.

Постепенно она все увидела своими глазами. На лбу мужчины выступили бисеринки пота. Несмотря на летнюю жару, его кожа была холодной как лед. Тело Пэй Чуаня всегда было обжигающе горячим, и этот случай стал редким исключением…

Бэй Яо прислонилась к его плечу, тихо шепча:

– Отпусти меня… Я знаю, что тебе больно…

Он прижался к ее губам, нежно погладив пальцами щеку, а затем слабо улыбнулся.

– Ты уже спрашивала, нравишься ли ты мне, – проговорил он. – Ты мне очень нравишься…

Его тонкие пальцы поправили на ней одежду.

Это признание заставило сердце Яо-Яо затрепетать. Она очень постаралась поднять голову и поцеловала его в подбородок, и Пэй Чуань погладил ее по волосам.

Девушка подумала: «В каком бы мире мы оба ни оказались, Пэй Чуань никогда не прикасается ко мне первым. Сегодняшний поцелуй – исключение…»

Он замолчал на мгновение, затем отодвинулся и закрыл дверь. Бэй Яо в замешательстве смотрела на него, а Дьявол принялся расстегивать одежду, которой только что прикрывал ее. Талия девушки была очень тонкой. В мягком желтом свете комнаты ее кожа выглядела белой и гладкой. Длинные пальцы мужчины двигались по ее телу сантиметр за сантиметром…

Щеки Бэй Яо запылали. С трудом подняв руку, она схватила его за рукав.

Дьявол поджал губы и сказал:

– Ты можешь отказаться.

Она хотела попросить его остановиться, но увидела, как побледнели его губы. Ей всегда казалось, что Дьявол уже перестал любить ее так, как когда-то любил Пэй Чуань. Он часто оставлял ее одну, а его взгляд, казалось, проходил сквозь нее, словно он наблюдал за ветром, морем, горами и небом. Словно, даже если она однажды исчезнет, Дьявол сможет продолжать жить как ни в чем не бывало.

Теперь она знала, как глубоко он ее любил. Его пальцы спустились ниже, от боли у него выступил холодный пот, зрачки сузились, но взгляд оставался нежным, полным любви. Пэй Чуань из ее мира никогда бы не решился на такой поступок. Он относился к ней как к сокровищу: любил ее и хотел, чтобы у нее было светлое будущее, чтобы она попала в более прекрасный мир, а не оставалась гнить с ним.

Когда Гао Цюн притащила ее к двери Дьявола, Бэй Яо подумала: «Он ни за что не согласится на это, он такой джентльмен!» Но Дьявол не был джентльменом. И постепенно ее стыд и неуверенность в себе тоже улетучились.

Бэй Яо все еще было неловко от его прикосновений, но она отпустила рукав и зарылась лицом ему в грудь. Если Дьявол счастлив, значит, так тому и быть.

Голос мужчины был низким и притягательным:

– Все еще хочешь домой?

– Нет, – пробормотала она. – Назад дороги нет. Твой дом – мой дом.

Он ничего не ответил, только наклонился и снова поцеловал ее.

* * *

Посреди ночи, когда морской ветер завывал особенно сильно, Юй Шансяня наконец затащили обратно на борт. Он лежал на палубе, как мертвая рыба, и выдыхал больше воздуха, чем вдыхал.

Гао Цюн присела рядом с ним и подтолкнула ногой.

– Жаль… Действительно жаль…

Юй Шансянь с трудом открыл глаза и прохрипел:

– Прекрати меня пинать…

Гао Цюн была в ярости:

– Чтобы спасти такого придурка, я пошла на такие жертвы!

Она уже собиралась продолжить рассказ, когда за Юй Шансянем пришли.

– Куда вы его ведете? – спросила она.

– Приказ Дьявола, – ответил один из мужчин. – Господин Юй должен отдохнуть и восстановиться.

– Только не убивайте его, – нахмурилась она.

– Мы и не собирались, госпожа Гао. Еще днем таких планов не было.

– Вот дерьмо! – воскликнула она после паузы.

Значит, ее «подарок» в виде обнаженной самозванки оказался напрасным? Дьявол и так достал бы Шансяня из моря? Гао Цюн уставилась на небо. Дождь был поистине беспощаден.

* * *

К рассвету шторм только усилился. Лишь огни лайнера прорезали мрачную темноту.

Дьявол нежно погладил лицо девушки, лежащей в его объятиях. Ее кожа была нежной, как у ребенка. Вскоре она открыла глаза.

– Что-то случилось? – Сонный голос прозвучал с очаровательной хрипотцой.

– М-м-м… – тихо отозвался он, смотря на нее.

Это немного отрезвило девушку.

– В чем дело?

– Я хочу поговорить с тобой, – сказал Пэй Чуань. – Яо-Яо, этот мир… не такой, как твой. Здесь нет никакого порядка. Мне жаль, что ты оказалась у нас. Чтобы выжить здесь, тебе понадобится сила. «Ваншэн» – лучший помощник. Когда я вживлял чип Юй Шансяню, Гао Цюн и другим высокопоставленным людям, я сохранил резервные контрольные чипы. – Он легонько постучал пальцем по ее переносице. – А вот и тот, что у тебя…

Бэй Яо потрогала лоб:

– Как ты его вставил?

Он мягко улыбнулся:

– Я объясню, когда появится возможность. Но сейчас ты должна услышать нечто важное: Гао Цюн обладает грубым характером, но всегда очень уверенно и ответственно подходит к решению задачи. Я знаю, что она меня не предаст. Юй Шансянь… сложнее. Хитрый манипулятор, которому нельзя полностью доверять. Если он попытается предать, нужно сразу убить его…

Спокойная и непринужденная речь Дьявола поразила Бэй Яо.

– Убить? – переспросила она, думая, что ослышалась.

– Да, – подтвердил Пэй Чуань. – Не сомневаясь ни минуты.

– Но… Зачем ты мне это говоришь? Ты же их начальник. Теперь я буду бояться…

Он выдержал паузу.

– Есть возможное решение моей проблемы, – сказал он. – Я разработал способ имплантации новой версии чипа, которая может поглотить старую, базовую… – Он посмотрел ей в глаза. – Но последствия неизвестны. Это может вызвать паралич, слепоту, глухоту или… я могу уснуть и больше никогда не проснуться.

Она тут же покачала головой:

– Нет. Ни в коем случае!

Пэй Чуань наклонился и поцеловал ее мягкую румяную щеку.

– Будь умницей…

– Нет! Я не позволю! – разозлилась Бэй Яо. – Это опасно, неужели ты не можешь придумать более безопасный способ?

Его голос оставался мягким, и он нежно улыбнулся:

– Я так люблю тебя… – Затем он все-таки пояснил: – Я не могу бороться с «Ваншэн» первого поколения, он уже убивает меня.

Бэй Яо не могла смириться с безвыходностью ситуации. Каждый выбор приводил к ужасающим последствиям. Зарывшись с головой под одеяло, она тихонько всхлипнула.

Пэй Чуань вздохнул и осторожно привлек ее к себе.

– Может, сначала поможешь мне надеть рубашку?

Из-под одеяла выглянуло залитое слезами личико.

– Это нужно сделать до того, как мы достигнем берега, – сказал ей Дьявол. – Сегодня единственный шанс, завтра мы причалим. – Он рассмеялся. – Мне так больно, что я не могу поднять руки. Я рассчитываю на тебя, Яо-Яо.

Пуговица за пуговицей Бэй Яо застегнула его рубашку. Ее нежные руки, бледные и хрупкие, были испещрены красными следами, которые он оставил. Он наблюдал, не моргая.

– Еще галстук.

Она понятия не имела, как завязывать галстук, долго возилась с ним, но в конце концов справилась, хотя и неуклюже. Глаза Пэй Чуаня наполнились странным теплом, что было совсем непохоже даже на того мальчика, каким он был когда-то.

* * *

Юй Шансянь проснулся и обнаружил, что находится под домашним арестом. Он поднял бровь, вспоминая обрывки разговора с Гао Цюн. Зачем Дьяволу понадобилось держать его под замком именно сейчас? Комната была идеальной квадратной формы, белая и чистая. Он даже дуновения ветра не чувствовал. Накануне к нему приходил только врач. Юй Шансянь уставился в окно. Чего добивался Дьявол?

За окном А-Цзо толкал инвалидное кресло Пэй Чуаня в медицинский кабинет.

Дьявол спокойно кивнул доктору:

– Начинаем. А-Цзо, стой на страже снаружи. Никого не впускай.

А-Цзо послушно кивнул и быстро вышел.

Доктор надел перчатки.

– Вы уверены?

– Да, – тихо ответил Пэй Чуань.

Доктор знал его много лет, видел и прежнее поколение «Ваншэн», и нынешнее. Позволить одному поглотить другой было все равно что вырезать собственные органы кусочек за кусочком.

– Стоит ли оно того? – вздохнул мужчина.

– Вы, наверное, не знаете: в том мире другой я попал в тюрьму из-за нее, – ответил Пэй Чуань и усмехнулся. – Звучит нелепо, не так ли? Я тоже так думаю. Чем моложе, тем искреннее любишь. Посмотрите на меня сейчас – я бы ни за что не отправился в тюрьму, пытаясь стать хорошим парнем. Я рассказал ей о рисках, так что, если что-то произойдет, она будет помнить Дьявола, а не просто какого-то Пэй Чуаня.

Доктор не понял и половины сказанного, но ему показалось, что за словами Дьявола скрывается одержимость.

– Да бросьте, вы все еще Пэй Чуань, как ни крути. Может, вы забыли, но я точно помню, в каком отчаянии вы были, когда умоляли меня вживить чип первого поколения. И вот вы снова влюбились в нее! Вы ничем не отличаетесь от того мальчишки, которым были раньше.

Уголок губ Пэй Чуаня дернулся. И вдруг из-за двери раздался тревожный голос:

– Ты меня слышишь? Ты слышишь меня, Дьявол? – кричала девушка. – Я жду тебя! И всегда ждала! Если у тебя ничего не получится, я уйду домой! И никогда не вернусь!

На лице Пэй Чуаня застыла насмешка. Когда врач сделал первый надрез, Дьявол умолк, а затем неожиданно пробормотал:

– Я хочу жить. Пожалуйста, помогите мне.

Доктор ничего не ответил, только кивнул. Он помнил, как около пяти лет назад кто-то сказал ему те же слова: «Я хочу жить. Я просто хочу забыть ее и жить дальше…» И с тех пор он каждый год сажал розы на могиле, словно навещал старого друга.

* * *

Когда в Пэй Чуане столкнулись две версии «Ваншэн», он увидел свое прошлое. Стоял жаркий июньский день. Он держал на руках труп, а вдали простиралось бесконечное море. Длинные ресницы девушки были опущены, она ничего не говорила и не двигалась.

– Значит, даже сейчас… ты все еще не любишь меня, – тихо проговорил он. – Господин Пэй? Нет, я не господин Пэй… Я – Пэй Чуань! Яо-Яо… я любил тебя больше всего на свете! – Он горько улыбнулся. – Даже если ты никогда не догадывалась…

Сидя в инвалидном кресле, он сплел для нее корону из утренних цветов. Ее длинные волосы были гладкими и мягкими. Если бы не серый оттенок кожи, она выглядела бы такой живой и красивой.

Пэй Чуань не ел весь день. Он оставался с ней на маленьком острове с рассвета до заката.

– Сегодня мы встретили новый закат. Пора идти домой.

Он наклонился, чтобы поднять ее, не обращая внимания на запах, уже поднимающийся от трупа. Толкая кресло к дому, он добавил:

– Однажды я построю здесь поместье, наполню сад цветами и буду каждый день любоваться восходом и закатом вместе с тобой… Что? Ты не застала сегодняшний рассвет? Прости, это моя вина. Я слишком долго помогал тебе одеваться.

С наступлением вечера Пэй Чуань приготовил ужин. В траве за окном стрекотали цикады, море мягко билось о скалы. Он осторожно распустил косу, которую заплел ей своими руками.

– Давай ужинать.

После еды он вымыл посуду, затем нагрел воды и осторожно искупал ее в деревянной ванне.

– Я знаю, что никогда не нравился тебе…

Никакие цветы не могли скрыть нарастающую вонь разложения. Пэй Чуань лежал без сна с открытыми глазами, держа ее в объятиях.

– Я плохо все устроил, – пробормотал он. – Завтра я нарву тебе побольше цветов, тогда ты будешь лучше пахнуть!

Но в летнюю жару ее тело увядало гораздо быстрее любых цветов. День за днем он наблюдал, как прекрасное тело превращается в увядшие останки.

И в один из дождливых летних дней он все же похоронил ее. Он не сошел с ума. Он знал, что она мертва. Ему было просто… немного грустно.

Насыпав последнюю горсть земли, он тихо сказал:

– Я должен ненавидеть тебя… Иногда я думаю: за что? Почему я любил тебя так сильно с самого детства и до сих пор? Ты никогда не была рядом, я никогда не держал тебя за руку, никогда не целовал твои губы. Но ты умерла, и посмотри, кем я стал… Ты никогда не любила меня. Ни дня. И все же ухитрилась завладеть всей моей жизнью. Это несправедливо. Но я не могу винить тебя. Ты просто отказалась принимать мое сердце. – Он осторожно вывел на ее надгробии слово «Жена». – Не жди, что я сойду с ума. И не думай, что я не смогу жить без тебя. Когда мне отрезали ноги, я выжил. А теперь, без тебя, я буду жить еще лучше. Но… – Он сделал паузу. – Любить кого-то так утомительно. Если бы ты вернулась, клянусь, я бы не полюбил тебя снова! Я бы относился к тебе уже не так хорошо. У тебя нет сердца…

Когда закончился дождь, он попросил доктора имплантировать ему «Ваншэн». И как только чип заработал, в сердце образовалась пустота. Он помнил о ней все до мельчайших подробностей, но эмоции были отключены.

Пэй Чуань коснулся груди.

– Госпожа Бэй Яо, я снова стал Дьяволом.

С каждым годом его организация становилась все сильнее. Но, почувствовав себя одиноко, он снова вернулся на остров и зачем-то начал сажать розы.

– Я уже не так сильно ее люблю, – успокаивал он себя.

Шипы укололи его пальцы, но он ничего не почувствовал. Дьявол посмотрел на имя, высеченное на надгробном камне.

– Она была просто… кем-то особенным из прошлого…

Теперь он не мог даже вспомнить ее лицо. Несколько раз он думал, не поменять ли надгробие. Может, стереть имя. Но всякий раз, когда он собирался отдать приказ, в груди что-то замирало. И он перестал заговаривать об этом.

В двадцать пять лет Пэй Чуань подумал: «Слава богу, что она не встретила меня в этом возрасте». Он стал эгоистом. Лицемером. Он больше никогда никого не полюбит.

В июне того же года он сказал:

– Я женюсь на разумной женщине, заведу детей и обязательно сотру твое имя с надгробного камня!

Но к двадцати шести он так и не сдержал обещания.

– В следующем году я забуду тебя по-настоящему! Я не понимаю, почему ты мне так нравилась… Гао Цюн не хуже тебя! Ты всю жизнь сводила меня с ума! Ты желала мне смерти! В следующем году я забуду тебя навсегда!

Неужели он так и будет год за годом, как дурак, сажать для нее цветы на необитаемом острове?

Позже ему приснился сон. В этом сне в двадцать семь лет он так и не встретил Бэй Яо из другого мира. И до самой смерти так и не женился. У него никогда не было детей, о которых он когда-то говорил, но он дожил до восьмидесяти двух лет. К тому времени мир лежал в руинах, но на том острове все еще распускались цветы, а небо и море оставались такими же бесконечно синими…

* * *

Пэй Чуань проснулся с резким вздохом.

Его взгляд оставался холодным, а сердце бешено колотилось. В нем боролись две системы «Ваншэн», и победила последняя версия. Он не умер от удушающей боли. Он был жив.

Доктор поднял бровь:

– Вы очень выносливы.

Пэй Чуань вцепился в рукав мужчины.

– Где Бэй Яо?!

– Бэй Яо? – моргнул доктор. – Кто это?

Неужели все это было лишь сном? Неужели он никогда не встречал ее?

Но потом доктор, казалось, понял.

– А! Та девушка? Она все время просидела за дверью. Во время операции ваше сердце на мгновение остановилось. Вы до смерти напугали меня, но потом ваше состояние стабилизировалось. Я уже собирался впустить ее, но этот упрямый А-Цзо не позволил.

– Где она сейчас? – спросил Пэй Чуань хриплым голосом.

– Два дня назад мы причалили. Я сказал девушке, что вы проснетесь, но госпожа Гао разозлилась и утащила ее. Не знаю, где они сейчас.

Пэй Чуань нахмурился:

– Гао Цюн забрала ее? Как вы это допустили!

– А что я должен был делать? Подраться с Гао Цюн?

Не теряя ни секунды, Пэй Чуань тут же направлялся к выходу. Доктор не стал его останавливать.

Буря стихла. Под голубым небом и белыми облаками он сразу заметил девушку на пляже. Над ней нависла Гао Цюн.

– Ах ты, паршивка! – кричала женщина. – Если Дьявол не проснется, я скормлю тебя акулам!

Яо-Яо отпихнула ее.

– Отпусти! Зачем ты это делаешь?

Когда ее повалили на землю, на глаза Бэй Яо навернулись слезы. Но даже тогда она не дала команду чипу. Бэй Яо подняла голову, и глаза ее загорелись: там стоял Пэй Чуань.

Она изо всех сил вцепилась в руку Гао Цюн.

– Дьявол!

Женщина замерла, а потом отпустила ее.

Бэй Яо полетела по песку, как невесомая бабочка, и бросилась в его объятия. Пэй Чуань поймал ее, и она прижалась к его груди, как котенок.

– Наконец-то ты очнулся!

Его сердце запылало от тепла, и даже голос стал до неузнаваемости мягким:

– Да. Я здесь.

– Тебе уже лучше? – Она подняла на него сияющий взгляд. – Значит ли это… что теперь я могу тебе нравиться?

Он посмотрел в эти яркие глаза и широко улыбнулся.

– Угу.

Затем Бэй Яо указала пальцем:

– Гао Цюн издевалась надо мной! Она угрожала сбросить меня за борт!

Женщина остолбенела.

– Что за!.. Что ты несешь!

Пэй Чуань замер. Он вспомнил свой сон, вспомнил, как однажды сказал: «Если бы ты вернулась, клянусь, я бы не полюбил тебя снова! Я бы относился к тебе уже не так хорошо…»

Но сейчас…

Он поцеловал девушку в щеку.

– Я накажу ее, – тихо пообещал Пэй Чуань.

Бэй Яо усмехнулась:

– Только не слишком строго. Просто заставь ее съесть немного васаби! Когда мы сойдем на берег, я хочу увидеть своих маму и папу!

– Хорошо.

– И младшего брата! Он, наверное, уже вырос, я хочу посмотреть, как он выглядит!

– Хорошо, – мягко отозвался он.

Бэй Яо обхватила его за шею.

– Ты проснулся… Я так счастлива!

На мгновение Пэй Чуань разомкнул губы, но не смог произнести ни слова.

– Ты что-то хочешь сказать?

Под голубым небом, под мягким дуновением морского бриза, Бэй Яо наконец услышала его низкий голос, шепчущий ей на ухо:

– Я сказал, что ты – лучшее, что могло со мной случиться в этом мире.

Конец