Когда они добрались домой, то достаточно долгое время не могли попасть внутрь: изнутри в комбинированном замке торчал механический ключ.

— Вообще-то, в таких действиях детей есть своя логика. — Неуверенно предположила Нозоми. — Они же ночевали сегодня одни. На всякий случай, очевидно, заблокировались: ну мало ли… Видимо, ради безопасности.

— Да-да, конечно-конечно, — скептически покивал Ватару, которого посетили некоторые абсолютно пророческие, хотя и беспочвенные, догадки.

Наконец, минут через восемь, из глубины дома раздался недовольный голос дочери:

— Кого там чёрт принес?!

Финансист удивлённо раскрыл глаза и переглянулся с женой:

— Кажется, мои подозрения наполняются основаниями.

— Немедленно открывай! — рассердилась Нозоми и принялась стучать по двери ладонью.

— Ааа, это вы… — тон с той стороны двери моментально сменился на противоположный.

Еще через полминуты сражений с замками, на пороге показалась заспанная и взъерошенная Ю.

— Что с тобой? — мать поначалу успокоилась, увидев дочь воочию.

Но, сделав ровно полтора шага внутрь, Нозоми уже не была уверена, что всё в порядке:

— А ну, иди-ка сюда! — госпожа Асада-старшая, уловив вполне определённый запах, идущий от Ю, мгновенно припомнила события, имевшие место накануне.

Неожиданно сзади, от двери, раздался голос секретарши:

— Нозоми, могу попросить срочно минуту твоего времени?

Мивако, мгновенно сообразив, чем чреваты свежие впечатления старшей жены от внутренней картины в доме, решила, что меньшим злом будет частично засветить собственный информационный источник.

— Никуда не уходи! Нам надо поговорить! — бросила мать дочери, после чего послушно проследовала в кухню за Мивако.

— А ведь в принципе, тут можно ничего тебе уже и не объяснять, — задумчиво потерла затылок младшая де-факто жена, обозревая изменения в кухонном интерьере.

Недопитые бутылки пива соседствовали на столе с немытой посудой. Часть закусок была рассыпана по столу и по полу. Одна разбитая рюмка и одна частично наполненная откровенно намекали: крепкие напитки тоже распивались. Вперемешку с пивом. Только бутылку куда-то дели.

— Маса тут вообще ни при чём, — поторопилась очертить круг причастных секретарша, обращая внимание Нозоми на количество приборов за столом.

Которых было ровно два.

— Это понятно, раз он дома не ночевал, — мгновенно сориентировалась женщина. — Где находится твой гость? — спросила она у Ю уже совсем другим тоном.

— Спит в моей комнате, — хмуро пробормотала Ю.

— Я не буду сейчас устраивать сцен при чужих людях. Чтобы через… ай, иди спать! — мать выплеснула раздражение в повышении тона. — Проспишься — тогда поговорим!

Когда Нозоми и Мивако на втором этаже догнали Ватару, тот лишь рассеяно переводил взгляд с одного вырванного с мясом замка на другой.

— Я крайне удивлен. — Ошарашено сказал финансист, сдерживаясь изо всех сил. — А с другой стороны, не мне сейчас, конечно, заикаться о порядке… — он жизнерадостно хохотнул своему отражению в настенном зеркале, с которого смотрело небритое и неухоженное лицо пребывающего в длительном запое человека. — Будем последовательны и самокритичны…

Поддаваясь внезапному порыву, он обнял за талии своих женщин и сгрёб их к себе поближе.

— Масы нигде нет, — констатировала Нозоми ещё через минуту, высвободившись из его рук и последовательно проверив все возможные помещения.

— Вообще-то, именно этого и следовало ожидать, — не сдержавшись, коротко хихикнула себе под нос Мивако.

И, незаметно для остальных, полезла за своим смартом, закрываясь в комнате для сушки верхней одежды.

* * *

Если быть с собой до конца откровенным, такого развития событий я не ожидал даже в самых смелых мечтах: четверка подруг без малейших колебаний потащила меня в гости к одной из них.

Не могу сказать, что я очень этому сопротивлялся.

Будучи избалованным относительно нормальными условиями в своей нынешний семье, я поначалу даже не сообразил, где мы оказались: настолько маленьким оказалось то жилище.

Чуть позже, помыв руки, я припомнил: бюджетные варианты так называемых квартир здесь начинаются примерно от десяти квадратных метров (а стоят при том, как полноценный особняк у моря в странах южнее).

Причём, в эти десять метров входят и санузел, и пародия на кухню, где кое-как можно приготовить пищу, и непосредственно спальное место, совмещенное с кабинетом.

Жилище, в котором оказались мы, было всё же чуть побольше стандартной десятки. Возможно, метров восемнадцать. Именно поэтому мы и не толкались локтями, когда стояли в очереди в ванну.

А с другой стороны, спальное место обнаружилось только одно: раскатанные на полу футоны просто кричали, что сейчас будет интересно.

* * *

В принципе, первый раз за последнее время реальность удивила меня приятным образом. Что ни говори, но состоявшаяся в штатах сексуальная революция — это свой тип менталитета. Не имеющий ничего общего с тем, в котором жил я всю предыдущую жизнь…

В общем, если коротко, девицы были раскрепощенными и уже нетрезвыми. А проживание в японской культуре налагает вполне определённый отпечаток на менталитет в некоторых деликатных вопросах, это я даже по себе сужу.

От более чем интересных экспериментов меня крайне не вовремя оторвал входящий звонок Мивако. Почему-то, увидев, что звонит она, мне и в голову не пришло ей не ответить или отключить гаджет.

Вместо приветствия, она первым делом показала мне на камеру "подвиги" моей сестры и её подруги в доме: впору было грызть собственный кулак от смеха, настолько домашний разгром выбивался за рамки приличий.

Хорошо, что я к этому не имею никакого отношения — мелькнуло на заднем плане.

— Я думаю, лучше всего будет, если ты сейчас же приедешь домой. — Вежливо предложила она. — Насколько могу судить по твоим родителям, к тебе нет претензий в части интерьера, хи-хи… но лично мне необходима твоя помощь по происшедшему в клубе.

— Хорошо, сейчас буду, — только и вздохнул я, глядя на некоторые приятные взгляду моменты, находившиеся в этот момент ко мне вплотную.

И светившие белыми пятнами кожи в крайне интересных местах.

— Если за тобой надо заехать, скажи! — запоздало спохватилась секретарь отца. — Я приеду минут за двадцать!

— Не надо. Возьму такси, так быстрее получится.

Хм, а ведь я ей не говорил, где сейчас нахожусь.

А она в курсе, раз знает подлётное время до места.

А из всех, только красноволосая была в теме. Есть о чём подумать.

* * *

Откровенно говоря, ещё час назад у меня было твердое намерение занятия в школе сегодня если и не пропустить вообще, то, как минимум, изрядно на них опоздать.

Любой, переживший пубертатный возраст, такое решение поймёт и не осудит: годы годами, но подросткового тестостерона тоже никто не отменял. С весьма немаленьким процентным содержанием — вон, даже нейроконцентратор принялся мне периодически об этом напоминать.

Как отключить именно эту часть программы контроля здоровья, я не знаю. А отключать весь медицинский программный блок не хочется — у меня регенеративные процессы в мышцах чуть-чуть на технику сейчас завязаны.

Посоветоваться тоже не с кем, потому что банально стесняюсь. К Цубасе с таким не пойдёшь, а Юдзи ещё маленький. Да и перед ним тоже неловко, если честно.

По приезде домой оказалась, что мои школьные занятия сегодня могут отмениться совсем по другой, уже независящей от меня причине: мой родитель был выведен из запоя своими женщинами, одной из которых была моя мать (повезло бате, чё — весело подумалось на заднем плане, вкупе с некоторыми ретроспекциями из той жизни).

Вместе с более ранним приходом отца в человеческое состояние, дали свои плоды и запущенные нами с Рюсэем в клубе процессы: оказывается, отец вместе с матерью и Мивако уже были там с утра. Примерно через пару часов после моего ухода.

В итоге, они увезли оттуда на политбеседу какого-то замазанного клерка и почти всю подоплеку случившегося выяснили у него.

— Но ряд деталей придётся осветить именно тебе, — деликатно обозначила отцовская секретарь по фамилии Кога, вводя меня в курс дел на разгромленной сестрицей кухне.

— А что интересует? Либо — с чего мне начать?

— Можешь рассказать лично мне, чего вы с менеджером хотели добиться? — Мивако, выбирая самый верный психологически путь, беседу со мной ведет наедине. — Какие задачи вы ставили изначально? Ты же явно действовал провокационно в некоторых моментах.

Со второго этажа слышны отдельные звуки общения матери с отцом, но к нам родители пока даже не спускаются. Кстати, общаются абсолютно мирно и где-то приязненно, если судить по обрывкам доносящегося текста.

— Повезло отцу! — хмыкаю вслух своим набежавшим мыслям, усаживаясь напротив Мивако. — Задачи… Я сейчас наберу Рюсэя. Мы предусмотрели тот вариант, когда кто-то из старших в Семье будет расспрашивать именно меня, имея на то право. — Под «семьёй» я сейчас имею никак не фамилию Асада.

Моя собеседница меня отлично понимает, поощрительно прикрывая веки.

— Мивако, могу попросить об одолжении?! — неожиданно для самого себя, сбиваюсь с нити, решив дать волю некоторым внутренним позывам.

— Да, — озадаченно кивает она.

— Ты можешь сейчас говорить со мной как с равным? А не как учительница с пятиклассником? Поощрительно кивая, глядя со снисхождением и вся эта прочая лабуда?!

— Ой, я не специально. Конечно. — Она в момент преображается и становится нормальной. — Внимательно тебя слушаю.

С другой стороны, какого чёрта. Подросток я или нет? Это был абсолютно искренний порыв души, хотя и не совсем мой личный — но уж никак для дела не вредный.

* * *

— Рюсэй предполагал, что из ежедневной выручки тащат. Доказать этого он без подготовки не мог, а я удачно подвернулся под руку.

— Вы с ним говорили о начальнике охраны? — мгновенно ухватила суть Мивако. — Откровенно?

— Не о начальнике охраны, — покачал головой Маса. — О начальнике безопасности. Рюсэй сказал, что есть проблема…

— Есть, — вздохнула младшая сестра оябуна, поскольку только что пообещала вести себя с подростком, как со взрослым. Тем более что он теперь был с ней членом одной семьи, не только в фигуральном смысле. — Ладно, рассказывай дальше. Извини, что перебила.

— Да нечего особо рассказывать. Длинный насыпал мне три с половиной сотни тысяч бумажными деньгами, номера купюр которых он знал. Четверо девчонок-иностранок сами ждали во втором зале, что к ним кто-то присоединится. Желательно, платежеспособный, — хохотнул Асада-младший. — Рассчитывался я, как и договаривались, за всё наличными. А на выходе охранник, словно белены объевшись, предложил мне отсыпать своих денег и ему. Типа чаевые.

— А драка между вами из-за чего началась?

— Там же камеры видеонаблюдения над головой висели! — искренне изумился Маса. — Я потому и не стеснялся, что надеялся: всё будет зафиксировано? И за разбором полетов дело не станет?

— Оператор видеонаблюдения тоже был замешан, — чуть приоткрыла один из секретов секретарша. — Без его содействия регулярная выемка наличных перед инкассацией была бы невозможной: рано или поздно, кто-то обратил бы внимание на запись, в которой часть банкнот перекладывается из общего ящика в другой, совсем не по назначению.

— Он что, полностью удалил файл с нашими разборами?

— Да. Причём заявил, что сделал это под твоим нажимом.

— Да я его в глаза не видел! — Маса искренне вытаращил и без того немаленькие глаза. — Предполагал, конечно, что должен быть кто-то за пультом… Но где он находится — до сих пор не знаю!

Не удовлетворившись сказанным, он зачем-то полез за смартфоном и принялся шарить в блоке ментальных приложений.

— Не надо, — мягко остановила его Мивако. — У нас в офисе он честно рассказал, что ты ни при чём. Просто он деталей начала вашего конфликта не видел — с его места этот участок холла и пятачок перед входом не просматриваются. Так из-за чего вы драться начали?

— Охранник, которому я отказался давать деньги, хлопнул меня сзади свернутой в трубочку газетой по затылку. При этом, добавил пару унизительных сентенций. При всех.

— Ты сможешь подтвердить это при других людях?! — мгновенно среагировала, оживляясь, Кога.

— Да вообще без проблем, — фыркнул Маса. — Хоть и под приложение. — Он кивнул на смартфон. — Или ещё можно очную ставку нам устроить: пусть эти рахиты мне в глаза выскажут свою точку зрения, как всё было. А я со своей стороны прокомментирую, при третьем независимом арбитре.

— Думаю, не потребуется, — Лаконично заметила Мивако. — Тем более, насколько и я в этом всём что-то понимаю, наш Курога сейчас если не сам подастся в бега, то уж этих охранников из нашей досягаемости точно выведет… эх-х-х… Слушай, с тобой наверняка захочет всё это обсудить твой отец. Скорее всего, прямо сейчас, когда договорит наверху с твоей матерью. Можешь рассказать ему всё точно также, как и мне? Кроме того момента, что деньги тебе давал Рюсэй?

— Да могу, наверное, — парень твердо и вопросительно уставился на неё. — Если ты убедительно объяснишь причину такой своей просьбы.

— Я сейчас не хочу звонить Длинному, по целому ряду причин. Не в последнюю очередь, потому, что его телефон сейчас могут слушать. Те, кто нам не друзья. И если мы начнем какие-то моменты между собой согласовывать… — она многозначительно подняла взгляд на парня.

— Понимаю.

— Кроме того, я не знаю: он эти деньги взял из собственных запасов? Или же, полностью доверяя тебе, соответствующим образом оформил в электронном виде выдачу корпоративных финансов? Если окажется, что второе, черт, как бы тут поделикатнее… В общем, твой отец с начальником Рюсэя не совсем друзья. Тебя Ватару, сожалению, всерьез воспринимает далеко не во всём…

В этом месте Маса искренне и весело хмыкнул.

— Потому, чтобы во внутренних разборках приглушить начальника Длинного, твой отец может ситуативно использовать эту информацию и против их подразделения. — Мивако твердо решила быть со своим приемным сыном до конца откровенной. — Вот если рассуждать с моей женской точки зрения, то в итоге может пострадать твоя репутация. Потому что Ватару, сказать мягко, склонен её крайне недооценивать.

— У него есть основания, — тоскливо вздохнул Маса, глядя в окно.

— Ты меняешься. И лично мне всё нравится, — кажется, она хотела сказать что-то ещё, но осеклась в самый последний момент. — Твоя репутация — я б ещё промолчала. Но подвешенными могут оказаться и твои отношения с другом. Я о Рюсэе.

— Блин, а ведь батя может, — передёрнул плечами Асада-младший. — Хотя это и не совсем порядочно. Со всех сторон. Тем более что мы с ним не чужие люди.

— Когда это кого останавливало из взрослых? — резонно парировала Кога. — Особенно если речь идет о таких служебных делах… — здесь она неподдельно вздохнула.

— Спасибо. Понял. Сделаю. — Коротко кивнул Маса. — О, успели поговорить как раз…

На лестнице раздались шаги спускающегося со второго этажа Ватару.