Глава 14

Юля

Две недели спустя.

За это время стены больничной палаты становятся для меня почти привычными, практически родными.

Капельницы, осмотры. Редкие разговоры с медсестрами. Постоянный страх прислушиваться к каждому ощущению внизу живота.

Каждое утро я первым делом осторожно кладу ладонь на живот, мысленно прося только об одном.

«Пожалуйста... будь сильным, малыш. Я тебя сделаю самым счастливым. Я стану для тебя самой лучшей мамой на свете. Пожалуйста, останься со мной. Не бросай меня хотя бы ты… »

В день выписки лечащий врач ещё раз внимательно просматривает мои анализы. А для собственного спокойствия делает мне УЗИ, чтобы убедиться что угроза выкидыша миновала.

— Сейчас ваше состояние стабильно. Жизни ребёнка ничего не угрожает, сердцебиение хорошее, — спокойно говорит она. — Но ближайшее время вам необходим полный покой. Никаких стрессов, переутомления и тяжелых нагрузок.

Я невольно улыбаюсь, но улыбка получается грустной. Если бы всё было так просто и легко… Если бы я могла так просто взять и стереть из памяти ненужное.

— Обещаю. Я буду беречь себя. Ради ребенка, я на всё готова.

Она внимательно смотрит на меня словно не верит.

— Теперь вы отвечаете не только за себя.

Я машинально опускаю ладонь на живот бережно поглаживая.

— Знаю. И именно поэтому выдержу всё. Всё всё.

Но один вопрос все же не давал мре покоя. Марина. Почему? Почему она дала мне тот препарат?

Зачем? Почему она хотела избавиться от моего малыша, зная как отчаянно я мечтаю о беременности и малыше…

Я больше не могу жить с этими вопросами. Мне нужны ответы, которые я могу получить только от неё.

Набравшись смелости, я поехала в клинику, где работала Марина. Мне не хотелось этого, но мне важно было выяснить почему она так поступила со мной. Неужели она меня настолько ненавидит что…

Администратор приветливо улыбается мне, когда я подхожу к ресепшену.

— Добрый день. Чем могу помочь? — миловидная шатенка тут же обращает все свое внимание на меня.

— Мне нужна доктор Карцева. Она сегодня принимает?

Девушка на секунду задумчиво возвращает взгляд к компьютеру. Потом качает головой в знак отрицания.

— К сожалению, нет, — с досадой говорит она.

— Когда можно записаться? — я вопросительно приподнимаю брови.

— Боюсь, уже никак… — шатенка растерянно смотрит на меня, хлопая длинными ресницами. — Она больше у нас не работает. Могу предложить вам записаться к доктору Николаевой. Тоже очень хороший специалист.

Я растерянно смотрю на неё, пытаясь сообразить что мне делать дальше. К Марине домой мне ехать совсем не хотелось. Я рассчитывала поговорить с ней в клинике.

— Уволилась?

— Простите, но подробностей я сообщить не могу, — девушка виновато состроила подобие улыбки.

На этом наш разговор заканчивается. Из клиники я выхожу с ещё большим количеством вопросов. Марина словно исчезла после Дня Рождения Егора. Словно пыталась замести следы.

Не зная, куда ехать дальше, по дороге я неожиданно сворачиваю к дому свёкра и свекрови. Место где мне всегда рад один человек так точно, помимо моих родителей. К сожалению поехать сейчас к родителям в соседний город я не могла. Сейчас в своём положении я боялась дальних поездок, чтоб не навредить малышу. Хотя сейчас мне как никогда хотелось оказаться рядом с родными. Чтоб можно было как раненому зверьку зализать свои раны. Но ехать почти три часа за рулём после того как чудом сохранили моего малыша, была так себе идея.

Когда я приезжаю к родителям Егора, дверь мне открывает Алексей Николаевич.

— Юлечка… — добродушно говорит мужчина увидев меня. — Как ты, милая? Егор говорил что ты в больнице лежала. Что-то серьезное?

Я крепко обнимаю его прикрыв глаза.

— Уже лучше, — честно отвечаю я. — Всё в порядке.

Мягко отстранившись он внимательно смотрит на меня, одним только взглядом говоря мне что не верит. Но к счастью не задает сейчас лишних вопросов.

— Проходи, — он пропускает меня в дом.

На кухне свекор усаживает меня за стол, а сам уже начинает во всю суетиться, наливает мне чай, выставляет угощения к чаю.

Прямо как тогда… В тот страшный вечер. Несколько минут мы просто молчим когда он наконец усаживается напротив меня. Сначала наш разговор вполне монотонный.

Но стоит ему завести тему о Егоре и произнести это имя, меня бросает в дрожь.

— Егор очень изменился, — вздыхает свекор.

Я поднимаю на него взгляд, чувствуя как от одного только упоминания его имени сердце бешено начинает колотиться в груди.

— Он почти не бывает дома. Практически живет на работе в последнее время.

Я тяжело вздыхаю не зная что ответить. Чего сейчас от меня ждет отец Егора? Что я его пожалею? Вернусь к нему забыв о предательстве? Отец Егора тяжело вздыхает поднимая на меня тяжелый взгляд.

— Он тоже страдает, Юля, — отец моего почти бывшего мужа посмотрел на меня в упор.

Покачав головой в знак отрицания я поджала губы, борясь с желанием просто разреветься.

— Мне тоже было больно, — хрипло проговорила я, чувствуя подкативший к горлу ком. — Очень больно.

— Знаю, — вздыхает мужчина.

Он не спорит со мной.

Не оправдывает сейчас сына, хотя вполне мог бы это попытаться сделать. Егор его сын. И было естественно, если бы свекор стал на его сторону.

— Но я всё равно прошу тебя… Не руби с плеча, дочка. Хотя бы выслушай его. Дай ему всё объяснить…

Я отвожу взгляд не в силах смотреть Алексею Николаевичу в глаза. Потому что сейчас я себя чувствую крайне ужасно.

— Не знаю, смогу ли, — признаюсь честно, действительно не зная, смогу ли выслушать пока ещё своего мужа.

— Не прощай. Не принимай никаких решений прямо сейчас. Просто… Выслушай. Если после этого захочешь уйти никто тебя удерживать не станет.

Я долго молчу пытаясь собраться с мыслями. Как мне заставить себя переступить через гордость? Как?

Ради себя я бы не согласилась ни за что. Слишком гордая. С самого детства. Но ради этого человека… Который всегда был рядом и буквально с первых дней принял меня как родную дочь… Который защищал меня даже тогда, когда его жена была против.

Я молча киваю сдавшись под тяжестью своего хорошего отношения к свёкру.

— Хорошо, — шепчу я. — Я его выслушаю. Только выслушаю.

Свёкор облегчённо выдыхает смотря на меня с благодарностью.

— Спасибо… Спасибо, милая…

Через час я уже стою возле офиса компании Егора. Стараясь взять себя в руки. Настроиться на то, что это будет просто разговор. Я просто выслушаю его версию произошедшего и сделаю свои выводы. На этом всё.

Только сердце предательски бьётся так сильно и быстро, что кажется, его слышно всем вокруг.

Я несколько секунд не решаюсь войти. Пытаюсь собраться с мыслями, но у меня ничего не получается. Ровным счетом ничего.

Потом я всё-таки открываю стеклянную дверь, сразу же проходя внутрь. Обстановка до боли знакомая. Те же стены, те же знакомые лица.

— Добрый день, — приветливо улыбается Карина из пиар отдела.

Все остальные сотрудники тоже практически сразу узнают меня, и это естественно. Здесь мне доводилось бывать частенько.

— Юлия Викторовна! — подойдя ко мне ближе, радостно восклицает Карина подойдя ближе. — Как я рада вас видеть! Давно вас не было…

Я выдавливаю из себя улыбку в надежде что никто не заметит, насколько натянутой она выглядит.

— Здравствуйте, Карина, — стараюсь быть приветливой, ведь она точно не виновата в том что происходит между мной и моим мужем.

— Егор Алексеевич у себя.

Вежливо поблагодарив Карину, направляюсь к лифтам, стараясь унять внезапно появившееся волнение.

Поднимаюсь на нужный этаж чувствуя как ноги просто подкашиваются от волнения.

У знакомой двери останавливаюсь, стараясь унять бешеное сердцебиение.

Дверь оказывается слегка приоткрытой. Осторожно толкнув её я замираю, чувствуя как весь мой мир рушится во второй раз. Практически от одной и той же картины.

Егор и Марина…

Егор крепко держит её за запястья смотря в глаза. Марина тоже не отводит взгляда, смотря на моего мужа влюбленными глазами. Теперь я это замечаю. Просто раньше я была слепой дурой, которая ничего не замечала. Не хотела замечать.

У меня внутри всё холодеет от этой картины. Сердце пропускает болезненный удар.

Перед глазами словно кадры из фильма, мгновенно вспыхивает тот ненавистный вечер.

Та комната. Тот разговор. Я словно ловлю ощущение дежавю.

Я застываю на месте не в силах сделать ни шагу и в это короткое, мучительно долгое мгновение мне кажется, что ещё секунда...

И они поцелуются…