Глава 3. Удивительный человек

Настя Маслова

Я пытаюсь убедить себя, что все делаю правильно. Быстрее медицинскую поддержку я сейчас не получу нигде, да и деньги содрать с этого мерзкого человека будет совсем не лишним, но от ощущения неудобоваримости ситуации подташнивает…

Хочется, чтобы пришел кто–то большой и сильный. Взял меня на ручки и раскатал гражданина Морозова Дамира Алексеевича к чертовой матери. Чтобы никакие связи отмазаться не помогли от наказания!

Но увы, увы…

–Может быть, вы подождете в коридоре? – Снимая обувь, срываюсь на своего обидчика. – Или мне ещё при вас раздеться?

–Дамир Алексеевич? – Бросает на него внимательный взгляд врач.

–Нет, – хмуро отвечает Морозов. – Я здесь постою.

Оскорблено ухожу за ширму. Какой отвратительный человек! Беспардонный! Видите ли, ему нужно все видеть самому!

Отдаю врачу свою карту беременной.

Она долго читает ее, перелистывая все последние записи из стационара.

–Значит, краевое предлежание и резус–конфликт. Это очень опасно. Вам категорически запрещены любые травмы и падения. Может закончится летальным исходом. Что же вы так неаккуратно дорогу переходите, мамочка?

Закусываю губы, чтобы не зарыдать.

Потому что мужики меня окружают… сволочи! Особенно сегодня. Видимо, вспышки на солнце!

–Ложитесь на кушетку, – расстилает врач одноразовую пеленку.

От страха за малыша я практически близка к обмороку. И пока узист надавливает мне на живот гель, настраивает аппарат, глубоко истерично дышу.

–Так, спокойнее, мамочка, – воркует женщина. – Вы в больнице. Что бы не случилось, мы поможем. Все будет хорошо…

–Пожалуйста, посмотрите уже… – прошу ее истерично.

Датчик касается живота.

Как это обычно бывает, несколько первых секунд врач нагнетающе и сосредоточенно молчит.

–Дышим животом, – поглаживает меня. – Не зажимаем ребёночка. Он все чувствует. Особенно ваш пульс за сто двадцать.

А какой он у меня ещё должен быть?

–Ну что там? – Не выдерживает Морозов.

Пауза затягивается.

–Все не плохо, – наконец, отвечает доктор. – Никаких внутренних травм и гематом я не вижу. Все показатели ребёнка в норме. Небольшая взвесь в околоплодных водах. Некритичная. Ну–ка…

Она нажимает какую–то кнопку, и кабинет неожиданно наполняется глухими стуками.

–Вот, и сердцебиение хорошее.

–Это чье? – Хрипло переспрашивает мой обидчик. – Ее?

–Малыша… – отвечает врач и выдает мне стопку салфеток. – Все, мамочка, девайтесь и успокаиваетесь. Ничего страшного не случилось.

Снова едва не плача, только теперь от облегчения, уползаю обратно за ширму.

–Вам очень повезло, что рядом оказался Дамир Алексеевич, – тихо говорит врач, отдавая мне в руки заключение. – Не каждый в наше время так будет беспокоиться за постороннего человека. Чаще всего, мимо пройдут. Будьте внимательны впредь. Не падайте. Зима – опасное для беременных время.

–Да, да, конечно, – киваю. – Спасибо вам большое.

–И лекарства не пропускайте.

–Да, да.

Накидывая на плечи кардиган, хромаю к выходу из кабинета. Ногу засунуть обратно в сапог даже боюсь пытаться. Чувствую, как она распухает. Связки всегда были моим слабым местом. Потому и каблуки я не ношу.

Попрощавшись с врачом, Дамир Алексеевич выходит следом.

–Дальше у нас травматолог, – сообщает он моей спине.

Оборачиваюсь, придерживаясь за спинки кресел.

–Вас здесь как–то слишком знают. Кланяются. Не находите? Часто привозите пострадавших?

–Нет… – абсолютно не ведясь на мою провокацию отвечает Дамир Алексеевич. – Я отвечаю здесь за кухню. Больные стационара едят блюда моего ресторана по себестоимости. Врачи тоже.

–Теперь все ясно, – фыркаю отмываете деньги под видом благотворительности.

–Вот… – достает Морозов из кармана свой телефон. – Я прошу у вас прощения, Настя. И не хочу продолжать конфликт. Очень рад, что с вами и ребёнком всё хорошо. Позвоните родственникам. Мужу… я буду готов обсудить с ними все денежные вопросы, если вам общение со мной приносит негативные эмоции.

Перевожу шокированный взгляд с телефона на мужчину и обратно.

Вот это, конечно, неожиданно. Просто двойной рандат с переобуванием в воздухе.

–У меня был очень сложный день. Сгорели склады. – Продолжает проникновенную речь Морозов. – Ушло несколько официантов к конкурентам. У меня был ещё десяток поводов подумать, что авария – это тоже спланированный эпизод. Впрочем, вам это должно быть совсем неинтересно… И никак меня не оправдывает…

Мне даже становится немного жалко этого мужчину. Действительно, бывают же такие дни. Просто стечение обстоятельств!

–Маслова! Маслова подошла?

Выглядывает из кабинета в конце коридора медсестра.

–Она здесь!

Дамир Алексеевич соображает лучше меня, что нужно ответить.

–Тогда, проходите быстрее пожалуйста, – распахивает девушка кабинет шире. – Второй раз приглашаем. А у нас очередь.

Под их кабинетом действительно сидит больше всего человек.

Пытаюсь приладить на носок бахилу.

Ну не идти же совсем босой по коридору.

Осмотрев мои страдания, Морозов вдруг совершает абсолютно странный поступок.

Он просто подхватывает меня на руки и доносит до кабинета.

Я только успеваю возмущено пискнуть. А ещё…. глотнуть воздуха с головокружительным запахом мужского одеколона, от которого меня к удивлению не тошнит.

–Вот. Маслова.

Ставит меня Морозов за порогом.

–На снимок сходить успели? – Спрашивает медсестра.

–Я в положении… – бормочу смущенно, потому что вся очередь с интересом разглядывает меня и Морозова.

Меня, наверное потому, что половая тряпка после мытья подъезда выглядит чище. А Дамира Алексеевича за его «новогодний костюм» с обложки «Форбс».

Особенно у молодых девушек такие взгляды, что можно смело ставить вероятность непорочных зачатий.

–Осторожно проходите, – сторонится к двери мед сестра.

Морозов помогает мне преодолеть последние пол метра до стола, за которым сидит сухой, маленький старичок.

–Нус…. – поправляет он очки, переставая вбивать одним пальцем по клавиатуре какой–то текст. – На что жалуетесь, девушка?

Смотрю на Морозова и повторяю придуманную им легенду.

–Переходила дорогу и поскользнулась.Этот мужчина остановился и довез меня до больницы.

–Очень интересно. Снимайте носок, давайте разбираться.