Глава 4 надежда умирает последней.

Сначала снаружи щёлкнула калитка. Спустя минуту раздался осторожный стук в дверь. Негромкий. Но вполне слышимый.

Я примеряла новое платье. Вертелась у зеркала — новая причёска была прекрасна! Мягкие локоны нежно спускались на плечи. Никакого землистого оттенка больше не было, волосы сияли, будто поцелованные солнцем. Очень красиво. Глаз не оторвать.

Повторный стук в дверь вывел меня из прострации и любования собой. За долгое время я впервые чувствовала: я живу! Я живая, и не всё ещё потеряно.

Выпорхнув в прихожую, я открыла дверь.

На пороге стоял Итан. С огромной охапкой цветов. Взгляд его лучился счастьем и чем-то новым, мне непонятным. Что-то неуловимо в нём переменилось. Но вот что?

— Добрый день, Аннэль. Ты выглядишь… — его взгляд, нежно, словно лаская, прошёлся по волосам, фигуре и спустился к ступням. — …обворожительно.

Я надела светлые, мягкие бархатные домашние сабо на маленьком каблуке. Обычно я хожу босиком… И почему-то именно на них Итан остановил свой взгляд, будто приклеился. Я перевела взор вниз, посмотрела на туфельки, убедилась, что всё более чем в порядке. Подняла голову — Итан всё ещё смотрел на мои ноги.

— Итан? Что-то не так?

— А?.. — мгновенно отмерев, поднял глаза, улыбнулся, вручил мне огроменный букет и добавил: — Ты изменилась, Аннэль.

— Да? — будто невзначай спросила я, но меня, конечно, очень интересовал его задумчивый взгляд на мои туфли. Неужели я чересчур вырядилась? Неуместно? Слишком нарочито? Надо как-то у него аккуратно выспросить, не подавая вида.

— Да, — очень уверенно проговорил он.

— А где Марта? — будто невзначай спросил он.

— Марта? А! Ну, она ведь работает. А ты хотел её повидать? Она должна скоро прийти. Сейчас скажу, во сколько.

Я хотела сходить в комнату — часы только в спальне. Но в спину мне понеслось:

— Аннэль. Не стоит. У меня часы с собой. И да. Я хотел поговорить с тобой наедине.

Я повернулась. Его вид был совсем иным, нежели раньше. Одет как всегда с иголочки: тёмно-синий костюм-тройка, белая рубашка, бабочка, платочек. Всё чин по чину. Но дело вовсе не в одежде. Итан всегда был элегантен. Изменился его взгляд. Он стал будто более… Как бы это сказать? Решительным что ли. Собранным, жёстким. Раньше я не замечала в его глазах жёсткости. Сейчас она была. Даже поза, разворот плеч, осанка, посадка головы. Это был Итан. Да. Но совсем не он.

— А ты… ты изменился, — и добавила: — Тоже.

— В лучшую сторону, надеюсь? — будто невесело спросил он.

— Я пока не поняла, — честно ответила и пригласила на кухню.

Все посиделки у нас были за столом. Разве что села я сейчас на своё любимое место. Итан расположился напротив, поставив на стол маленькую коробочку.

— Что там? — полюбопытствовала я.

— Открой, — как-то странно проговорил он.

Я взяла коробочку в руку. Развязала бархатную ленту. Думала, может, пирожное. Но никаких надписей. Ничего.

Открыла створки — внутри в коробке была ещё коробка, бархатная, золотого цвета.

— Сюрприз в сюрпризе? — подняла глаза на него.

Он смотрел серьёзно и даже не улыбался. Рот поджат, скулы напряжены.

— У тебя всё хорошо, Итан? — с тревогой спросила я, отставив коробочку в сторону. — Сделать тебе кофе или чай? А может, ты голоден? У меня есть картошка под сыром с запечённым мясом.

Я встала, думаю, надо накормить, а то вдруг он ещё не ел. И он схватил меня за руку.

— Аннэль. Присядь. Я не голоден. И да, чай буду, но позже.

Я села, но всё ещё немного волновалась.

— Что такое?

— Всё в порядке. Просто. Я… переживаю.

— Переживаешь? Почему? Что случилось?

— Пока ещё не случилось ничего, — как-то странно ответил он и пододвинул коробку мне поближе, намекая на подарок.

Я натянуто улыбнулась, взяла коробочку в руки. Она оказалась тёплой.

— Открывай, — будто подтолкнул к действию.

Я открыла. На тёмно-синем бархате внутренней части коробки сверкало кольцо. С аккуратным овальным камнем. И сияние было настолько сильным, что я могла заподозрить магию.

— Что это? Такая красота! Откуда у тебя такое? Это и есть твоя причина переживания? — не трогая кольца, я взяла в руки коробочку, повертела, рассматривая кольцо со всех ракурсов. — Слушай, светится, будто магическое!

— Оно и есть магическое, — авторитетно добавил он.

— Да? Вот это да!!! Чудо чудное!!! Можно я покажу Марте? Дождёмся её? Это реально событие! И что? Что ты с ним собрался делать? Выставишь на аукцион?

Дело в том, что я знала о том, чем занимается Итан. Слухи ходили. И это кольцо всё подтвердило. У него была компания по добыче бриллиантов, они добывали камни. Вероятно, даже где-то здесь. Раз он жил тут, а потом уехал — значит, месторождение опустело.

— Вы тут его нашли, да? — задала вопрос, аккуратно отставив коробку поближе к нему.

Он смотрел на меня как на двинутую. В глазах разрастался просто какой-то вселенский вопрос. Непонимание вкупе с шоком.

— Ты чего? Эй?! Ита-а-ан?! — я помахала перед его глазами.

Он поморгал.

— Налить чаю? Ты зависаешь, сегодня ты какой-то странный.

— Аннэль, ответь-ка мне на один вопрос.

— Да? Спрашивай, — я уже готовила чай, разливая по чашкам, и под нос бубнила: — «Где-то, вроде, к чаю у нас были печенья».

— Скажи, как ты думаешь, а когда мужчина дарит женщине кольцо с бриллиантом?

— Что за вопрос не к месту? — я даже рассмеялась. Вот шутник. — Ясно когда! Ты что, с луны упал. Когда делает предложение. И что дальше? Для чего тебе?

— А тогда скажи, что в твоей голове и как работает, если вот тебе сейчас преподнесли кольцо с бриллиантом, а ты так реагируешь, будто тебя привели на выставку удивительных вещиц, а не предложение руки и сердца делают? Мне бы пояснение.

Чайник выпал из моих рук. Покатился. Мысль проскочила: «Кажется, цел».

Я села. Ошарашенно уставилась на коробочку с кольцом. Теперь точно понятно — магическим! Затем на Итана. Снова на коробочку. На Итана. Рука мелко затряслась. Придвинула коробочку, достала кольцо…

Чёрт, где же Марта, когда она так нужна! Она должна уже быть дома! Полчаса как.

Кольцо сверкало, источая внутренний свет. Вокруг всё залило солнечными зайчиками. Я глянула на Итана. Он был напряжён. Смотрел за моей малейшей реакцией. Я снова на кольцо. На него. Жестом спросила: «Это что — мне?»

Он кивнул. Я повторила жест. Он, улыбаясь, кивнул снова.

— Я не поняла! — строго проговорила я. — Это что? Мне?!

Он смотрел неотрывно, но в третий раз кивнул.

— Мне!? Кольцо вот это? Вот это? Да? С этим камнем? Стоимостью как полгорода этого, да? — я прочертила рукой дугу. — Ты сейчас что — изощрённо издеваешься? — фальцетом пропищала я. — Я что — участница какого-то розыгрыша?

— Аннэль, — устало прервал мой словесный поток шока. — Что тебе не понятно? Я люблю тебя! Всей душой, понимаешь?! И давно! Я полюбил тебя сразу, как увидел на том балу. Ты была в синем платье. И да! Чёрт возьми, я делаю тебе предложение! Этот камень стоимостью как три таких города — я дарю тебе. Выходи за меня замуж!

Я открыла рот. Закрыла. Помолчала. Кольцо сияло, озаряя вокруг каким-то нереальным светом. Прокрутила его в руках. Положила в коробочку. Взгляд Итана потемнел, накалился. Губы поджались, но глаза продолжали смотреть с затаённой надеждой. Я узнала этот взгляд. Это чувство. Я так же надеялась, что то, что я узнала про Яромира, — была неправда, лишь сон. Просто сон.

— Итан, — единственное, что смогла выдавить из себя. — Я… мне очень-очень приятно. Я просто не нахожу слов. Это… это невероятно вообще…

Его лицо озарила улыбка. Ободрённый моими словами, он положил свою ладонь на мою и высказал:

— Я заберу тебя к себе. Я начал строить дом. Красивый. Как ты и хотела — он из белого камня. Сюрприз, подарок к свадьбе… Ты… я всё понимаю, может, я немного спешу, но… я вижу, как… я хочу как-то тебе помочь. У меня сердце разрывается. Ты думаешь, я не знаю, что Марта мне говорила неправду, что ты болеешь. Каждый раз. Болеешь. А потом выходила вся зареванная.

— Откуда?..

— Я… признаюсь, я хотел тебя видеть. Я не то чтобы следил, но… — понуро всё же признался, — хотя вру, следил. И я не жалею. Меня радует лишь одно: когда приносили цветы — ты всегда улыбалась! Цветы — это то, что тебя возрождает. Я прошу, не отказывайся. Подумай.

— Итан. Я… я правда очень к тебе хорошо отношусь, но пока слишком рано для новых отношений. Понимаешь? Я не готова. И мой ответ — прости.