Разведрилось.
Временами еще аукались заблудившиеся где-то выстрелы.
И хмурились пустыми окнами изъеденные оспой лики домов.
Улицы закипели людом. Кучками и в одиночку шаркали они по румяной, от чьей-то крови мостовой. Лица одних зеленели шипеньем, других — лучились радостью.
А вдоли рокотало:
...Вы жертво-ою пали в борьбе роковой
Любви беззаве-етной к наро-оду...
Слушает Ниловна, слушает и Кобячек, а думка грызет душу:
— Вот-те и чист купец... ни денег, ни яблок..