– Ну что ты? Я ненадолго, зато вернусь уже насовсем. – Высокий даже на корточках зеленокожий морф протягивает к мальчику руки в тонкой, почти незаметной чешуе. – Ведь мы с тобой уже об этом разговаривали.
Голос у него мягкий, успокаивающий, но от этого становится только тяжелее в груди. Мальчика раздирают с трудом сдерживаемые рыдания, он бросается к морфу, за ним, всего в нескольких шагах, застыла мать.
– Сергей… – Пальцы ее дрожат, глаза покраснели, но она сдерживается.
– Я не могу сейчас остаться, – говорит морф, с нежностью глядя на нее, – ты же знаешь.
– Но почему?! Я не хочу! – кричит мальчик. – Почему вам нельзя остаться на Земле? Кто такое придумал? Пап!
Отец, настоящий, такой сильный и красивый, выпрямляется во весь рост.
– Не знаю. Потому что завидуют? Или боятся? А может, просто не любят. Нелюбовь – страшная сила, но я очень надеюсь, что, когда ты вырастешь, мы сумеем ее победить!
Нет, пап, не победили. Но мы попробуем снова.