Весна была в разгаре, и внутренний двор, где я проводила занятия с детьми, утопал в зелени. Моя маленькая школа росла — теперь ко мне приходили не только дети из нашего дома, но и из соседних. Мы занимались чтением, письмом, арифметикой, а иногда я рассказывала им истории о далёких странах и удивительных открытиях.

Лидия, приехавшая в столицу вскоре после меня, поселилась в той же квартире. Она была постоянно занята — писала письма, встречалась с разными людьми, часто возвращалась домой поздно вечером, уставшая, но полная решимости.

— Ты не обязана этим заниматься, — сказала я однажды, когда она вернулась особенно измотанной. — Это мои проблемы, не твои.

— Не говори глупостей, — отмахнулась она, наливая себе чай. — Это не только твоя проблема. Это проблема всех женщин. И если мы сможем добиться для тебя справедливости, это будет маленькой победой для всех нас.

Вечерами, когда мы обе были дома, мы обсуждали прогресс в деле о разводе. Точнее, отсутствие такового.

— Система выстроена против женщин, — говорила Лидия с горечью. — Мужчина может развестись с женой, просто доказав её неверность. А женщине нужно доказать не только измену мужа, но и жестокое обращение, или оставление, или ещё что-то столь же серьёзное.

— Но разве недостаточно того, что Родерик запер меня в нежилом крыле, ограничил контакты, — возразила я.

— Это было в начале вашего брака, — вздохнула Лидия. — А потом, по твоим же словам, всё изменилось. Он стал внимательным, заботливым. Суд скажет, что он исправился, и нет оснований для развода.

— Но это было притворство! — воскликнула я. — Часть его плана мести!

— Докажи это, — пожала плечами Лидия. — У тебя есть только слова Виктории Дарлингтон, которая сама заинтересованная сторона, и твои собственные подозрения.

Я опустила голову. Она была права. Доказать истинные намерения Родерика было невозможно. А без этого мои шансы на развод были ничтожны.

— Не отчаивайся, — Лидия положила руку на мою. — Мы найдём выход. У нас есть друзья в высоких кругах.

Она не уточняла, кого имеет в виду, а я не спрашивала. Часть меня не хотела знать, какие рычаги она пытается задействовать. Я просто была благодарна за её помощь и поддержку.

Однажды утром, когда я готовилась к занятиям с детьми, Лидия вошла в комнату с загадочным видом.

— Сегодня никаких уроков, — объявила она. — У нас важная встреча.

— Какая встреча? — удивилась я. — С кем?

— Увидишь, — улыбнулась она. — Надень своё лучшее платье и будь готова через час.

Я подчинилась, хотя любопытство разбирало меня. Лучшим моим платьем было тёмно-синее, с простым, но элегантным кроем, которое Лидия купила мне вскоре после приезда в столицу. Я уложила волосы в простую причёску, надела скромные серьги — единственное украшение, которое осталось у меня после побега из поместья Бельмонт.

Ровно через час мы вышли из дома. Экипаж ждал нас на углу улицы — не роскошный, но добротный, с задёрнутыми шторами.

— Куда мы едем? — спросила я, когда мы тронулись.

— В одно кафе в центре города, — ответила Лидия. — Там нас ждёт человек, который может помочь с твоим делом.

— Кто это? — не унималась я.

— Терпение, — улыбнулась Лидия. — Скоро узнаешь.

Мы ехали около получаса, пока не остановились у небольшого, но изысканного кафе на одной из центральных улиц. Я никогда раньше здесь не была, но слышала об этом месте — оно славилось своими десертами и было популярно среди представителей высшего общества.

Странно, но сегодня кафе казалось пустым. Когда мы вошли, я увидела лишь одного посетителя — женщину в простом, но элегантном платье и шляпе с вуалью, сидевшую за дальним столиком.

Лидия уверенно направилась к ней, и я последовала за ней, всё ещё недоумевая, кто это может быть. Когда мы подошли ближе, женщина подняла голову, и я увидела её лицо.

Моё сердце пропустило удар. Это была королева.

Я замерла на месте, не зная, что делать. Лидия сделала глубокий реверанс, и я поспешно последовала её примеру, чувствуя, как краска заливает лицо.

— Ваше Величество, — произнесла Лидия. — Благодарю вас за эту встречу.

— Леди Бервик, — кивнула королева. — Леди Бельмонт.

Королева жестом пригласила нас сесть, и мы опустились на стулья напротив неё. Я была так ошеломлена, что не могла произнести ни слова.

— Не нервничайте, дорогая, — сказала королева, обращаясь ко мне. — Это неофициальная встреча. Здесь нет ни королевы, ни герцогини — только три женщины, обсуждающие важный вопрос.

Её голос был мягким, но в нём чувствовалась сила и решимость. Я немного расслабилась, хотя всё ещё не могла поверить, что сижу за одним столом с королевой.

— Леди Бервик рассказала мне вашу историю, — продолжила королева. — И мой сын, принц Альберт, тоже говорил о вас. Я нахожу вашу ситуацию… интересной.

Я бросила быстрый взгляд на Лидию. Она никогда не рассказывала о своих отношениях с принцем Альбертом, хотя в обществе ходили слухи об их близости.

— Ваше Величество, я… — начала я, но королева подняла руку, останавливая меня.

— Я знаю все детали, — сказала она. — Нет нужды повторять их. Меня интересует другое — что вы планируете делать после развода?

Вопрос застал меня врасплох. Я задумалась.

— Я хотела бы продолжить преподавать, — сказала я наконец. — Возможно, открыть школу для девочек из небогатых семей. Дать им образование, которое поможет им стать самостоятельными.

Королева кивнула, словно мой ответ подтвердил что-то, что она уже знала.

— Благородная цель, — сказала она. — И совпадающая с некоторыми моими собственными интересами.

Она отпила чай и посмотрела на меня оценивающим взглядом.

— Знаете ли вы, что положение женщин в нашем обществе — одна из тех вещей, которые я хотела бы изменить? — спросила она. — Но даже королева не всесильна. Есть традиции, законы, общественное мнение… Иногда приходится действовать тонко, через отдельные случаи, создавая прецеденты.

Я начинала понимать, к чему она клонит.

— Ваш случай мог бы стать таким прецедентом, — продолжила королева. — Женщина, добившаяся развода не из-за скандала или порочащих обстоятельств, а из-за несовместимости и желания самореализации. Это… необычно.

— Но возможно ли это? — спросила я. — Лидия говорит, что закон на стороне мужей.

— Закон — это не только буквы на бумаге, — улыбнулась королева. — Это ещё и люди, которые его применяют. А на людей можно влиять.

Она произнесла это так просто, словно речь шла о погоде, но я почувствовала силу, стоящую за её словами.

— Я не могу открыто вмешиваться в судебные дела, — продолжила она. — Но я могу… выразить интерес к определённым вопросам. И когда королева интересуется чем-то, люди обычно обращают на это внимание.

— Ваше Величество, я не знаю, как благодарить вас, — прошептала я.

— Не благодарите меня раньше времени, — сказала она. — Я ничего не обещаю. Но я буду наблюдать за вашим делом с интересом. И если вы действительно откроете школу после развода, я могла бы… рассмотреть возможность патронажа.

Мои глаза расширились от удивления. Королевский патронаж для школы? Это было больше, чем я могла мечтать.

— Это было бы огромной честью, Ваше Величество, — сказала я.

— Посмотрим, — улыбнулась она. — А теперь, я думаю, нам пора заканчивать эту встречу. У меня ещё много дел сегодня.

Мы с Лидией поднялись и сделали реверанс. Королева кивнула нам и поднялась сама.

— Леди Бервик, — сказала она, — мой сын передаёт вам свои наилучшие пожелания. Он надеется увидеть вас на следующей неделе на благотворительном вечере.

Лидия слегка покраснела, но сохранила невозмутимое выражение лица.

— Передайте его высочеству, что я буду рада видеть его, — ответила она.

Королева улыбнулась, кивнула нам ещё раз и вышла через заднюю дверь, где её, вероятно, ждал экипаж. Мы с Лидией остались стоять, всё ещё не веря в то, что произошло.

— Ты могла бы предупредить меня, — сказала я, когда мы вышли из кафе.

— И лишить тебя возможности быть естественной? — усмехнулась Лидия. — Нет, так было лучше. К тому же, я сама не была уверена, что она придёт. Это была идея Альберта.

— Ты действительно… близка с принцем? — осторожно спросила я.

Лидия посмотрела на меня с лёгкой улыбкой.

— Мы разделяем некоторые интересы, — сказала она уклончиво. — В том числе интерес к образованию женщин и изменению их положения в обществе. Остальное… не имеет значения.

Я не стала расспрашивать дальше. У каждого есть право на свои тайны.

В следующие несколько дней ничего не менялось. Я продолжала заниматься с детьми, Лидия — своими таинственными делами. Но через неделю после нашей встречи с королевой к нам пришёл мистер Милнер.

— У меня хорошие новости, — сказал он, устраиваясь в кресле в нашей гостиной. — Судья Фелпс, который ведёт ваше дело, внезапно проявил к нему особый интерес. Он назначил слушание на следующую неделю и дал понять, что склоняется к положительному решению.

— Судья Фелпс? — переспросила Лидия. — Но разве наше дело не было у судьи Гриффина?

— Было, — кивнул мистер Милнер. — Но вчера произошла неожиданная перестановка. Судья Гриффин внезапно взял отпуск по семейным обстоятельствам, и дело передали Фелпсу.

Мы с Лидией переглянулись. Это не могло быть совпадением.

— И что это значит для нас? — спросила я.

— Это значит, что у нас появился шанс, — ответил мистер Милнер. — Судья Фелпс известен своими… прогрессивными взглядами. Он один из немногих, кто считает, что женщины должны иметь больше прав в вопросах брака и развода.

— А что насчёт герцога Бельмонта? — спросила Лидия. — Он будет присутствовать на слушании?

— Его адвокат будет, — сказал мистер Милнер. — Сам герцог… маловероятно. Мне сообщили, что у него некоторые проблемы со здоровьем, затрудняющие передвижение.

Я почувствовала, как внутри шевельнулось непрошеное беспокойство. Что с ним случилось? Но тут же подавила это чувство, мысленно одёрнув себя. Какая разница? Его здоровье больше не моя забота.

— Но должен предупредить, — продолжил мистер Милнер, — они будут сопротивляться. Развод не в интересах герцога.

— Почему? — удивилась я. — Разве он не хочет избавиться от меня?

Мистер Милнер посмотрел на меня с лёгким удивлением.

— Насколько я понимаю, герцог Бельмонт категорически против развода, — сказал он. — Его адвокат ясно дал это понять. Они будут использовать все возможные аргументы, чтобы предотвратить его.

Это было неожиданно. Я думала, что Родерик будет рад разорвать наш брак, особенно после моего побега. Зачем ему удерживать женщину, которая не хочет быть с ним?

— В любом случае, — продолжил мистер Милнер, — нам нужно подготовиться к слушанию. Я составил список вопросов, на которые вам нужно будет ответить…