Солнце, просачиваясь сквозь огромные окна международного аэропорта города Ираклиона, окрашивало зал отлёта в тёплые золотистые тона. Филипп, утомлённый, сидел в жёстком пластиковом кресле, потягивая горячий кофе из бумажного стаканчика. Полдня они с Максом вчера провели в полицейском участке, давая показания о событиях в пещере, а потом до глубокой ночи сидели в таверне с Никосом, рассказывая в подробностях обо всём, что случилось.

Рядом с сонным видом сидел блогер, заткнув уши наушниками. До отлёта в Стамбул оставалось полчаса.

Писатель оглянулся, словно ожидая увидеть знакомого, пробирающегося сквозь толпу спешащих пассажиров. И точно, вдали замаячила высокая крепкая фигура в форме. Никос.

Полицейский, увидев писателя, ускорил шаг и, подойдя, пожал ему руку.

– Рад, что успел, – голос Смирнова прозвучал немного хрипло, но в нём чувствовалась искренняя теплота.

– А как же! Не мог же я с вами не попрощаться, – ответил грек, улыбаясь.

Они помолчали немного, глядя друг другу в глаза. За прошедший день, проведённый на Крите, мужчины стали больше, чем просто знакомые. Их связали события, которые каждый из них вряд ли теперь забудет.

– О! Никос! – Макс вскочил с места, снимая наушники. – Я знал, что ты придёшь нас проводить.

– Буду скучать по вам, ребята, – сказал Никос. – Особенно по нашим посиделкам в таверне, – он рассмеялся.

– Ой, не напоминай, – блогер закатил глаза, – от вашей ракии у меня до сих пор голова кружится.

– А я тебе говорить: не налегай! – хохотнул грек.

– Да, да! Но посидели суперски!

– Есть новости о Риццоли? – спросил Смирнов.

– Да, я успеть заскочить утром в участок. Нашли его останки в машине, но оказалось, тело не обгорело, как при подобных авариях, а истлело.

– Истлело? – переспросил Макс.

– Да. Такое ощущение, что тело подвергать разложению ещё до аварии.

– Но это невозможно, – возразил Филипп. – Прошло всего несколько минут с момента, как Риццоли сел в машину и съехал с обрыва.

– Возможно, – блогер ткнул писателя локтем в бок. – Жидкость из пирамиды. Помнишь?

– М-да. Похоже, с ним произошло то же самое, что и с Шутом.

– Может быть, – кивнул Никос, – наши специалисты ещё будут изучать этот вопрос. Но никакой пирамиды в машине нет.

– Как нет? – удивился Макс.

– Ничего похожего на артефакт.

Молодые люди переглянулись.

– А тот учёный, который был с нами в пещере?

– Его зовут Джулио Феранси, итальянец, профессор античной археологии. Он сказать, что Риццоли вынудить его отправиться на Крит.

– Похоже на правду. Старичок не очень-то радовался нахождению в пещере.

– Но он вернуть колоду Таро. Мы передать её правительству Италии.

– Хорошая новость, – сказал писатель, – карты, как-никак, имеют ценность для истории.

– Да. Мы связаться с полицией Милана, будем с ними работать дальше. Надо найти записи Риццоли.

– Те, что из Индии?

– Да. Если Риццоли восстановить их полностью, мы хотим об этом знать. Речь про историю Крита.

– Всё правильно.

– Пещеру будут исследовать?

– Конечно! Эксперты обнаружить Фестский диск там, где вы говорить, но он повреждён, уже не такой, как раньше. Будут решать, что делать.

Громкий женский голос объявил по-английски начало посадки на рейс до Стамбула.

– Нам пора, – сообщил писатель.

Они снова пожали друг другу руки.

– Пока, Никос. Надеюсь, мы ещё увидимся.

– Аntío41! Пока! Крит всегда ждать вас!

Писатель и Макс направились к выходу на посадку, оставив Никоса стоять в толпе.

Вздохнув, Филипп показал паспорт и посадочный билет сотруднику аэропорта и прошёл через турникет. Впереди его ждал полёт и возвращение домой.

Уже сидя в кресле самолёта и оставшись наедине со своими мыслями, писатель начал осознавать случившееся на Крите. Они с Максом узнали и почти воочию увидели историю, которую никто и никогда до них не видел. Они стали свидетелями исхода древней расы людей, их прибытия на Землю, расцвета и падения.

Закрыв глаза, Филипп только сейчас прочувствовал, насколько был потрясён, но в то же время полон невероятного восторга. Что бы это ни было: мифические атланты, предки шумеров или вообще неизвестная никому цивилизация, в любом случае, он прикоснулся к истории, к открытию, тысячелетиями таившемуся в недрах острова, и нашёл не просто пещеру, он нашёл окно в прошлое, тесно связанное с природой, с морем, с космосом, с людьми, чьи знания и технологии были настолько продвинутыми, что мы, современные люди, едва ли сможем их понять.

Самолёт взлетел. Писатель посмотрел в окно. Среди облаков, внизу, под крылом воздушного судна, блестело море. Бесконечное, загадочное, хранящее в своих глубинах ещё не одну тайну, а Крит был лишь осколком, последним напоминанием о величии ушедших веков.