– Правда? – воскликнул Макс.

– Да, скорее всего. У меня в коллекции есть несколько колод, но эта! Ничего подобного я не встречал!

– Я же говорил, говорил! – блогер потрепал Филиппа за плечо. Тот улыбнулся, но успокаивающим жестом дал понять: надо держать себя в руках. Макс кивнул, вздохнул и затих.

– А почему вы так уверены, что колода – одна из первых?

– Не одна из первых, а первая! – поправил писателя Оболенцев. – Это сразу заметно по рисункам лицевой стороны. Прежде всего, на этих картах нет нумерации. Если вы видели обычную колоду Таро, там всегда присутствует порядковый номер. Далее, на картинках отсутствуют названия персонажей, что тоже является обязательным атрибутом. Здесь мы видим только рисунки. И, наконец, так как карты впервые стали популярны в эпоху Возрождения, то все персонажи изображались в характерных нарядах того времени. Тут, опять-таки, мы видим более древние костюмы. Я бы сказал, что это Средневековье, четырнадцатое столетие.

– Но, вроде как, Таро появились только в пятнадцатом веке, – прокомментировал Макс.

– Всё верно. Происхождение карт обросло многочисленными легендами. Но, как считается на основе большинства современных исследований, они появились в Италии в начале пятнадцатого века. Самыми старыми из известных принято считать Таро Висконти – Сфорцы, сделанные в Милане и названные по имени заказчика. Они находятся сейчас в музеях, но большинство карт утеряно, к сожалению. Сохранившиеся фрагменты послужили прототипом современной колоды. Дошедшие до нас экземпляры представляют собой роскошные карты ручной работы, выполненные для аристократии. Однако мало кто знает, что наиболее раннее упоминание таро существует под названием «трионфи».

– Трионфи? – переспросил Филипп.

– Да.

– Никогда не слышал.

– Вот, об этом я и говорю. В одном источнике я как-то читал о колоде трионфи, изготовленной где-то между тысяча четыреста восемнадцатым и двадцать пятым годами. Она была заказана герцогом Миланским Филиппо Висконти, однако утеряна.

– Утеряна? – удивился Макс. – Я думал, что герцоги берегли подобные ценные реликвии в то время. Вряд ли они давали соседям поиграть в карты своими колодами.

– Нет, – покачал головой Филипп, вклинившись в рассказ Оболенцева, – здесь дело в другом. В Средние века в Европе часто случались эпидемии чумы. Италия не стала исключением. Люди погибали, уезжали, бросали свои дома со всеми ценностями, лишь бы спастись. А город оставался на разграбление мародёрам.

– Абсолютно верно, – согласился Яков Владимирович.

– Так вы думаете, это та самая пропавшая колода трионфи? – писатель взглянул на карты Таро в руках Оболенцева.

– Нет, не думаю. Скорее всего, эта колода создана ещё раньше. И вот почему, – коллекционер показал оборотную сторону одной из карт.

– Что? Не понимаю.

– Узор «рубашки», – уточнил Оболенцев.

– Он чем-то необычен?

– Именно! Как правило, в пятнадцатом веке колоды Таро делали в подарок влиятельным людям при дворе, поэтому частенько на обратной стороне изображали что-то невероятно красивое. Когда Таро начали использовать в гадании, на «рубашку» помещали разного рода изотерические символы, типа пентакля.

– А здесь…

– Здесь просто геометрические линии.

– И о чём это говорит?

– Колода сделана не для игры, не для гадания и не в подарок. У неё какое-то другое предназначение.