Глава 6

Три недели после ухода Романа я живу как зомби. Встаю, еду на работу, провожу совещания, подписываю счета. Возвращаюсь домой, падаю в кровать, смотрю в потолок. Иногда засыпаю.

Звонков от Кати нет. Она заблокировала меня во всех мессенджерах. Мама звонит каждый день, но я сбрасываю. Не потому что злюсь. Просто не могу слышать её голос, в котором сквозит: «А я же тебе говорила, надо было терпеть».

Подруги разделились на два лагеря. Одни молчат, делают вид, что ничего не случилось. Другие осторожно намекают: может, зря ты так с Романом? Он хороший, его любят, а ты останешься одна.Все мужики гуляют, нужно уметь прощать.

Роман тем временем не сидит сложа руки. Я знаю от Ильи, что он встречается с нашими партнёрами, пьёт с ними кофе, обедает. Рассказывает свою версию, как жестокая жена вышвырнула его на улицу после двадцати двух лет брака. Неблагодарная,холодная, расчётливая, бездушная… не захотела простить ему маленькую слабость.

И ему верят. Потому что он красивый, элегантный, умеет смотреть в глаза и говорить искренне. Идеальному мужчине не повезло с женой стервой. Я всегда была стервой для тех, кто не знает меня по-настоящему.

Сегодня медицинская выставка в «Крокусе». Я могла послать заместителя, но решила ехать сама. Потому что прятаться — не мой стиль. Пусть видят: я жива, я работаю, я никуда не исчезла.

Одеваюсь тщательно. Красное платье — в котором я чувствую себя королевой. Волосы распускаю, делаю яркий макияж. Туфли на высоких каблуках. Пусть видят. Пусть знают.

В «Крокусе» привычная суета. Стенды, баннеры, люди в белых халатах и деловых костюмах. Пахнет кофе и медициной. Я хожу между рядами, киваю знакомым, улыбаюсь партнёрам. Чувствую на себе взгляды. Кто-то смотрит с сочувствием, кто-то с любопытством, кто-то с осуждением.

Останавливаюсь у стенда с новым оборудованием. Слушаю менеджера, но не слышу. Мысли далеко от этого зала. Думаю о Кате. Она скоро приедет в Москву. Поверит ли дочь мне или опять выберет отца.

— Ира.

Голос знакомый до боли.

Поворачиваюсь. Глеб Кораблёв стоит в двух шагах. Высокий, подтянутый, в идеально сидящем костюме. Седые виски, умные глаза, лёгкая улыбка. Красивый. Очень красивый. Дорогой. Успешный. Чужой.

— Глеб, — говорю виновато. Я прокатила его со встречей. — Сколько лет…

— Двадцать пять, если быть точным, — улыбается он. — Могло быть меньше, если бы ты пришла в кафе.

Объясняю честно:

— Прости, но я не могла.

— Я без претензий. Красивым женщинам прощается всё,— он проходит взглядом по моей фигуре. —Ты прекрасно выглядишь, Ира. Время тебя не трогает.

— Время трогает всех, — отвечаю, борясь с внутренней дрожью. — Просто некоторые умеют держать удар.

Он смотрит внимательно. В его глазах не жалость, которую я видела у других. Не осуждение. Не любопытство. Живой, настоящий интерес. Я для него не жертва обстоятельств, а человек, с которым стоит общаться.

— Слышал про твои дела, — произносит с улыбкой. — Соболезновать не буду. Ты сильная. Ты справишься. Я лучше предложу дело.

Усмехаюсь. Дело. Все хотят предложить мне дело. Никто не хочет спросить железную Иру, как я себя чувствую.

— Что именно? — спрашиваю скорее из вежливости.

— Объединяйся со мной, — говорит он просто. — Мои диагностические центры, твои клиники. Полный цикл: диагностика — лечение — реабилитация. Это рынок миллиардов. Вместе мы порвём всех.

Я смотрю на него. Умный. Красивый. Успешный. Богатый и совершенно серьёзный. Зачем я ему?

— Ты предлагаешь мне партнёрство? — переспрашиваю на всякий случай.

— Я предлагаю тебе будущее, — отвечает он. — А партнёрство приложится.

Молчу. Перевариваю. Двадцать пять лет назад я выбрала Романа, потому что он был стабильным, понятным, надёжным. Потому что Глеб был слишком дерзким, слишком рисковым, слишком бедным. Я испугалась. Я выбрала безопасность.

А безопасность оказалась обманом.

— Глеб, ты серьёзно? Сейчас, когда у меня куча проблем, когда все обсуждают мой развод, когда репутация трещит по швам...

— Именно сейчас, — перебивает, нахмурив лоб. — Когда у тебя куча проблем. Покажешь всем, что не выживаешь, а становишься сильнее. Лучший ответ тем, кто тебя осуждает.

Смотрю на него и вижу то, чего не замечала раньше. В нём нет той показной идеальности, которой так славится Роман. Он другой. В серых глазах — глубина, которой у Романа никогда не было.

Спрашиваю прямо:

— Зачем тебе связываться с женщиной, у которой куча проблем?

Он усмехается. Подходит ближе. Останавливается в полуметре. Смотрит в глаза.

— Ира, я двадцать пять лет строил бизнес, развивался, становился лучше. Сначала хотел доказать, что ты не того выбрала. Потом втянулся. Даже успел пару раз жениться. Но не сложилось. Почему не помочь той, что своим отказом сделала меня сильным? Вдруг это наш второй шанс?

У меня перехватывает дыхание. Я смотрю на него и не могу поверить.

— Глеб, ты с ума сошёл. Я не та девушка, которую ты знал. Я другая. Я жёсткая, холодная, расчётливая. Роман называет меня льдом.

— Роман — дурак, — Глеб пожимает. — Я помню тебя другой. И знаю, что та Ира никуда не делась. Она ждёт, когда её кто-то согреет. Поверь, я сумею.

Молчу. В горле ком. Не плачу — я разучилась плакать за эти три недели. Роман слишком самовлюблённый, а Глеб слишком самоуверенный. Пока они для меня равноценны. Но комплименты приятны, хоть знаю, что за ними может скрываться ложь.

— Глеб, я не готова, — говорю честно. — Я не готова к отношениям, к чувствам, к чему-то новому. У меня внутри пустота.

— Я не тороплю, — отвечает с улыбкой. Уверена, он знал каким будет ответ. — Я предлагаю бизнес. Начнём с бизнеса. А там посмотрим. Время у нас есть.

Рядом с ним не нужно играть, не нужно притворяться, не нужно доказывать, что ты сильная. Он и так это знает. Что я теряю? Ничего, а приобрести могу многое.

— Хорошо, — соглашаюсь. — Давай обсудим. Когда и где?

— Завтра, в моём офисе, — отвечает он. — Пришлю адрес. И, Ира...

— Что?

— Ты сегодня потрясающе выглядишь. Красный — твой цвет. Всегда был твоим.

Он улыбается, кивает и уходит. Я смотрю ему вслед. Широкая спина, уверенная походка, дорогой костюм. Мужчина, которого тоже можно назвать идеальным, но я устала от идеалов.

— Глеб, — бормочу под нос. — Глеб Кораблёв.