С появлением Дрога и Фадии в родовом поместье, мой привычный быт снова несколько изменился. И надо сразу сказать, что они оба быстро влились в ряды слуг. Разумеется, после принесения всех необходимых магических клятв.

Фадия практически стала моим главным помощником, секретарём и личным целителем, пусть и начинающим, как она сама заявляла. Вдобавок она многое знала о теории магии, что не могло не радовать. Порой бывало полезно услышать чужое мнение со стороны.

Дрог же стал моим постоянным спарринг-партнёром. С Деймоном, конечно, было интересно спарринговаться, но за время пребывания в поместье, я хорошо заучил все его движения и мог предсказывать их. К тому же эти тренировки больше помогали мне отвлечься, но не приносили большой пользы для мастерства владения мечом.

Деймон в наших боях сражался как мой отец, не используя какие-нибудь замысловатые движения или техники меча. Всё сводилось к скорости и реакции, а мне на данном этапе развития это не совсем подходило.

Тем более он не был моим отцом, а значит, и напрягаться на грани возможного, действительно, не приходилось. Так ещё и сам Деймон, увы, неосознанно сдерживался со мной и это мы всё никак не могли исправить.

Можно сказать, из-за всего этого я застопорился в своём развитии, но появление валарийца помогло решить эту проблему. Не просто так мы с ним без остановки тренировались во дворе, где я медитировал.

Ещё во время нашего первого тренировочного боя я заметил, что Валариец двигается иначе, чем все ранее встречавшиеся мне противники. Во время сражения он ступал мягко, почти бесшумно, будто не шёл по земле, а скользил по ней, словно вода по гладкому камню.

В его движениях не было резкости, суеты или лишнего напряжения. Каждый шаг плавно перетекал в следующий, каждый разворот продолжал предыдущий, а взмахи мечом напоминали течение реки: спокойное на первый взгляд, но способное в одно мгновение снести всё на своём пути. Сразу было видно, что его обучали этому стилю с детства и, возможно, совершенствовали последний много поколений.

При этом данный стиль мне напоминал тот, что описывался в одном древнем трактате, написанным неизвестным мечником с востока, из мест, где сейчас стоит Валария. Его я как-то обнаружил в библиотеке семьи.

В целом, автор того трактата практически все сравнения сводил к горячему песку и текущей воде, рассказывая, как в пустыне одно всегда идёт бок о бок с другим. Но сам трактат оказался очень уж интересно написан, даже несмотря на тяжёлые и не всегда понятные обороты речи… Впрочем, ладно.

Увидев, на что способен Дрог, после нашего первого же спарринга я попросил обучить меня его технике боя. Правда, не учёл, что обучение окажется куда сложнее, чем я предполагал.

— Слишком резко! — сказал Дрог, заблокировав мой удар своим мечом. — Ты как зверь пытаться продавить защиту! Надо свободней! Мягче!

С этими же словами он отскочил назад, и в тот же момент рывком сократил дистанцию между нами, зайдя мне за спину.

Рефлексы, наработанные за множество боёв с отцом, сработали мгновенно. Я шагнул назад, приняв стойку, после чего так же подставил клинок под удар.

— Теперь лучше, — довольным голосом произнёс Валариец, после чего закрыл глаза и убрал меч в ножны. — Нужен перерыв. Иначе опыт не закрепится. Твоё мастерство быстро возрастать. Это хорошо.

— До плавности твоих движений мне пока что далеко, — хмыкнул я в ответ, после чего сел рядом с прудом, взял в руки флягу с холодной водой и освежился. — За ними непросто уследить глазами. Одни рефлексы спасают.

— У тебя другой… как это сказать правильно… — Валариец пару раз щёлкнул пальцами. — Вспомнил. Фундамент. Ты привык сражаться как тигр. Ты наседать постоянно на силу. Я, наоборот, сражаться как барханный кот.

— Я что-то сравнения не уловил… — посмотрел я на своего товарища. — Тигр — он ведь тоже из семейства кошачьих. А барханный кот это что за зверь такой?

— Хм-м… — задумчиво промычал валариец. — Он как тигр, только маленький и опасный. Скрытный, но быстрый и прыткий. Такой полагаться не на сила, а на скорость и ловкость.

— Сравнение больше подходит наёмным убийцам, — как есть озвучил я свои мысли.

— В Валарии много таких, — как ни странно, подтвердил мои слова Дрог, даже не думая смущаться по этому поводу. — Мы не истреблять монстров. Мы охотиться на них. Движения должны быть мягкими и быстрыми, чтобы монстр ничего не заметить. Один удар — одна смерть.

— А как же запахи и колебания маны? — приподнял я бровь, поскольку скептически отнесся к словам товарища.

— Запах можно скрыть. Колебания маны тоже, — спокойно ответил Дрог, после чего подошёл к пруду и присел рядом. — Нас, валарийцев, с детства учат не идти против мира. Мана должна быть спокойна. Мана должна течь по энергетическим каналам как спокойная река. Даже когда ты её применять. Течь как вода по каналам, если тебе так проще понять.

— Похожие слова я не так давно читал в одном трактате, написанном жителем востока. Не удивлюсь, если это выражение пошло из тех мест, где он жил, — я поднял взгляд в небо и спросил: — И всё же, что значит течь как вода?

— Вода не бороться с камнем. Она обтекать его, — Дрог поднял с земли небольшой камешек и бросил его в пруд. По воде пошли круги. — Меч такой же, как и его движений. Если ты встретить силу силой, побеждать тот, кто сильнее. Если ты течь вокруг силы, побеждать тот, кто умнее. Такова мудрость предков.

— Звучит красиво, — усмехнулся я. — Но в реальном бою не всегда есть время «обтекать» удары. Иногда нужно просто встретить удар врага лицом к лицу. Если приводить аналогию, враг не всегда даст тебе время на то, чтобы камень превратился в песок. Иногда достаточно одного хорошего удара, чтобы от камня не осталось и следа.

— Согласен, — не стал спорить Дрог. — Камень можно разрушить другими способами. Но я говорить о своём стиле боя. Наши предки учили, что меч — он как вода. Вода меняет форму. Блок, шаг, удар, разворот — всё должно быть одним течением. Это… мне тяжело объяснить словами. Лучше наглядно показать.

Он поднялся на ноги и медленно вытащил меч из ножен. Следом он шагнул вперёд, принял стойку и плавно повернул корпус, описав в воздухе широкую дугу. Движение выглядело совсем медленным и тягучим. Только будь это настоящий бой и окажись я рядом с валарийцем, то мигом бы лишился головы.

— Ты сейчас рубишь, потом думаешь, потом снова рубишь, — сказал он, не прекращая движения. — В такие моменты ты останавливаться. Между твоими ударами появляться пустота. В этой пустоте враг может жить. В этой пустоте враг может тебя убить.

— А у тебя этой пустоты нет? — с интересом в голосе спросил я.

— Я стараюсь, чтобы не было. Для этого нужно отбросить все мысли и освободить разум. Это трудно. Не каждый воин на такой способен, — Дрог остановился и снова бросил взгляд на пруд. — Стоячая вода превращаться в болото, ибо без течения нет развития. Истинный воин должен всегда оставаться в движении. Лишь тогда, отбросив мысли, он слиться в едином танце с мечом. Эти слова высек на камне первый император Валарии. Я не дословно переводить… но думаю, смысл нашей философии ты уловить.

Я невольно задумался над его словами.

Отец учил меня скорости, реакции и силе. Он учил меня в любой ситуации адаптироваться к противнику, какой бы стиль он ни использовал. Изучить его атаки, поведение, после чего нанести один стремительный удар и закончить схватку. В этом плане я и впрямь полагался на силу и скорость.

Однако стиль Дрога был другим. Он не столько адаптировался к стилю противника, сколько выискивал щели в его защите, вынуждая того раз за разом допускать новые ошибки.

Это я заметил по себе, когда во время наших первых схваток, в процессе боя у меня накапливалась пара десяток мелких ран. Несмертельных, само собой, но из-за их количества, в процессе боя мои движения становились медленнее.

Можно сказать, мы оба выматывали противника, чтобы нанести смертельный удар, но каждый по-своему. Если я всегда использовал фактор внезапности, нанося удар в самый неожиданный момент, то Дрог выжидал момент, когда его противник достаточно ослабнет. Подходы разные, а результат один.

— Значит, ты предлагаешь мне перестать думать в бою, поддаться рефлексам, и при этом полагаться не на силу, а на движения? — спросил я, поднявшись на ноги.

— Нет, — Дрог покачал головой. — Давить ты умеешь хорошо. Это твой сила. Нельзя бросать свой силу. Нужно добавить к ней течение. Тогда ты стать опаснее.

— То есть не заменить фундамент, а расширить его?

— Да, — Валариец довольно кивнул. — Тигр, который научиться двигаться как вода, страшнее барханного кота. Но пока ты просто тигр, который пытается не утонуть в вода.

— Звучит обидно, — весело рассмеялся я, оценив шутку.

— Зато честно! — невозмутимо ответил Дрог и снова поднял меч. — Давай ещё раз. Медленно. Не бей по моему клинку. Коснись его и позволь своему мечу соскользнуть. Как ручей вокруг камня.

— Другими словами, парируй, — кивнул я, после чего положил ладонь на рукоять. — И если не получится?

— Я ранить твоё плечо, делать больно, а моя сестра потом тебя лечить.

— Что ж, достойная мотивация не попасть под удар, — улыбнулся я, одновременно с этим вынимая меч из ножен. — Только не вздумай расслабляться, иначе прибавится парочка шрамов на теле. Тем более что ты не хочешь их убирать исцеляющей магией.

— Шрамы украшать мужчину и делать его привлекательней для женщин! — с важным видом воскликнул валариец. — Чистое тело редко означать, что человек не попадать под удар. Даже лучший может ошибиться. Шрамы знак, что воин прожил бой.

— Спорить не буду. Перерыв окончен. Продолжаем.

— Продолжаем, — уверенно кивнул в ответ Валариец, так же подняв меч и встав в стойку.

На этот раз я не стал сразу вкладывать силу в руки. Вместо этого попытался почувствовать вес клинка, собственное дыхание и то, как ступни касаются земли.

Первый шаг. Второй. Плавный разворот корпуса.

Дрог встретил мой удар без усилия. Его меч коснулся моего, но не остановил его, а словно направил в сторону.

Я едва не потерял равновесие, но успел переставить ногу, вернуть стойку и контратаковать. Правда, лезвие всё равно прошло в считаных сантиметрах мимо тела валарийца.

— Уже лучше, — сказал он. — Уже не болото.

— Такой похвалы меня ещё никто не удостаивал, — сказал я и снова занял боевую стойку.

— До реки ещё далеко.

— А до моря? — Дрог на мгновение замер, чем я и воспользовался, бросившись на него вперёд.

— Хитрый тигр! — осклабился Валариец, в последний момент увернувшись от моего выпада. Однако я в считаные мгновения вновь оказался рядом с ним, занося меч для следующего удара.

— Будет тебе напоминанием, что нельзя расслабляться, — ответил я, поливая парня градом бесконечных ударов мечом и не давая ему разорвать дистанцию. — Враг может двигаться и заговаривать противнику зубы.

— Или это часть плана противника, — ответил Дрог и хитрым движением руки бросил мне пыль в глаза. Причём, видимо, ту, что незаметно собрал в руку, когда мы сидели у пруда и разговаривали между собой.

Из-за этого глаза начали жечься и слезиться, а веки норовили закрыться. Однако избавиться от раздражителя прямо во время боя было бы непозволительной роскошью.

Боль и раздражение разожгли во мне ещё больший азарт победить. Поэтому я даже не думал останавливаться, преследуя противника своими ударами.

— И это я ещё хитрый тигр? — теперь на моём лице появился хищный осклаб. — Против меня такие фокусы не сработают. Так что держись теперь.

— Вы оба те ещё хитрецы, — голос Фадии заставил нас двоих резко прервать бой. — Вы уже несколько часов непрерывно тренируетесь. Пора ужинать. И залечить раны, — смерив нас двоих взглядом, добавила сестра Дрога.

— Само пройти, — отмахнулся рукой мой товарищ.

— Не пройдёт, Дрог. Попытаешься сбежать — скажу Деймону, что ты не следишь за своим здоровьем, — последнее предложение прозвучало как самая настоящая угроза.

— А может, не надо? — таким напряжённым валарийца я давно не видел.

— Если не будешь упрямиться, то не скажу, — улыбнулась Фадия, после чего перевела взгляд на меня. — Ваше Сиятельство, курьер доставил конверт с приглашением в клуб «Алая Королева». Судя по добытой мной информации, там будет находиться не меньше двух сотен молодых аристократов. В том числе тех, кто учится с вами в Академии.

Я, конечно, говорил Фадии, что со мной не на публике можно обращаться на «ты», но она всё равно предпочитала обращаться ко мне на «вы». Причём объяснила оно такое решение железобетонным аргументом: «Мне хотелось бы разделять работу и личные отношения».

В этом вопросе я не мог с ней не согласиться. Дружба не должна касаться деловых вопросов, так что формальная речь тут была к месту.

— Многовато, конечно, народу для закрытого клуба, — сложил я руки на груди и добавил: — Хорошо, позже займусь этим вопросом. Мне ещё понадобится помощь с выбором одежды, парфюма, автомобиля и других вещей.

— Будет сделано, молодой господина, — слегка поклонилась Фадия. — А теперь прошу вас также пройти со мной в лазарет. Как ваш личный целитель, я обязана следить за вашим здоровьем.

— Хорошо, — в отличие от Дрога, я не стал спорить с девушкой.

Всё-таки какими бы пустяковыми ни казались раны, любая из них могла привести к не самым приятным последствиям. Так что лучше уж перестраховаться.

А ещё надо будет как следует обдумать наш с Дрогом разговор и сам бой. У меня в голове уже родилась парочка новых идей, которые нужно проверить. Тогда я не просто смогу повторить его движения, но разработать свой неповторимый стиль боя, связанный с рунной магией. Не зря же я получил эту Систему и изучаю наследие моего предка — надо все использовать, что есть на руках.

Но это пока что всё гипотезы и слова. Нужно всё проверить и закрепить практикой, прежде чем делать точные выводы. Пожалуй, этим и займусь в ближайшие дни. Благо время на тренировки пока есть.

* * *

Следующие дни я провёл в довольно странном режиме.

С одной стороны, ничего необычного в моём распорядке не появилось. Тренировки с Дрогом, работа с рунами, чтение найденных трактатов, отчёты от слуг и написанием очередной статьи для Вестника.

Последнее, к слову, тоже шло мне на пользу, поскольку я расписывал, как маг воды может улучшить свои навыки за счёт понимания стихии и её процессов. Ну и заодно выдвинул несколько гипотез по созданию новых вариаций магических контуров, о которых вычитал в древних трактатах.

Они нуждались в проверке, но для Вестника такой информации более чем хватало. От меня ведь не требовали каждый месяц делать абсолютно новые открытия.

Хотя то, что я второй раз подряд беру в качестве главной темы атрибут льда, может вызвать парочку вопросов у руководства Вестника. Всё-таки новая тема чем-то схожа со старой, а читатели подобное не любят.

Ничего предъявлять на этот счёт он не станет, но лучше, конечно, писать о разном. В конце концов, изучение разных тем вопроса помогает обрести новые знания, которые никогда не знаешь, где могут пригодиться.

В остальном, моё времяпровождение больше напоминало жизнь наследника, который почему-то решил, что лучший отдых — это труд и тренировки. Хотя сомневаюсь, что Алиса, Винсент или Виолетта ничего не делают и отдыхают где-то в тёплых странах, на море.

Все мы хотим стать сильнее, а значит, никто не станет давать себе послаблений. Впрочем, это уже детали.

После разговора с Дрогом меня всё никак не отпускала мысль о воде. Ну или точнее о том, как она связана с техникой боя.

Если я, действительно, хотел глубже понять истинное слово «Вода», то одних медитаций у пруда и боевых тренировок было недостаточно.

Да, с каждым новым спаррингом я всё лучше чувствовал свою связь с водой. Я представлял, как мой меч течёт подобно реке, огибая преграды, что в итоге принесло свои плоды. Дрог оставлял на мне всё меньше и меньше ран, несмотря на то, что в чистой скорости он меня превосходил.

Только на само понимание стихии это мало как влияло. Скорее уж, я во время их улучшал фехтовальные навыки. Это не могло не радовать, но я так-то должен развивать оба направления, если хочу полностью овладеть наследием предка.

Я долго размышлял, как можно решить эту проблему, и пришёл к простому выводу. Мне требовалась постоянная практика, в том числе в повседневной жизни.

Что это значило? То, что теперь я должен был двигаться как в бою. Плавно, размеренно, без лишних мыслей и пустых телодвижений.

Как обычно это бывает, на практике оно оказалось куда сложнее, чем я себе это представлял.

Звучало в целом нетрудно, учитывая, сколько времени в день я посвящал физическим тренировкам. На деле же сражаться с десятком наг одновременно в ближнем бою было бы легче.

При первых же попытках двигаться как вода, я подметил очень неприятную деталь. Я привык двигаться иначе. Быстро, резко и сильно не заморачиваясь.

Например, если мне хотелось съесть тортик, то я без раздумий садился за стол, брал вилку, затем тарелку с десертом и после с удовольствием его ел. Теперь же обычная трапеза превращалась в целый ритуал или даже бой, тут с какой стороны посмотреть.

Прежде чем сесть за стол, я на несколько шагов вперёд рассчитывал, что и как буду делать. Какой рукой и в какой момент возьму вилку, как одновременно со столовым прибором подниму блюдце, за сколько движений я его съем…

Можно сказать, в последние несколько дней я без остановки пребывал в состоянии «боевого намерения».

На первый взгляд казалось, что одно никак не связано с другим. Однако именно понимания того, как я двигаюсь, мне не хватало для нужного толчка.

— Ничего себе… — воскликнул Валариец после того, как я парировал его меч и пнул ногой в торс. От последнего удара он чуть не упал на землю, но прямо в полёте изменил траекторию и приземлившись, сразу встал в стойку. — Хороший удар. Боль… нет, не так… как это слово… болезненный!

— А нечего зевать во время боя, — усмехнулся я, вновь принимая боевую стойку. — За корпусом надо тоже следить. Иначе противник тебя подловит.

— Не успеть, — пожал плечами мой друг. — Ты двигаться быстрее прежнего. Ты понять меня и добавить текучесть. Пока слабый текучесть, совсем маленький. Как ручеёк, который вот-вот высохнуть. Но ты начать понимать. Не только меч должен течь. Тело тоже должен течь.

— За это я должен сказать тебе спасибо, — благодарно кивнул я, поскольку Дрог очень сильно помог. — Ты дал отличный совет.

— Ты… ты делишься со мной опытом. Я делюсь с тобой опытом, — невозмутимо ответил он и с интересом спросил: — Я ведь правильно расставил окончания?

— Правильно, — улыбнулся я. — Будешь чаще разговаривать на амрательском и никто не поймёт, что ты из Валарии. Ну разве что если не станут смотреть на твоё лицо и кожу.

— Я просто скажу, что загорелый, — рассмеялся Дрог, а я вместе с ним.

Происходящие со мной изменения заметил не только валариец. Мои слуги тоже стали это подмечать, правда, по-своему. Они почему-то считали, что я целыми днями хожу хмурым, напряжённым, и вообще странно себя веду. Хотя последнее замечание было справедливым с их стороны.

Всё-таки когда молодой господин, выходя из столовой, около минуты пытается «правильно» коснуться дверной ручки, чтобы почувствовать метафорическую текучесть, то со стороны это выглядит очень подозрительно.

Не хочу представлять, что при этом они могли доложить отцу…

Мне хотелось подольше оставаться в поместье, чтобы закрепить результат. Тем более что Дрог был мечником и очень неплохим спарринг-партнёром.

Как назло, наш счёт побед свёлся к ничьей. И это несмотря на новоприобретённые навыки. Хотя чему тут удивляться? Валариец так-то тоже перенимал мой опыт сражений и становился сильнее.

Теперь интересно, когда в следующий раз нам доведётся сразиться вместе, чьё мастерство меча окажется сильнее. Правда, чувствую, раньше весны узнать у нас не получится.

— Молодой господин, примерьте этот пиджак, — голос Фадии вырвал меня из мыслей. — Синий цвет вам идёт, а сам пиджак будет подчёркивать вашу утончённость и статус. Нити изготовлены из паутины арахны, а в качестве красителя была использована пыльца лунных бабочек.

— Выглядит неплохо, — сказал я, забрав пиджак из рук девушки и примерив на себя. — И сидит хорошо, не стесняет движений. Пусть будет этот.

— Отлично. Автомобиль так же заказан. Рейс запланирован через шесть часов. Выезд через три.

— Хорошо, — кивнул я и добавил: — Спасибо за твою работу.

— Благодарю, молодой господин, — кивнула Фадия, после чего поспешила откланяться, чтобы заняться другими, не менее важными делами.

Повезло хоть, что поход в клуб «Алая Королева» был запланирован за день до открытия Академии. Причём в десять вечера, что весьма удобно. Клуб закрывался примерно в пять-шесть утра, а значит, у меня более чем хватало времени, чтобы добраться до учебного заведения и не упустить ни капли веселья.

За этими мыслями я коротал время. Затем меня ждала поездка в аэропорт, частный рейс, после которого я наконец-то оказался в столице. На улице по-прежнему стояла зима и лежал снег, но зато солнце приятно освещала округу, поднимая настроение.

— Рад видеть тебя в добром здравии, Энкрид, — выйдя из аэропорта и обернувшись на знакомый голос, я увидел Лоркана.

Вот уж не думал, что он решит встретить меня лично, со своим-то плотным графиком. Но брата я, действительно, рад был видеть.