Янина

Слабо улыбалась в ответ на рассказ Феликса. Сидя на станции мы ожидали, когда прибудет нужный нам поезд. Глаза слезились. Но так будет лучше. Всем лучше.

Переболит и пройдёт. И останется теплым печальным воспоминанием. Навсегда.

— Ты не слушаешь, — отвлек голос фокусника.

— Прости.

— Ты можешь рассказать, что случилось. Я пойму.

Не думаю. Прости.

— И я всё ещё предлагаю тебе поехать со мной. Зачем тебе в приют?

Отрицательно помотала головой. Не хочу. Не моё это выступать. Сейчас не моё. Да и всё время до этого, выступления были лишь большим приключением. Возможностью быть не одной.

Как никак, пожалуй, одиночества я боялась. До пропажи. За три года успела привыкнуть быть одной. Самой что-то решать. И сейчас хотелось именно в приют. Домой.

— Ясно. Ладно ты права. За эти три года мы с тобой сильно изменились. Видимо мне стоит это признать, а не цепляться за прошлое, — опустив голову он рукой взлохматил волосы.

Делать больно другу не хотелось. Как никак он был рядом с самого детства. И всё ещё вызывал теплые чувства. Как старший брат.

— Прости, — сказала, слегка толкнув его в плечо.

— Ничего.

Теплая рука притянула к себе обнимая. Обняла в ответ с улыбкой выдыхая.

— Я доеду с тобой до приюта. А потом к своим. Надеюсь ты не будешь против, что старый друг раз другой заглянет к тебе в гости?

— Не буду.

Раздался гудок и к платформе, громко шумя, подъехал поезд. Двери открылись и оттуда вышла небольшая толпа.

— Пойдём, — встав, Феликс протянул руку.

Замерла рядом, в испуге поглядывая в сторону поезда. Не хочу. Но, взяв себя в руки, шагнула следом.

— Уезжать не попрощавшись, плохой тон, — раздался за спиной голос.

Обернувшись увидела Яра с красными глазами, помятого и с черными крыльями за спиной. Люди шарахнулись в стороны. А я, отпустив руку Феликса, шагнула к нему.

— Знаешь, кажется мы с тобой друг друга не поняли. Но для начала ответь, если предложу всю оставшуюся жизнь провести со мной, ты согласишься?

Замерла . Конечно соглашусь. Но ведь…

— Да или нет?

— Да, — выдохнула тут же оказываясь в знакомом кольце рук.

— Заметь сама согласилась. Обратного пути уже нет, — выдохнул Яр.

Улыбнулась, плотнее прижимаясь к нему и чувствуя быстро колотящееся сердце Яра.

— И с этого дня будем учиться говорить. Целиком, а не неясными недомолвками. И ты и я.

Согласно кивнула.

— Янина, поезд, — произнес за спиной Феликс.

— Сам езжай! — раздалось рычание Яра.

Быстро обернулась к Феликсу, чувствуя, как плотнее сжимают руки, не желая выпускать.

— Я не поеду. Прости, — виновато взглянула на друга.

— Я уже понял. Значит до встречи? — махнул он рукой с грустной улыбкой.

— До встречи.

Быстрым шагом он ушел к вагону, забравшись внутрь.

— Пойдем. Нам нужно поговорить, — потянул Яр в сторону города.

Крылья за его спиной уже исчезли. И только глаза всё ещё горели алым.

Сев за уличный столик одной из кофеен, вопросительно взглянула на Яра. Почему он вернулся и что вообще всё это значит. И что за ерунда всё таки произошла с той дурацкой легендой?

— Начну с начала. Я чувствую эмоции окружающих. И в тот вечер, когда ты ушла читать книгу я чётко ощутил твоё разочарование. А потом ты сказала, что хочешь уехать. Я решил что… Да к черту, решил, что ты любишь этого фокусника.

Но ведь всё было совсем наоборот! И уехать я хотела потому, что думала, что эта легенда не понравилась ему.

— А как же кабинет?

Спросила, вспоминая перевернутую вверх дном комнату. Разбросанные книги, упавшую вазу, бумаги на полу.

— Кабинет был разворочен ещё до моего прихода. Подозреваю в этом страшном преступлении кота с вороном, — улыбнулся Яр.

— Стой! А почему ты в кресле тогда сидел?

— Устал? Ладно, ладно, раз уж решили говорить начистоту, — приподнял он вверх руки. — Хотел сначала понять твою реакцию, а после отходил от этой же реакции.

Замолчала переваривая. Как сказал князь «Всё это дело – самая глупая случайность, которую только можно придумать».

— И что теперь? — спросила, поглядывая в принесенные официантом чашку кофе и тарелку с пирожным.

— Для начала перекусим, а после надо бы вернуться в поместье, успокоить князя.