Уже совсем стемнело. Воздух в долине был влажный и душный. Ренате трудно было идти по сырой дороге в мелких туфельках, в которые сыпались камешки. У дороги стояла статуя Богоматери, окруженная розовыми кустами. Рената остановилась здесь и вытрясла туфли. Ангелус заворчал.

- Что с тобой, глупый пес? - спросила Рената. Вдруг она увидела фигуру, неподвижно стоявшую на коленях у ног статуи. Рената сначала испугалась, потом сообразила, что, должно быть, это какая-нибудь набожная деревенская девушка, и подошла ближе. Услышав шаги позади себя, девушка обернулась, и Рената с удивлением узнала в ней горничную Кету.

- Что вы здесь делаете, Кета?

Кета пробормотала, что она ожидает своего жениха. Действительно, на темном небе вырисовывалась фигура приближавшегося мужчины.

Когда Рената подошла к веранде, сидевшие на ней гости опустили глаза и сделали вид, что не замечают ее. Рената поспешила в свою комнату, так как вспомнила, что из сада видела в ней свет. На лестнице стояла Фанни-Элиза, и, когда Рената хотела пройти мимо, она грубо сказала:

- Стойте! Вам нельзя идти в вашу комнату.

- Почему это?

- Это вы скоро узнаете, - величественно ответила Фанни-Элиза, скрестив на груди руки и принимая позу королевы.

- Потрудитесь говорить со мною другим тоном, - прошептала Рената, чувствуя, что голос перестает ей повиноваться.

- Я думаю, нам вообще не много придется говорить, - язвительно ответила Фанни-Элиза.

- Но скажите, ради бога, что же случилось? - почти с мольбою вырвалось у Ренаты.

- В вашей комнате делают обыск. Мы посылали за комиссаром. Пропала бриллиантовая брошка, и все улики против вас. Будет лучше, если вы сами признаетесь.

Госпожа Замасса вышла на лестницу со свечой в одной руке и с кожаной сумкой Ренаты в другой.

- Где вы шляетесь? - сердито крикнула она.

Лицо Ренаты помертвело, глаза широко раскрылись. В сознании мелькнула мысль: "Все это скоро кончится, сейчас я умру". Потом все мысли ее смешались. Она вошла в комнату, где перед взломанным шкафом стоял на коленях какой-то человек. Не сознавая, что делает, она схватила револьвер, с которым никогда не расставалась, вышла на лестницу и прицелилась в сгрудившихся в кучу Замасса. Курок щелкнул, и хотя вышла осечка, женщины подняли невообразимый крик. Рената упала без чувств, стукнувшись головой о перила. На крик прибежали архитектор и асессор. Фрау Замасса заламывала руки, беспомощно глядя на распростертую Ренату. Фанни-Элиза с восхищением устремила глаза на звезды и думала: "Совсем как в "Тайне леди Дарком"". Молодые люди хлопотали около Ренаты, внесли ее в комнату и положили на кровать.

Ночью к ней вернулось сознание. Гретхен, в сущности незлая девушка, сидела около нее. Она была очень смущена и только утром, запинаясь, сообщила Ренате, что Кета покаялась комиссару в том, что украла брошку и отдала ее своему жениху, который скрылся в горах. Рената выслушала это безучастно.

- Я хочу встать, - сказала она, - оставьте меня одну.

Гретхен ушла.

Рената едва могла держаться на ногах; она умыла лицо и шею холодной водой, и это немного освежило ее. Потом торопливо причесалась, оделась, сложила вещи в сундук и саквояжи, заперла все, позвала Ангелуса и спустилась вниз. У входной двери стояла Гретхен и с огорчением спросила, куда она идет. Остальные трое Замасса, слышавшие шаги на лестнице и лай Ангелуса, стояли за другой дверью и смотрели в щель, точно школьники, боявшиеся встретиться с учителем.

- Я ухожу, - сказала Рената так, как будто бы дело шло о простой прогулке. - Вещи мои все уложены. Через час придет носильщик и отнесет их на вокзал. Прощайте.

Рената машинально направилась к трактиру. Если бы кто-нибудь схватил ее за руку и спросил: "Куда ты идешь?" - она не смогла бы ответить.

В саду около трактира сидел Грауман, с самого утра тянувший пиво. Рената подошла к столу и поспешно выпалила:

- Вот я и пришла. Я еду с вами. Делайте что хотите.

Лицо Граумана приняло выражение глупого изумления. Сигара выпала у него изо рта и, шипя, упала в стакан с пивом. Рената с глубоким вздохом села на скамью, подозвала Ангелуса и стала машинально поправлять ремешок на его ошейнике.