Глава 5

- Эффективная манипуляция, раз вы остановились, - парирует Тимур, складывая руки

домиком на безупречно чистом столе. - Я предлагаю вам поле боя, где вы можете

доказать несостоятельность моей теории. И оклад, который закроет все ваши проблемы.

Но если вы пасуете перед трудностями… дверь открыта.

Я смотрю на него, понимая, что сама добровольно сую голову в пасть этому расчетливому

монстру. Он знает, что делает. Он знает, что я не уйду после таких слов.

Решительно отпускаю ручку двери и чеканным шагом возвращаюсь к столу.

- Я докажу вам, что вы самовлюбленный калькулятор, Тимур Русланович!

А в голове набатом бьет мысль: «Что я делаю?». Но остановиться не могу, я не могу

трусливо сбежать, не в моем это характере.

Он кладет передо мной новый трудовой договор и ту самую дорогую перьевую ручку.

- Не будем терять время. Подписывайте.

Я замираю. Моя внутренняя сирена, натренированная годами брака с манипулятором,

внезапно начинает тихо, но настойчиво выть.

- Допустим, я верю в вашу одержимость эффективностью, - медленно произношу, не спеша

брать ручку. - Но на рынке полно зубастых антикризисных менеджеров. Зачем вам на

посту генерального уставшая женщина с расшатанной нервной системой? Только из-за

показателей моего отдела?

Я что-то пытаюсь унюхать, ухватиться за нить, но пока не могу.

Тимур Русланович не отводит взгляда. Его лицо остается все такой же непроницаемой

маской.

- Люди с вашим уровнем гиперответственности не предают компанию, - ровно отвечает он.

- Вы привыкли тащить все на себе. И, в отличие от некоторых… безнадежных

стартаперов, вы умеете доводить сделки до конца, а не существовать за счет чужого

ресурса. Вы в разводе, вы сами заинтересованы в своей эффективности, потому что

положиться вам не на кого и надо самой заботиться о погашении долгов, ипотеки и о

сыне.

Кроме его уже привычно выверенных словечек, меня цепляет маленькая деталь. Крошечная.

Я ни слова не сказала, что Веня называл себя стартапером. Он и сам это слово

использовал только в кругу семьи. Для всех вокруг мой бывший был просто «временно

неработающим менеджером». О его бредовых бизнес-идеях знали только я, свекровь и

пара банков.

Возможно еще кто-то, но для этого надо копать глубже. А если Тимур ознакомился просто

с моим корпоративным досье, считал мою рентабельность, то он бы не знал о таких

вроде бы мелочах, не относящихся к моей работе.

Возможно, это просто слово. И я просто себя накручиваю, на чем больше я смотрю в его

беспристрастное лицо, тем сильнее понимаю. Что нечто за этой маской все же

скрывается.

Я прищуриваюсь, вглядываясь в его темные глаза.

- Вы наводили обо мне справки, - это звучит не как вопрос, а утверждение. - Копали

под моего бывшего мужа? Зачем?

Ни один мускул не дрогнул на лице Киборга. Он даже не моргает. Лишь его умные часы

снова издают тихий, короткий писк.

- Я перед покупкой актива всегда проверяю его на скрытые обременения, - его голос

звучит все так же монотонно, но мне на секунду кажется, что в нем промелькнул

металл. - Ваше окружение — это фактор риска. Я должен быть уверен, что деньги моей

компании не пойдут на спонсирование чужих иллюзий. Подписывайте, Маргарита

Викторовна. У нас мало времени, а ваш пульс снова участился до ста ударов.

Он лжет? Или просто действительно параноик, который перед слиянием компаний проверяет

кредитные истории родственников всех ключевых сотрудников?

Я перевожу взгляд на договор. Интуиция вопит, что этот ледяной Киборг появился на

моем перекрестке не просто так. Что я для него — часть какого-то сложносочиненного

уравнения, в котором мне пока не видно всех переменных.

Выдыхаю сквозь стиснутые зубы. Решительно беру перьевую ручку.

И тут же ее откладываю. Поднимаю голову, встречаюсь с ним взглядом.

- Есть же еще подвох, - и тут мне спрашивать нет надобности, я это просто знаю.

Тимур Русланович чуть наклоняет голову. Ни тени улыбки, только пугающая,

железобетонная серьезность.

- Вы подписываете дополнительное соглашение к трудовому договору. Пункт первый: вы

проходите полное медицинское обследование в моей частной клинике. Пункт второй: вы

следуете предписанному протоколу восстановления. Восьмичасовой сон, сбалансированное

питание.

Он открывает ящик стола, достает оттуда черную матовую коробочку и двигает ее ко мне.

- Пункт третий. Вы носите этот трекер двадцать четыре часа в сутки. Он

синхронизирован с моим телефоном. Если ваш пульс будет превышать норму, если уровень

стресса выйдет за допустимые лимиты, а продолжительность сна будет меньше семи часов

— я буду применять штрафные санкции. Лично.

У меня на затылке шевелятся волосы. Я смотрю на коробочку, потом на этого безумца в

идеальном костюме.

- Вы… вы хотите контролировать мой пульс? - чувствую, как земля уходит из-под ног. —

Вы в своем уме? Это моя личная жизнь!

- С момента подписания контракта ваша сердечно-сосудистая система — это важный актив

этого филиала, - отрезает Тимур. - А я забочусь о безопасности своих активов.

Парадокс заключается в том, что чем больше бреда он на меня вываливает, тем больше я

понимаю, что подпишу этот контракт.

Для чего? Почему я в это ввязываюсь?