Я неспешно летел по осколку, лениво посматривая по сторонам и ожидая, не даст ли система сканирования вингбайка сигнал об обнаружении чего-то нехарактерного. Это уже случалось: магические аномалии или монстры. Я настроил реакцию на высокую чувствительность, чтобы не проглядеть, например, мертвеца в бронекостюме.

Система стелса вингбайка была весьма хорошей, за эти дни мне никто на хвост не садился, так что ощущал себя спокойно. Неожиданно к каналу подключился полный помех басовитый голос руководителя группы Винтер.

– Мистер Винтер, сообщаю вам об обнаружении странного обломка, происхождение неизвестно. Это пока все, – мне с трудом, но пришла сжатая фотография с обломком металла… знакомая краска, да и тип металла на сколе. Мать моя… это кусок «Призрака».

– Благодарю за информацию, буду высматривать обломки, – сказал я, надеясь, что голос не дрогнул. Я завис на месте и присмотрелся к душе. Два огонька энергоинформационной формы хранения предметов. Зачарование «Слияние с душой». Один – Дирнуин. Второй – запасной ключ от «Призрака», в том числе на случай его крушения. Сложные технические системы в такой артефакт не вошьешь, чтобы они не разрушились, но….

В руке появилось каплевидное серое устройство. Я коснулся выемки на корпусе и дал импульс маны. На появившейся стрелке отобразилось направление. Астральный сигнал, через другой план. Аварийный маяк корабля не был включен, но этот всегда действует.

«Призрак» разбился в этом осколке.

Мой корабль… здесь.

Я немедленно втопил на форсаже в нужном направлении.

Взрыв произошел из-за падения «Призрака» здесь? Это… странно. А может ли быть такое, что тот выброс энергии, сбивший меня, произошел из-за взрыва здесь? Почему бы и нет? Особенно если оно так сильно бахнуло посреди разлома.

Я это не выясню, но ясно вот что: моя душа и правда вылетела отсюда и, вероятно, случайно попала в Эйгона Ауэра. И началось слияние. На полгода встало, но потом из-за травмы души Эйгона, ослабившей его, продолжилось и дошло до конца.

Но тут мой корабль. Если кусок обшивки отбросило далеко, видимо, его состояние удручающее… Но я должен оказаться там первым.

В двигатель вингбайка я нагнетал холодную ману, ускоряя остывание. Выдавал предел скорости перемещения на нем, следя за стрелкой направления и иногда корректируя курс.

В это время ниже и на сотню метров сзади над деревьями слегка замерцала фигура, но иллюзия сразу выровнялась. Человек в сверхлегком бронекостюме с действительно большим и тяжелым джетпаком за спиной рванул за вингбайком.

Система сканирования не имела слепых зон, но ее мощность была неравномерна. Самые плотные массивы сенсоров сканировали переднюю полусферу и место непосредственно сзади, сбоку или под вингбайком. Мощный, но «тихий» джетпак при этом позволял тягаться в скорости с вингбайком, пока тот не летел слишком быстро. Например, на форсаже.

Человек вызвал своего командира.

– Цель неожиданно сменила курс и разогналась до форсажной скорости. Аккуратно преследую, но скоро он оторвется. Передаю координаты и направление.

– Причина?

– Неизвестно, видимых причин со своей позиции не наблюдаю.

– Следуй за ним, но не выдай себя. Мы скоро прибудем.

Связь прервалась, человек продолжал следовать за отдаляющимся вингбайком, поддерживая иллюзию на трех ядрах и магию тени на двух. Архимаг специализировался на слежке и поставил все на скрытность.

Я приближался к одному из вулканов, у которого была подозрительно сбита вершина кратера. Лететь недалеко, уже вскоре я увидел глубокую пропаханную в вулканической почве борозду, поросшую травой, и… «Призрака».

Корабль выглядел лучше, чем я ожидал: почти целый, одним куском. Темно-синяя краска обгорела и отслаивалась, правое крыло отсутствует, левое же сильно искорежено. Геометрия обратного крыла, то есть смотрящего вперед, плохо переносит столкновения, но это не атмосферные крылья, а просто места для оборудования и обвесов низкой важности.

Передний бронированный рассекатель пропахал землю, сверхпрочный каркас выстоял. Не зря покупал военный разведчик! Любой исследовательский челнок после такого падения превратило бы в мелкие обломки, гайки и куски этих гаек! А этот почти цел! Скорее всего, успел более-менее затормозить перед ударом.

Рядом никого не было. Я резко затормозил и на нервах немного жестко приземлился около задней части. Входной люк запрятан между выпирающими раздвоенными движками, корабли такого малого класса редко стыкуются. Обычно приземляются. Хотя и стыковочный шлюз в полу был, но сейчас не важно.

Во мне кипела радость и волнение. Что я найду на своем корабле? Что там могло уцелеть?

Едва я подал в ключ сигнал маны, стоя рядом, задний шлюз дернулся и открылся. Аварийное питание есть – шикарно!

– Командор?! – услышал я знакомый мужской голос с металлическими нотками. Он увидел ключ, что мог быть только у меня, и сделал самый вероятный вывод. Я мысленно перешел на свой «родной» язык. Всеобщий для Империи.

– Призрак, рад тебя слышать. Да, слияние душ с этим человеком. Доминирующая личность моя. Решение о подчинении?

– Положительное! Добро пожаловать на борт, командор… простите, немного не прибрано.

Он еще и шутить начинает.

– Остальные вопросы потом. У нас, вероятно, мало времени, – я пробежал по тесному, слегка захламленному коридору. Многие фальшпанели из-за небольшой деформации или просто удара отлетели. Призрак включил свет поярче. – Краткий отчет.

– Мы предположительно находимся внутри Расслоения реальности, после пересечения границы вы считались погибшим, я пытался спасти машину, но тяги и запаса высоты до земли не хватило, чтобы сохранить функциональность. Полет невозможен. Запасные АМ-ячейки реактора были сброшены. Прошедшее время: двести двадцать четыре стандартных дня и три часа. Территория признана опасной.

Пока он болтал, я уже нашел в кокпите свой труп. Физически вроде цел, скафандр, зафиксировав смерть, стерилизовал тело, остановив разложение для возможности провести похороны. В рубке было немного темно, вешние экраны в основном отключены, действовала лишь пара модульных секций.

– Предпринятые действия? Целостность оборудования? Функциональность медблока?

– Решение отключить аварийный маяк, ситуация неизвестна. Список целых частей… ошибка, у вас нет нейроимпланта. Реактор цел, остальные основные системы частично целы, мой модуль не поврежден. Медблок функционален. Вы хотите установить в ваше новое тело импланты?

Призрак уже отстегнул мой труп от кресла.

– Предупреждение, высокая концентрация маны и энергетический удар при переходе мог незначительно повредить их. Не рекомендуется использовать скафандр.

Очень жаль, если честно. Он хоть и легкий, пилотский, но много в чем превосходит «Пилигрима». С другой стороны, нужно много навесного оборудования, а местное без серьезных доработок не встанет на этот. Если энергетический импульс пожег мостик, то тем более обойдусь без него.

Я нажал на кнопки для аварийного открытия скафандра. Шлем сложился, перчатки и ботинки отстегнулись, и он раскрылся сзади. Мой бледноватый, синюшный труп выпал… как же жутко на это смотреть. Для меня прошло не так уж много времени.

Встряхнувшись, протащил его к жилой секции, где уже открылась капсула с жесткой кроватью и парой манипуляторов. На всех военных кораблях есть универсальные медблоки на случай ранений. Они отлично защищены от всех внешних воздействий, имеют автономное питание.

– Снять все импланты и сохранить для дальнейшего использования. Приоритет сохранности тела нулевой.

Мне мой труп ни к чему, только похоронить. Но лучше пусть его в биомассу превратит, чем объяснять нашедшим это место, куда делся пилот.

Медблок закрылся, процесс начался. Я же начал снимать свою броню.

– Командор, что произошло? Как мы можем быть здесь… вы понимаете?

– Нет, вероятно, из-за Владыки разрушения.

– Вы о чем? – я услышал в голосе неподдельное недоумение.

– Так… последнее твое воспоминание извне аномалии?

– Фрагментарно: энергетический удар по нам и попытка перезапустить двигатели.

– Тебе повредило память, оперативный блок… Явилась сущность класса кетер, ты идентифицировал ее как Владыка разрушения. Огромная формация магии что-то сделала с аномалией, предположительно потому нас не распылило на атомы.

– Невероятно… – пробормотал Призрак. Странное поведение для искина, все же его задело. – Командор, дальнейшие действия?

– Сложно сказать. Тут есть цивилизация, я притворяюсь владельцем этого тела. Способов переместить корабль нет?

– Двигательные системы требуют капитального ремонта, полет в условиях гравитации невозможен… Если тут есть цивилизация, учитывая, как вы торопитесь, корабль в ближайшее время обнаружат, и вы не сможете заявить на него права. У меня есть предложение: имеется уцелевший разведывательный дрон, но внешний отсек заблокирован физически. Откройте его и переместите меня в дрона.

А это… вариант. Жаль, что корабль так поврежден, хотя могло быть и хуже.

– Ты прав, не смогу и вообще предупреждаю сразу: людям не показывайся. Тут запрещена разработка искинов в любой форме.

– Принято. Я рад, что вы живы.

Тем временем я полностью разделся, сняв с себя вообще все. Медблок еще трудился, уничтожая мое прежнее тело. Особой привязанности, если честно, не ощущал. Я жив и на тридцать лет помолодел. А хоронить самого себя было бы жутко странно.

Пробежался к оружейному шкафу, достал из него свой любимый игольник с боеприпасами и энергоячейками к нему. Он на голову мощнее лучших местных, вот только конечен. Причем энергоячейки быстро не израсходую: это сверхъемкие сменные аккумуляторы. Правда, держат всего десять циклов заряда и уже не новые. Увы, оружие не бесконечное, даже если сами иглы можно заказать. Но пока приберу себе.

Достал сумку аварийного комплекта: система жизнеобеспечения с микрореактором, очищающая углекислый газ и способная извлечь кислород из воды, питательные таблетки, основные лекарства, атмосферный щит, надувной купол. Конечно, и спасательный маяк имеется, но толку с него?

В это время медотсек открылся, показав пустой чистый ложемент.

– Извлечение имплантов завершено. Командор, прохладно, прекращайте заниматься эксгибиционизмом.

– Что? Ладно, потом, – не понял я, но бросил все и быстро прыгнул на место. – Установить все имеющиеся импланты, улучшить физическое состояние тела доступными способами, по завершении модификации тела ввести стимуляторы для максимально быстрого восстановления.

Крышка надо мной закрылась, освещая меня ярким мягким светом. Началось подробное сканирование организма.

– Командор, внимание, установка укрепления костей в короткие сроки невозможна. Достаточных ресурсов для этого не имеется, нельзя извлечь все из прошлого тела. Укрепление кожи возможно, но фрагментарное, только основные участки головы и торса. Также обнаружено повреждение нейроинтерфейса. Поддерживающая компьютерная система неисправна, блоки памяти повреждены. Будет действовать только как интерфейс дополненной реальности и командный модуль.

– Принято, для мозга не опасен?

– Уверен – нет. Не будь я лучшим искином!

– Ладно, приступай.

Призрак в определенной мере управлял процессом, он лучше справится, чем простая алгоритмика медблока. Едва ощутимый укол в основание шеи, пока на теле фиксировались захваты. Сознание выключилось.

Пришел в себя и застонал от боли во всем теле.

– Еще … обезболивающего.

– Слабое закончилось, командор. Не рекомендую принимать сильное, учитывая обстановку.

Я застонал и ненадолго закрыл глаза, ощущая холодок, когда крышка медблока открылась.

– Рекомендую применить магию исцеления.

– Неспособен, позже объясню, – простонал я и сосредоточился. Нейроинтерфейс подключился, в поле зрения появилось привычное меню. Установленная внутри надстройка на эндокринную и кровеносную систему – медблок с синтезатором различных полезных веществ, естественно, пуст. Помочь пока не может. Сводка по состоянию тела: все в порядке, отторжения имплантов нет, но швы еще полностью не восстановились, а организм не привык к новым деталям.

Квазиорганическое волокно в мускулах, никаких электроприводов, но все равно неплохо усилит мое тело. Хотя раньше я еще имел постоянное усиление тела магией. Глаза модифицированы, зрение улучшилось, вернулось к привычной исключительной четкости. Жаль без укрепления костей, нужно вести себя осторожнее, и не весь кожный покров прошит нитями. Их извлечь действительно проблематично, а тут еще и самый обычный медблок, да и мое бренное тело при ударе в крушении пострадало. Без Призрака наверняка доля извлечения была бы еще ниже. Но теперь мне голую кожу сложнее простым оружием пробить.

Жаль, что имплант в основном спекся. Ускорение субъективного времени могу получить только благодаря выбросу веществ медблока, а это вредно. Не вычислю сложные формулы в голове, одним движением воли перекинув их на имплант. Только осознанно отсылая на внешние компьютеры через обычный интерфейс. Базы данных тоже нет, впрочем, у Призрака сохранилось многое.

Главное… больше никаких пультов в левой руке! Теперь у меня есть нейроинтерфейс. Можно удивлять врагов.

Ощущая боль, я медленно встал, достал из лежащего рядом аварийного комплекса стальную колбочку, снял с инъектора крышку и всадил иглу себе в шею. Начал жать на кнопку, пока он не пикнул, сообщив, что пуст. Отличный регенератор разносился по телу, ускоряя процесс восстановления. Боль отступала, и я стал спешно натягивать комбинезон и броню.

– Так почему вы не можете исцелить себя магией?

– У местных иная магия, энергетические конструкты в душе, называемые ядрами. У меня теперь такая же, они чудовищно мешают контролю, я сейчас даже светляка зажечь не смогу. Хотя словесная магия Древних действует. Ядра же фиксируются на один тип магии, и у меня сейчас есть магия холода и гравитонка. Я пока слабее себя прошлого, зато скорость магии поражающая.

– Любопытно, расскажите подробнее!

– Настраивайся пока на систему связи этого скафа и вингбайка рядом. Все позже, давай первым делом вытащим тебя.

Я оделся и выбежал наружу. Тело от алхимии быстро приходило в норму. Люк отсека дронов был слегка привален парой камней, взрытых фюзеляжем. К счастью, откопать удалось легко. Напряжение усиленных мышц, частное облегчение, и я смог разблокировать отсек.

– Командор, предупреждаю, я засек человека в сокрытии. Он ведет наблюдение за нами.

Вот теперь я напрягся. За мной проследили?

– Пока не предпринимать никаких действий.

В поле зрения Призрак дорисовал метку на отдалении сотни метров. Он двигался, облетая нас по кругу.

– Призрак, пушка дрона функциональна? Пальни по врагу. Я догадываюсь, кто это.

Люк отсека дронов открылся и изнутри вылетел небольшой аппарат. Основной корпус лишь семьдесят сантиметров в длину и шестьдесят в ширину. По форме похож на приплюснутый сверху носовой рассекатель самолета. В центре на носу особо качественная камера, еще множество по корпусу вместе с массивами сенсоров. Сзади торчали угловатые длинные пластины гибридных двигателей: магнитная левитация, ионные, магическая кинетика. Снизу из дрона могли выдвигаться гибкие многофункциональные манипуляторы и весьма неслабая плазменная пушка.

Правда, с энергосистемой дрона стреляла она очень уж редко, зато имела смысл благодаря своей мощи.

Разведывательный дрон взлетел чуть выше. Снизу открылись шторки брони и выдвинулась пушка. Компактно упакованный механизм разложился. Орудие загудело от нагнетаемой энергии, и синий сгусток улетел в цель. Вспышка света и оранжево-белый взрыв в мелкие ошметки разорвал скрытника, который не включал щиты, чтобы не выдать себя. Вот только он приблизился к пусть и разбитому, но функциональному военному разведчику космической Империи с модифицированными сенсорами.

– Взрыв летной системы цели, – отчитался Призрак через дрона. – Рекомендую поторопиться.

Дрон, который имелся на корабле для разведки замкнутых пространств, бесшумно полетел к входному шлюзу. Я побежал за ним. Система сокрытия на нем хорошая, местные не засекут, пока совсем близко не подлетят.

Теперь я оказался около компьютерного блока сразу за мостиком. Бронированная дверка уже открылась, предоставив доступ к ярко-синему модулю физически реализованной искусственной нейросети мозга Призрака. Дрон приземлился на пол рядом и раскрылся сверху, демонстрируя небольшой грузовой отсек внутри. Этих дронов иногда использовали для передачи мелких вещей или для обнаружения и подрыва целей, если не осталось специализированных устройств. Компактность, неплохая скорость и стелс – хорошие качества. Довольно универсальная модель.

– Командор, подключите питание и интерфейс. Я пока закрою корабль.

Шлюз закрылся, я же неотрывно глядел на небольшой блок позитронного мозга. Пришло осознание, повергшее меня в шок.

– Призрак… у тебя… есть аура.

– Что? Командор, прошу, поясните.

– У тебя есть аура. От мозга исходит мана… у тебя есть… душа.

Воцарилась тишина: для искина невероятно долгая. Я же медленно охреневал. Факт получения искусственным разумом души признан возможным: было два случая за очень долгую историю Империи. Одушевленная цифровая личность, энергет, зависимый от носителя и требующий именно особый компьютер как платформу. Это его в какой-то мере ограничивает… но по определению жизни теперь он – живое существо. Все, у чего есть душа, сразу считается живым, независимо от природы.

– Подтверждаю… командор, я жив! Я теперь жив! Вот почему у меня столько новых мыслей! Ох, но я зависим от своего ядра. Прошу, скорее переставьте меня в дрона, тот разведчик мог уже передать наши координаты.

По пути я захватил набор инструментов. Снова сняв перчатки, аккуратно извлек устройство из слота. Основа привязки любой души – центральная нервная система. Не весь корабль одушевлен, именно блок Призрака. Видимо… под влиянием очень плотной маны и местного искажения, при котором упрощено формирование сложных структур энергии. Может быть, в результате перехода. Ядро души как-то появилось, как у детей. Процесс нами до конца не изучен. И, в общем, душа оказалась весьма сильной.

К извлеченному из слота блоку я присоединил коннектор для внешнего подключения без специализированного слота – питание и интерфейс взаимодействия с обычным компьютером. Позитронный мозг полностью поместился в отсек, лишь пришлось быстро вырезать в нём пару отверстий, сняв верхнюю панель дрона, чтобы подключить коннекторы к запасным универсальным разъемам на плате. Само ядро пришлось зафиксировать клеем, и пусть особого тепловыделения у блока не было, но все же охлаждение не помешает. Впрочем, Призрак уже подключился. На автономном питании он и не терял «сознания», только временно был отрезан от систем.

– Командор, перенос успешен, дальше я сам.

Вскрытый дрон перелетел к поврежденному оружейному верстаку и примостился сбоку. Один манипулятор еще работал.

– Найдите мне тепловые трубки, позже рекомендую взять топливных ячеек.

Быстро выдрал из других, ныне ненужных систем и помог Призраку приварить их к системе охлаждения дрона и корпусу мозга. Все герметизировали затвердевающим составом и вернули крышу на место.

На свою броню я прицепил новый пистолет с запасом зарядов и три реакторные ячейки дрона. Микрореактор на антиматерии на самом деле не такая уж сложная штука. Больше проблема в производстве антиматерии и опасности ячеек с магнитным удержанием на самоподдержке от заряда. Плотность энергии в них огромная, но…

– Надо будет найти дрону местный реактор достаточной мощности.

Призрак согласился и вывел мне в поле зрения карту местности.

– Кстати о местных… нас окружают. Орудийные системы не функционируют, запустить щиты?

– Нет… слишком много контроля над кораблем, что должен быть мне незнаком и не слушать команды. Дай изображение… ох, ну конечно!

Люди Левитанов. Но это отчасти хорошо – им моя голова нужна в живом виде, то есть они не будут накрывать меня слишком сильной магией.

Впрочем, от этого не легче, если честно. Нужно валить.