Они стояли под ярким уличным фонарем в переулке за баром Джона. Огромный и сильный Бруно Ингрем, по прозвищу Большая Рука, обладавший способностью нагонять страх на окружающих, даже когда просто стоял на месте. Отливавший серебром костюм на мужчине пониже ростом был хорошо подогнан по фигуре. Я знал, костюм – импортный, из Италии. Укрывшись за дверью, я слушал их болтовню. Они меня не видели.

– Доджер проиграл, – говорил Крыса, тот, что поменьше ростом. Я отчетливо слышал его голос. – Ты мне должен двадцать пять центов.

С улицы донесся еще один голос, судя по всему, какого-то парня, поторапливающего свою спутницу:

– Ну, пойдем же, Сью.

– Да, Альфред, – ответила женщина и что-то добавила, но я не расслышал.

Потом загудел бас Бруно.

– Пошел прочь с моих глаз, мать твою так-то.

Я насторожился, и меня охватил первобытный страх.

– Накось – выкуси.

Мне хотелось крикнуть, что он сказал это просто так, но я не мог выдавить из себя ни звука. Крыса с размаха врезал Бруно в грудь и, за счет этого оттолкнувшись, отлетел назад и выхватил свой длинноствольный пистолет 41-го калибра.

Высокомерная усмешка Бруно сменилась наивным изумлением восьмилетнего юнца: он что-то сделал не так? Толчок от первого выстрела отбросил его на четыре шага назад, огромные ручищи метнулись вперед, как у лунатика из мультфильма. Ему хотелось упасть, прижаться к земле и таким образом избежать пуль, но Крыса продолжал нажимать на курок снова и снова, пока Бруно не уткнулся спиной в дверь мясной лавки.

Страшный вопль заставил меня ринуться внутрь дома и захлопнуть за собой дверь.