Надеюсь, что все выгорит, ибо велик шанс целиком ликвидировать вражеский плацдарм в городской черте. Грех не воспользоваться таким шансом. На войне частенько бывает, когда на первый взгляд рядовая штурмовая операция в итоге обрушает приличный кусок фронта. Нашему противнику отступать некуда, у них за спиной темные воды Конго, кишащие крокодилами и зубастыми рыбами.

Если хорошенько долбануть, то можно обрушить заирцев раз и навсегда, выбив их из Бомы. Хватит уже с ними тут возиться, пора заканчивать с боями за Бому, тем более если можно завершить сражение «малой кровью» при помощи военной хитрости.

Помню в далеком будущем на соседнем участке фронта «на сале» был похожий случай. Тогда бойцы НМ ДНР обнаружили стальную трубу диаметром около восьмидесяти сантиметров, уходившую на два километра в сторону позиций противника. Находку сохранили в тайне и начали готовить операцию по проникновению в тыл противника.

Основная трудность состояла в том, что труба была затоплена. Кроме того, в длинном ходе было невозможно дышать: из-за отсутствия вентиляции кислород в воздухе быстро заканчивался, а новому взяться неоткуда. Воду нужно было откачать, намытый ил – вывезти, а для преодоления кислородной проблемы в стенках трубы решили прорезать отверстия, и через них вывести на поверхность вентиляционные шурфы. Работать приходилось, согнувшись в три погибели в частично затопленной ледяной водой трубе, стараясь не издавать ни малейшего шума. В ряде случаев звук подземных работ маскировали артиллерийскими и минометными обстрелами позиций противника. Подготовительные работы шли долго и трудно, зато результат оказался соответствующим. В середине января сто пятьдесят российских штурмовиков проползли по трубе под окопами, блиндажами и минными полями украинцев и вышли в тыл «Царской охоты», атаковав гарнизон противника в спину.

«Царская охота» – это бывший гостинично-торгово-развлекательный комплекс, который за девять лет войны на Донбассе укропы превратили в настоящую крепость, окружив ее минными полями и системами бетонных оборонительных сооружений. Взять в лоб «Охоту» пробовали много раз, но лишь зря теряли людей и технику. Укреп считался «не пробивным».

У наших штурмовиков к этому моменту уже все было рассчитано: сколько минут понадобится на преодоление более чем двух километров под землей, маршруты вражеских дозорных и их численность, расположение НП – все роли распределены, как ноты по клавишам, позади многие сотни часов тяжелейшей работы. Осталось лишь сыграть симфонию.

Удар российских бойцов был страшен: часть вэсэушников оказались уничтожены сразу; тех, кого атака застала не на боевых позициях, взяли в плен. Находившиеся на украинском опорнике подразделения не только не смогли оказать сопротивления, но даже не успели сообщить о нападении.

Российские штурмовики развили наступление и захватили еще один опорный пункт укропов, тот, что был по соседству.

И только в этот момент украинское командование поняло, что происходит у него на ключевом оборонительном пункте. Через пару часов последовала мощнейшая контратака ВСУ, проводимая силами примерно батальона. Некоторые БМП «Брэдли» смогли прорваться через передовые позиции наших подразделений, в результате их жгли уже в глубине бывшего украинского опорника.

Несмотря на большую ожесточенность боев и потери с обеих сторон, ВСУ так и не смогли вернуть свои укрепления. Взлом обороны, которую ВСУ создавали в течение девяти лет, стал необратим, два крупных опорных пункта к югу от города оказались в оперативном окружении. Взятие «Царской охоты» отрезало половину украинского гарнизона от снабжения. Фактически с этого удачного штурма началось и стало возможным освобождение Авдеевки, которая совсем скоро и перешла под контроль российских войск. А все благодаря смекалке, мужеству и воинскому умению простых сержантов и рядовых на передовой.

У нас должно было в итоге получиться то же самое – если штурм роты Кофи пройдет успешно, то будет взломана вражеская оборона и фронт противника рассечен на две части.

В этот прорыв я введу новые, свежие силы, которые есть в тылу. Получится, что в небольшую брешь, проделанную ударом штыка, загоним уже стальной лом и, хорошенько навалившись на него, взломаем всю линию обороны заирцев, смахнув их плацдарм на нашем берегу реки Конго.

Надо хорошенько все подготовить и обдумать, сделать так, чтобы резервы подошли скрыто и вовремя. Задержатся хоть на час – заирцы выбьют роту Кофи с его позиций, придут раньше, чем надо, вскроют наш замысел перед врагом. Все должно быть вовремя, не раньше и не позже. Вовремя!

Командиры соседних с Кофи отрядов собрались быстро, совет тоже прошел в спешном порядке, времени было в обрез и некогда было рассиживаться и размусоливать, надо было возвращаться в свои подразделения и готовиться к завтрашнему бою.

Утро завтрашнего дня предстояло быть горячим. Если все сложится как надо, то гумьеры на этом участке обороны будут разбиты наголо, также достанется и соседям, которые из-за открытых флангов окажутся в крайне неприятной ситуации.

Разведчики Кофи смогли узнать, где противник пересиживает наши обстрелы и ночует. Мало того, что они выведали такую ценную информацию, так еще и смогли очень близко подобраться к этому месту, установив там мощный фугас, взрывчатку к которому стягивали по частям в течение недели, в итоге удалось собрать заряд мощностью в двести килограммов тротила.

– Когда рванет, то будет разрушена вот эта и эта стены, – тыча штыком китайского АК, показывает на макете Кофи, – а за ними вход в убежище врага. Вот тут и тут у нас счетверенные установки пулеметов «максим», они прижмут противника и дадут время на подход наших штурмовиков. Ну, а там закидаем гранатами. Внутрь лезть не будем, чтобы не терять бойцов, – рассудительно закончил свою речь Кофи.

– Одобряю, – кивнул я, – так и поступим. Как дойдем до воды, разворачиваемся в обе стороны и ведем беспокоящий огонь по противнику, и тут ваш выход, – обратился я к командирам соседних отрядов, – будете давить со своей стороны. Зажмем их между молотом и наковальней.

Ночью удалось поспать, причем в весьма комфортных условиях: на мягких мешках с кофейными зернами и под пологом из антимоскитной сетки.

Утро началось со спешного завтрака, дежурной кружки крепкой бурды кофе «по-бомски» и напутственной речи комиссара отряда, которую переводили на французский, чтобы было понятно не только советским гражданам, но и местным.

В армии СРК сейчас было очень много советских граждан, чуть ли не каждый пятый был из СССР. Это все добровольцы, которые приехали сражаться в Кабинду за ее свободу по зову сердца, каждый третий был родом из Ленинграда. Почему так получилось? Во всем, как всегда, виноват Паспарту Советик, он как ляпнет что-то прилюдно, так потом и не знаешь, радоваться этому или плакать.

Случилось это на третий день обороны Бомы. Паспарту был в лагере для беженцев, где его обступила толпа жителей Бомы, которые узнали, что их родного города больше нет – мощный взрыв в порту практически стер с лица земли большую часть городских построек.

– Что нам теперь делать? Где жить? Лучше бы мы оставались в Заире, хоть крыша над головой была бы! – возмущались жители Бомы.

Людей можно было понять. В один миг они стали бездомными, лишившись не только своих домов, но и всего, что успели нажить за жизнь, а также потеряли работу. А самое обидное, что было совершенно не понятно, когда люди смогут вернуться в город и начать отстраивать свои разрушенные войной жилища.

– Кабинда вас не оставит! – кричал в ответ Паспарту. – Бому отстроим заново, причем не когда-нибудь, а уже завтра. Начнем строить город Бома уже завтра прямо здесь! Каждый житель города получит надел земли и строительные материалы. Кто не сможет начать стройку сам, тому поможем! Я переименовываю Люкула в Бома. Теперь город Бома будет здесь!

– А что будет на месте старого города у реки? – удивлялись такому повороту разговора бомцы.

– Как только выгоним прочь заирцев, там построим новый город – Петроград! Город, который будет под защитой Святого Петра! – кричал Паспарту в ответ, пристально глядя на меня, стоявшего в первых рядах на произвольном митинге. – Святой Петр не оставит нас, он нам поможет. Петроград выдержит осаду Заира и встанет из пепла и руин, подобно непобедимому фениксу. В СССР есть город Ленинград, он был в блокаде фашистов несколько лет, жители голодали и умирали, но не сдавались и в итоге победили. А знаете, как назывался Ленинград раньше? Петроград! Святой Петр защищает города, названный в его честь! Поэтому отныне Бома будет называться Петроград! – под одобрительный рев толпы Паспарту закончил свою речь.

На самом деле Паспарту просто хотел переключить внимание жителей Бома, дать им надежду и веру, чтобы они перестали отчаиваться, внутренне мобилизовались и принялись отстраивать свой город заново, но у этой речи был несколько иной эффект. Дело в том, что среди толпы были журналисты-международники из СССР, им показалось, что зажигательная речь молодого президента весьма неплохой сюжет для вечернего выпуска новостей.

На следующий день после выхода выпуска новостей здание МИД СССР в Москве обступила огромная толпа советских граждан, которые требовали от Министерства иностранных дел немедленной отправки в Кабинду добровольцев, которые пожелали воевать на стороне СРК против проклятых империалистов. Среди митингующих было очень много ленинградцев, которые специально приехали в Москву, чтобы отправиться в далекую Африку воевать за Петроград.

Молодые парни и девушки, комсомольцы и комсомолки хором распевали старинную песню, переиначенную на новый лад:

Народный отклик у простых советских граждан по отношению к далеким африканцам, которые борются за свою свободы, был настолько велик, что из Москвы посоветовали Паспарту побыстрее выпустить какое-нибудь опровержение, ну, чтобы как-то смягчить углы. Генерал Козлов самолично написал текст речи, которую президент Паспарту тут же «толкнул» перед специально собранными народными массами:

– Дорогие граждане Советского Союза, я искренне благодарен вам за моральную поддержку и готовность отдать за нашу молодую республику свои жизни. Спасибо вам! Но нам сейчас нужные не солдаты, а рабочие, учителя, инженеры, судостроители, врачи и строители. Нам нужны стройматериалы, строительная техника, нам нужны те, кто научат на всем этом работать, а с врагом мы справимся сами!

В общем, хотели как лучше, а получилось, как всегда. В Москве почему-то подумали, что после такой речи митингующие под зданием МИДа разойдутся по домам. Ага, щаз-з! Толпа увеличилась в разы, потому что к людям с боевым настроем и армией за плечами прибавились еще и строители, врачи, учителя и инженеры, которые решили, что в далекой Кабинде без них никак не справятся. Руководство судостроительных заводов в Керчи и Зеленодольске направило в Москву целые делегации из готовых тут же отправиться в Африку судостроителей.

Получилось, что проще все-таки отправить в Африку патриотично настроенных советских граждан, чем сдерживать их благородный порыв под стенами МИДа. Так в СРК хлынул поток специалистов из Союза, которые своим появлением переломили ситуацию в лучшую сторону. Можно ответственно заявить, что именно простые граждане СССР спасли Кабинду от полного разгрома. Их благородный порыв вдохнул жизнь в жителей разрушенных войной Бомы, Моанды и Кабинды. В СРК все завертелось, закрутилось, заработало. Республика превратилась в одну большую стройку, из Союза чуть ли не каждый день приходили корабли со строительной техникой, оборудованием и стройматериалами на борту.

Я категорически настоял, чтобы все прибывшие грузы из СССР были оплачены по рыночным ценам, то же самое касалось советских специалистов и военных, они получали заработную плату из казны СРК. Причем делалось это не только из этических соображений, но и с перспективой на будущее – большая часть советских специалистов, зарабатывая в Кабинде почти в пять раз больше, чем в Союзе, пожелает со временем остаться здесь насовсем.

Потом начался сезон дождей, боевые действия пошли на спад, и у нас появилась долгожданная передышка. Правда для советских граждан, не знающих, что такое сезон дождей в Экваториальной Африке, это было не простое испытание.

Дожди в здешних местах такие, что не то что воевать – жить не хочется! Ветры, молнии, вода льет так, что на расстоянии метра ничего не видно. При этом еще и душно, как в парилке. Палатки протекают, вещи отсырели, все стало склизким. Налетают полчища малярийных комаров. Московские прививки не помогали, малярией заболели почти все.

Помимо малярии свирепствовала амебная дизентерия, которая буквально пожирает кишечник. Позже появились тучи мух, которые откладывают яйца под кожу. А еще появились какие-то жуки, червяки и еще черт-те какая гадость. Местные африканцы лечили все болезни зубной пастой и прижиганиями. Советские граждане налегали на антибиотики и алкоголь.

В общем последние несколько месяцев, хоть и не отличались высоким накалом боевых действий, но выдались не менее напряженными и выматывающими.

Что-то я отвлекся от текущих событий.

После напутствующей речи комиссара отряда Сергея Сергеевича передовые порядки штурмовиков принялись стягиваться к самому передку. Командир отряда Кофи и комиссар Сергеич были вынуждены пинками загонять штурмовиков обратно, потому что они могли попасть под ударную волну от подрыва мощного заряда. Сергеич даже отвесил затрещину какому-то белобрысому пареньку в тельняшке, который зачем-то перемазал себе лицо ваксой.

– Это он так от вражеских снайперов шифруется, – пояснил комиссар, – заирцы специально охотятся на советских граждан, зная, что чаще всего они исполняют роль ценных специалистов или командиров.

Ба-бах!!! – раскатисто и басовито громыхнул мощный заряд. Высокий султан дыма и огня взметнулся в небо, по округе прокатился упругий таран взрывной волны.

Сразу же после подрыва мощного фугаса были отстрелены одна за другой несколько систем ЗРП-2, она же «Тропа», которые предназначены для проделывания узких проходов в противопехотных минных полях взрывным способом. Образовавшийся проход гарантирует безопасное движение пешим порядком в колонну по одному. Взрыв заряда обеспечивает надежное срабатывание взрывателей противопехотных мин нажимного действия.

Как только с неба перестали сыпаться осколки и каменное крошево, тот самый чернорожий парень в тельняшке взобрался на кучу битого кирпича и, взмахнув АПСом, задорно закричал матерную кричалку-стишок:

– Черный шеврон на плече, красный калаш и звезда! Противник беги – тебе пи@да!!

Потом он вскинул АПС в небо, выстрелил несколько раз и призывно закричал:

– Вперед, чернявенькие, вперед, босота!!! За мной!!!

Парень в тельняшке смело кинулся в бой, увлекая за собой первые ряды штурмовиков. Слева и справа заработали счетверенные установки пулеметов «максим», расчищая путь штурмовикам. За считаные минуты штурмовики «Вольных стрелков», двигаясь двумя колоннами, достигли вражеских позиций, которые с ходу заняли, потому что заирские бойцы и гумьеры были оглушены или вовсе уничтожены подрывом мощного фугаса. Все-таки двести килограммов тротила – это вам не хухры-мухры, это пиздец и ай-яй-яй для всех, кто оказался в непосредственной близости.

– Отчаянный парняга! – похвалил я командира штурмовиков. – Кто это?

– Яшка Мойка, – ответил Сергеич.

– Цыган?

– Нет, еврей.

– А почему Мойка?

– Он в Ленинграде живет на Мойке.

Штурмовики Кофи прошли сквозь вражеские порядки как раскаленный нож сквозь сливочное масло, практически не встретив сопротивления. Тех заирцев, кто в момент взрыва фугаса находился в подземной убежище, там и уничтожили, не дав им выбраться на поверхность. Вход в убежище забросали гранатами и бутылками с зажигательной смесью. Живым оттуда никто не вышел, а потом и вовсе внизу начал взрываться БК, и земля просела, похоронив под собой всех, кто был под ней.

Спустя час боя отряд Кофи вышел к реке. Как и было приказано, штурмовики заняли оборонительные позиции и принялись закидывать вражеские позиции на своих флангах минами из 50-миллиметровых минометов, выстрелами из РПГ и винтовочными гранатами. В получившуюся брешь во вражеской обороне тут же были введены свежие силы, которые по моему приказу ночью скрытно подтянули к передовой, также по врагу был нанесен массированный удар из 82- и 120-миллиметровых минометов.

Особо свирепствовали группы наших огнеметчиков, вооруженных РПО «Рысь», этих огнеметов было привезено большое количество в СРК. Огнемет так себе, не зря его заменили потом «Шмелем». Вот «Шмель» – вещь так вещь, не даром его прозвали «шайтан-трубой». Как дунешь из него – горы трясутся! Мне в свое время в Чечне пришлось из него пострелять, да и на СВО опыт применения РПО «Шмель» имелся.

Активная фаза боя продолжалась несколько часов, стрельба не стихала до самого вечера. Взрывы гремели постоянно и практически без перерыва. Нас хоть и было меньше, чем заирцев, но мы активно наступали, тесня врага. Действовали дерзко и смело. Даже нам с Мишей и то пришлось пострелять, отражая вместо со всеми, кто находился на КП, самоубийственную контратаку заирцев, на которую они решились под прикрытием ураганного артиллерийского огня с противоположного берега Конго.

Все контратаки отбили, сами перешли в наступление, тесня заирцев по всем фронтам. В итоге врага сбили в воду, где и добили! Всех, кто пожелал сдаться, взяли в плен, за исключением гумьеров, они «сгорели от стыда», причем в прямом смысле этого слова. «Рысь» хоть и слабенький огнемет, но на близких дистанциях вполне себе сойдет, тем более против живой силы, не прикрытой оборонительными сооружениями.

Сержант Кофи с блеском сдал экзамен на право войти в Совет командиров ЧВК «Вольные стрелки». Теперь его называют Кофи Мбенга. Мбенга – это такая зубастая рыба, обитающая в водах Конго. Эта рыба пострашнее крокодила будет.

Сотню бойцов Кофи отправили в тыл на переподготовку и доукомплектование до полноценного батальона, который получил название «Речные тигры», так местные еще называют зубастую рыбу мбенга – речным тигром.

Оборона Бома завершилась спустя четыре месяца боев, безоговорочной победой армии СРК при поддержке добровольцев из СССР.

Плацдарм, который был в десяти километрах восточнее Бомы, армия Кабинды ликвидировала еще месяц назад, противник лишился там всего тяжелого вооружения, а в какой-то момент прекратилась переброска свежих сил с заирского берега. Защитники плацдарма помыкались несколько дней, поняли, что их бросили умирать с голоду и от ранений, и сдались нам.

Но война на этом не закончилась, потому что армия Заира по-прежнему оставалась на противоположном берегу Конго и могла оттуда обстреливать территорию СРК. С этим надо было что-то делать!

И что с этим делать, я знаю точно и наверняка. Надо убрать Мобуту Сесе Секо с поста президента, а на его место поставить своего человека. Дворцовые перевороты в Африке – это обыденное дело, тут каждый уважающий себя полковник только и мечтает, чтобы захватить власть, стать тираном, чтобы потом быть свергнутым таким же полковником или даже капитаном. Эдакий круговорот полковников и президентов на Черном континенте.

Богата земля африканская на военные перевороты и колоритных лиц, их совершающих. Вон в Нигерии больше дести лет назад был вояка, который умудрился поучаствовать в нескольких государственных переворотах, правда это еще не рекорд, были умельцы, которые и в пяти переворотах участвовали. В Нигерии просто тип попался с запоминающимся для русского человека именем – Бука Сука Димка, он же Букар Сува Димка.

Так что план дальнейших действий есть, генерал Козлов и Ботсван активно работают по Заиру, подготавливая почву для государственного переворота там. А нам на фронте надо всего лишь чутка поднажать, чтобы подготовить благоприятную почву для революции в Заире.

Сейчас расшатаем камешек, швырнем его вдаль, глядишь он в Киншасе по Мобуту Сесе Секо и угодит, свалив его с трона.