«Мы знали, что он — сукин сын. Но он был наш сукин сын». Так Джефри Кемп, советник Рейгана по безопасности, красноречиво охарактеризовал иракского диктатора Саддама Хусейна. Вполне в духе прагматичной внешней политики США, которая не только слишком часто нарушает мораль, но и просто ею пренебрегает. Когда летом 1990 года войска Саддама Хусейна вторглись в соседний Кувейт и Хусейн объявил маленькое нефтяное государство новой иракской провинцией, американское правительство окончательно убедилось, что девиз «враг моего врага — мой друг» больше не соответствует истине, а, наоборот, может даже породить серьезные проблемы.
В 1957 году Саддам Хусейн молодым человеком вступил в запрещенную тогда партию Баас. Эта партия представляла социалистически окрашенный, секуляризованный арабский национализм. Саддам сделал партийную карьеру и участвовал в попытках переворота и в политических покушениях. Когда же в 1968 году партия в результате путча захватила власть, Саддам сначала занял пост главы министерства безопасности, затем руководил национализацией нефтяной промышленности, а в 1979 году был назначен болеющим главой государства Ахмедом Хасаном аль-Бакром своим наследником. В сентябре 1980 года Саддам с молчаливого одобрения США атаковал соседнее государство Иран по фронту, шириной в несколько сот километров, и тем самым начал Первую войну в Персидском заливе. Нападение на Иран было на руку многим государствам, прежде всего Соединенным Штатам. Годом раньше, вследствие исламской революции и свержения шаха Реза Пехлеви в январе 1979 года, они не только потеряли союзника в лице Ирана, но и получили нового врага. Ставший у руля власти аятолла Хомейни провозгласил исламское государство и объявил США и Израиль главными врагами Ирана. Четвертого ноября 1979 года приверженцы революции, главным образом студенты, атаковали американское посольство в Тегеране, взяли в заложники шестьдесят шесть граждан США и почти четырнадцать месяцев, до 20 января 1981 года, продержали их под стражей. Попытка тогдашнего президента США Джимми Картера в апреле 1980 года освободить заложников с помощью секретного отряда коммандос закончилась провалом. Фотографии сбитых американских военных самолетов обошли весь мир, и осенью Картер проиграл борьбу за переизбрание своему конкуренту Рональду Рейгану.
В то же время и арабские властители в регионе почувствовали угрозу со стороны иранского фундаментализма. Не сметет ли волна исламской революции и их режимы? Такого развития событий особенно опасались в Ираке. Потому что так же, как и в Иране, в Ираке много шиитов. Кроме того, Запад беспокоился за собственные нефтяные ресурсы. Но и это еще не все: с 1978 года регион стал ареной холодной войны — советские войска вошли в Афганистан и заявили претензии на власть в этой части света.
В создавшейся ситуации Саддам Хусейн очень пригодился Западу. Ему, и без того хорошо вооруженному в семидесятые годы Советским Союзом, дали деньги и дополнительное оружие. Финансовая помощь поступала главным образом из арабских стран, преимущественно из Саудовской Аравии и Кувейта, вооружение Саддам получал из США и Европы. Кроме того, американцы снабжали его спутниковыми снимками о дислокации иранских войск и давали указания, какие цели в Иране необходимо уничтожить иракской авиации. Франция оказывала поддержку Саддаму Хусейну даже при постройке атомного реактора. Однако этому воспротивились израильтяне. Они испугались за существование своего государства и массированной воздушной атакой в 1981 году разбомбили находящееся в процессе строительства сооружение. Промышленные установки, построенные с участием немецких фирм, остановились. Саддам использовал их — благодаря поставкам из США необходимых промежуточных продуктов — для производства ядовитого газа, который он в конце концов в массовом порядке использовал против иранских войск. Тем не менее Саддаму Хусейну не удалось выиграть войну с Ираном. Так называемая Первая война в Персидском заливе закончилась в 1988 году перемирием.
Между тем США поставляли оружие и своему заклятому врагу, Ирану. В качестве ответного жеста должны были быть освобождены заложники в американском посольстве. Доходы от продажи оружия Ирану американское правительство использовало для поддержки мятежников «контрас» в их борьбе против неугодного США режима сандинистов в Никарагуа.
Хотя после перемирия с Ираном в начале 1988 года Саддам Хусейн и объявил себя победителем, его страна лежала в разрухе. Активизировалась оппозиция. На севере Ирака попытались организовать восстание курды. Против них Саддам в марте 1988 года тоже массированно применил отравляющий газ. Бунт был подавлен. Арабские государства, до сих пор поддерживавшие его, теперь отказались прощать ему огромные долги. Ирак окончательно обанкротился. В этой ситуации Саддам решился на следующую вооруженную схватку. Его войска напали на Кувейт.
Однако на сей раз он просчитался относительно реакции в мире. Ведущие индустриальные державы, прежде всего США, посчитали, что их доступу к нефтяным ресурсам угрожает опасность. Члены ООН собрались на внеочередное совещание. Саддаму был предъявлен ультиматум: вывести свои войска из Кувейта. Ответа не последовало. Между тем стянутые в регион Персидского залива войска, прежде всего американские, британские и французские, вместе с несколькими союзными арабскими государствами по истечении последнего ультиматума от семнадцатого января 1991 года приступили к военным действиям. Президент США Джордж Буш-старший объявил: «Началось освобождение Кувейта». А по иракскому радио выступил Саддам Хусейн. Было ли это обращение в прямом эфире, или оно было записано ранее, осталось невыясненным. На колоритном и образном арабском языке он провозгласил: «Храбрые иракские солдаты — сражайтесь! Боритесь! Началась мать всех войн!»
Никто в тот момент не знал, произойдет ли эскалация конфликта. Что, если Саддам Хусейн снова применит отравляющий газ или даже ядерное оружие? Вскоре иракские ракеты разорвались в Израиле. Среди населения Израиля распределили противогазы. Однако ракеты не содержали ядовитого газа. Разумеется, неизвестно, собиралась ли иракская армия применять отравляющие вещества, по крайней мере, в сухопутной войне против войск союзников.
Слова «мать всех войн» врезались в коллективную память и обогатили западную коллекцию афоризмов. Уместно и неуместно цитату начали использовали в обиходе, заговорили о «матери всех ток-шоу», «матери всех бойбэндов» и т. д.
После продолжавшихся неделю массированных воздушных налетов двадцать четвертого февраля началась сухопутная война. Сильно ослабленная иракская армия была разбита за несколько дней. Президент США Буш-старший отдал приказ о приостановке боевых действий. Войска союзников прервали начавшийся поход на Багдад. На севере Ирака подняли голову курды. Они поверили обещаниям американцев поддержать их в освободительной борьбе. Однако те бросили курдов на произвол судьбы. Восстание было жестоко подавленно остатками иракской армии, а американцы даже не вмешались. Саддам Хусейн остался у власти.
Состоялась ли «мать всех войн», унесшая приблизительно четверть миллиона погибших, в изначально предполагаемом масштабе? Если говорить о насилии и разрушении, то да. Однако во всемирной истории, скажем прямо, случались войны и пострашнее.
Должно было пройти двенадцать лет, прежде чем президент Джордж Буш-младший, сын Джорджа Буша, в 2003 году в Третьей войне в Персидском заливе наконец полностью разгромил Саддама Хусейна. Хусейн ушел в подполье и только через несколько месяцев был обнаружен и арестован американскими войсками в его убежище. Причины для развязывания Соединенными Штатами Третьей войны были сомнительными, если не сфабрикованными. Правительство Буша-младшего обвинило Хусейна в обладании оружием массового уничтожения. Однако ничего такого найдено не было. Кроме того, американской общественности попытались представить Саддама Хусейна как главного зачинщика, если не непосредственного инициатора событий одиннадцатого сентября 2001 года. Это обвинение тоже не смогли подтвердить документально, но в него поверили многие американцы.
Свергнув Саддама Хусейна, США стали оккупационной державой. И тут оказалось, что у них нет никакой логичной программы преобразования многонационального Ирака в демократическое государство. Более того, они совершенно не понимают менталитет населения. Если при Хусейне в Ираке царил режим насилия, от которого исходила скрытая опасность для всего региона, то теперь он превратился в страну, погрузившуюся в анархию, и стал главным рассадником исламского терроризма по всему миру. В начале 2006 года многие наблюдатели опасались, что Ирак станет для США вторым Вьетнамом.