Ее смерть была смертью борца. Правые солдаты фрайкора схватили и забили ее. Тело бросили в ледяную воду. Но была ли она мертва, упав в воду и погружаясь в холод?
Изуродованный труп Розы Люксембург извлекли из Ландверского канала только через несколько месяцев. Жизнь в бегах, в тюрьме, под подпольными кличками Гракх или Спартак и псевдонимом Юний закончилась. В тот день пятнадцатого января 1919 года умерли не только Роза Люксембург и ее соратник по борьбе Карл Либкнехт, но умерла также их мечта о коммунистической Советской республике, мечта всей их жизни о победе рабочего класса.
Жизнь Розы Люксембург была полна конфликтов на всех уровнях. Эта низкорослая польская еврейка никогда не сдавалась, она была полна энергии, жажды жизни и желания действовать. Еще школьницей в родном городе Варшаве она присоединилась к запрещенным левым кружкам. Ареста ей удалось избежать лишь благодаря побегу в Швейцарию. Чтобы получить немецкое гражданство, Люксембург воспользовалась фиктивным браком и в 1899 году прибыла в Берлин. Она вступила в Социал-демократическую партию Германии и стала представителем левого партийного крыла. Преподавательница высшей партийной школы СДПГ с 1907 года, она задолго до Первой мировой войны начала борьбу против грозящей военной опасности. А после начала боевых действий обрушилась с критикой на установившийся в Германии так называемый гражданский мир, по которому все партии прекращали споры между собой на период ведения войны. Ее постоянно арестовывали. Между 1916 и 1918 годом из-за своей антивоенной агитации Люксембург много месяцев просидела в тюрьме.
В октябре 1918 года война для Германии была проиграна. Хотя ожесточенные бои еще продолжались, но силы центральных держав — Германии, Австрии и их союзников — были уже на исходе. Болгария капитулировала месяцем раньше, теперь сдавалась и Турция. Вновь назначенный немецкий кабинет под председательством принца Макса Баденского четвертого октября запросил перемирия. США, вступившие в войну в апреле 1917 года при президенте Вудро Вильсоне, потребовали демократизации Германии. Однако в самой Германии тем временем рухнул государственный порядок. В некоторых немецких гаванях матросы отказались выходить в боевой поход против Англии и взбунтовались. К ним присоединились рабочие. Император бежал из Берлина и нашел защиту в штаб-квартире армии в Спа. Вспыхнула Ноябрьская революция.
Роза Люксембург усмотрела удобный случай раз и навсегда смести старый государственный порядок и построить революционную социалистическую Советскую республику. Уже можно было пожинать первые плоды: образовались солдатские и рабочие советы. Но тут СДПГ заключило союз с высшим военным командованием и либеральными умеренными силами в разваливающейся империи. Фридрих Эберт стал имперским канцлером, и девятого ноября его товарищ по партии Филипп Шейдеман из окна рейхстага провозгласил Немецкую республику. Тем самым он в последний момент опередил Розу Люксембург и ее соратников. Потому что через два часа после Шейдемана Карл Либкнехт с крыльца Городского дворца объявил о создании «свободной Социалистической республики Германии».
Теперь с обеих сторон началась борьба за власть. К наступающему Новому году группировки, уже в начале войны отколовшиеся от СДПГ, основали Независимую социал-демократическую партию Германии, которая отказалась от какой-либо поддержки военного курса, а прочие левые группировки учредили Коммунистическую партию Германии. В январе 1919 года началось восстание «Спартака». Если Роза Люксембург и поддержала его, то только из партийной лояльности к основанному когда-то с ее помощью «Союзу Спартака». Самому восстанию она предрекала провал и оказалась права.
Осознавая опасность, которая ей угрожала, она тем не менее оставалась в Берлине, постоянно меняя места проживания. В своей последней статье, опубликованной четырнадцатого января 1919 года, Люксембург пишет: «Революция уже завтра громогласно поднимется снова и к вашему ужасу возвестит звуками труб: я была, я есть, я буду!» Днем позже ее нашли сыщики фрайкора, допросили, жестоко обращаясь с ней, и убили.
Самую известную фразу Розы Люксембург убийцы не могли знать. Пожалуй, и никто не жал ее. кроме самой убитой: «Свобода — это всегда свобода инакомыслящих». Эта фраза — заметка на полях рукописи. Текст под заголовком «Русская революция» был опубликован ее другом Паулем Леви лишь в 1922 году, следовательно, через много лет после ее смерти. Чтобы понять, что Роза Люксембург имела в виду под своим высказыванием, ибо оно и по сей день толкуется по-разному, нужно учитывать контекст, в котором она записала эти слова.
Революция для Розы Люксембург была единственным путем построения социалистического общественного строя. Это убеждение углубило пропасть между нею и СДПГ. Там все более утверждалась ревизионистская точка зрения Эдуарда Бернштейна, согласно которой смену капиталистического строя на социалистический можно осуществить и через парламентаризм. Однако прежде всего Люксембург вступила в конфликт с революционной точкой зрения Ленина. В отличие от него она не видела ограничений для революции и боролась за одновременные восстания в Польше, Германии и России. Ленинская концепция кадровой партии, жестко управляемой руководящей элитой, «авангардом рабочего класса», вызывала у нее решительное неприятие. Поскольку сама она была убеждена в том, что построение социалистического общества удастся лишь в том случае, если в этом процессе примет активное участие весь пролетариат. Ленин и большевики, заключала она, не пропагандировали диктатуру пролетариата, а использовали средства диктатуры, чтобы господствовать над пролетариатом.
Известное замечание «свобода — это всегда свобода инакомыслящих» появляется в ее рукописи «Русской революции» в том месте, где она критикует диктаторский образ действий русских большевиков при Ленине. Там можно найти слова, адресованные большевикам: «Свобода только для приверженцев правительства, только для членов партии — сколь бы много их ни было — не является свободой. Свобода — это всегда свобода инакомыслящих. Не из фанатического понимания „справедливости“, а поскольку все то живительное, полезное и очистительное, что есть в политической свободе, зависит от этой сути и перестает действовать, если „свобода“ становится привилегией». Затем она подробно останавливается на том, что большевикам следовало бы согласиться с тем, что они «везде и всюду идут на ощупь». А «теория диктатуры» согласно Ленину и его соратнику Троцкому исходит из того, что «социалистический переворот — это такое дело, готовый рецепт которого уже лежит в кармане революционной партии, и теперь его остается лишь энергично осуществить. Но, к сожалению — или, в зависимости от позиции, к счастью — это не так». Поэтому Роза Люксембург приходит к выводу, что революция должна совершаться всеохватно, что она не может быть ограничена революционными элитами и приверженцами революции, а должна убеждать и увлекать за собой нерешительных людей и даже своих противников.
В последние дни существования ГДР в 1989 году самая известная фраза Розы Люксембург была подхвачена правозащитным движением. Даже если в этот момент она способствовала разрушению социалистического общественного строя, она, коль скоро у социалистов речь шла о преобразовании и обсуждении социалистической системы, целиком выражала идею Розы Люксембург. Впрочем, неверно считать фразу Люксембург подтверждением демократического образа ее мыслей, аргументом за парламентаризм, как и неверно ставить Розу Люксембург в один ряд с социал-демократическими мыслителями. Марксистская цель диктатуры пролетариата до самого конца оставалась и ее целью.