На первый взгляд может показаться удивительным, что вопросы о том, плоская Земля или круглая, находится ли она в центре Вселенной или вращается вокруг Солнца, испортили в XVI и XVII веках так много крови. Но они касались фундаментальных основ мировоззрения, религии и науки. И тогда понятно, что дело это было нешуточное.
В 139 году н. э. в Александрии астроном и географ Клавдий Птолемей создал свой главный многотомный научный труд. Позднее сочинение попало в Европу под арабским заглавием «Альмагест». В нем Птолемей описывает, как он понимал Землю и ее место во Вселенной. Эта птолемеева система мира и стала через столетия после его смерти причиной конфликта.
Птолемей считал, что Земля находится в центре Мироздания, а все остальные планеты, включая Солнце, вращаются вокруг нее. Схоластическая система образования в монастырях, соборных школах и позднее в средневековых университетах переняла, как и церковь в Риме, эту точку зрения. Поскольку церковь и схоластика охотно соблазнились тем, что найденное однажды решение является неопровержимым. то птолемеева система мира стала общепризнанной «истиной».
Первые трудности возникли, когда выяснилось, что Земля — не диск, а шар. С этим церковь и схоластика еще как-то могли смириться. Вспомнили о древних греках, у которых тоже были подобные теории. От картины мира с небом наверху и преисподней внизу отказываться не пришлось, однако понимание того, что живешь на шаре, в корне меняло точку зрения. Но по-прежнему можно было утешаться мыслью, что земной шар представлял собой твердо закрепленный центр Вселенной. Однако в 1543 году вышла книга «De revolutionibus orbium coelestium» («О вращениях небесных сфер»), написанная неким Николаем Коперником. Долгие десятилетия Коперник не решался публиковать полученные им сведения. Почему? На этот счет существуют разные мнения. Одни считают, что он испытывал страх перед церковью, другие полагают, что он скорее боялся научных дискуссий. На самом деле маловероятно, что Коперник опасался обвинений в ереси. В его время гелиоцентрическая система мира считалась не столько ересью, сколько недостойным внимания чудачеством. Так или иначе, никто до сих пор не привел никаких научных доказательств того, почему Коперник повел себя именно так.
Лишь незадолго до смерти Коперник решился на публикацию результатов своих исследований. А взять в руки напечатанную книгу ему довелось только на смертном одре в 1543 году. В ходе наблюдений за звездным небом Коперник пришел к выводу, что Земля ни в коем случае не является центром Вселенной, но, как и все другие планеты Солнечной системы, вращается вокруг Солнца. Революционная гелиоцентрическая система мира Коперника распространялась постепенно, в течение многих десятилетий. Но сначала о ее существовании знал лишь узкий круг ученых. И только в 1616 году, когда Галилей затеял первые дискуссии с церковью, она попала-таки в папский индекс запрещенных книг.
Таким образом, семена будущих споров уже были посеяны Коперником, когда в 1564 году в итальянском городе Пиза на свет появился отпрыск флорентийских аристократов Галилео Галилей. От отца, человека, который не только разбирался в делах коммерции, но и внес значительный вклад в теорию музыки, он унаследовал любовь к спорам. Еще студентом медицины в Пизе — эту специальность он выбрал по желанию отца — Галилей получил прозвище «Задира». Галилей приобретал знания в рамках все еще доминирующего схоластического учения. Его учителя преподавали птолемееву систему мира, а система Коперника оставалась под запретом. Благодаря лекциям одного математика, состоявшего на службе у великого герцога Тосканского и дававшего уроки вне университетских стен, Галилей увлекся трудами Евклида. Не окончив медицинского факультета, он взялся за изучение математики и философии и в итоге получил-таки диплом. Он давал частные уроки, разработал гидростатические весы, с помощью которых по законам Архимеда можно было определять плотность и объем тел, и составил работу по определению центра тяжести твердых тел. О нем заговорили, и он получил место профессора математики в Пизе. Но поскольку он сочинял трактаты, противоречившие учению Аристотеля, преподавательский контракт с ним продлен не был.
Между тем умер отец, и Галилею пришлось содержать большую семью. Профессура в Падуе оказалась для него весьма кстати. Он оставался там восемнадцать лет. В Падуе, которая в то время входила в состав толерантной Венецианской республики, предоставлялась академическая свобода, здесь не нужно было опасаться святой инквизиции. В Венеции Галилей впервые увидел изобретенный в Голландии телескоп. В течение следующих лет он усовершенствовал прибор и с его помощью сделал сенсационные астрономические открытия. Он наблюдал кратеры, горы и карстовые образования на Луне и установил, что у Венеры, как и у Луны, есть свои фазы. Галилей узнал, что Сатурн окружен кольцами и что вокруг Юпитера вращаются четыре спутника. Сегодня их называют лунами Галилея. Кроме того, Галилей увидел, что Млечный Путь состоит из тысяч отдельных звезд, и открыл темные пятна на поверхности Солнца, движение которых дало ему возможность понять, что Солнце вращается вокруг собственной оси.
Датский астроном Тихо Браге еще в XVI веке попытался опровергнуть гелиоцентрическую систему мира Коперника. Даже если планеты вращаются вокруг Солнца, Земля по-прежнему оставалась в центре. Но затем ассистент Браге, немец Иоганн Кеплер, подтвердил гелиоцентрическую систему Коперника и довел ее до совершенства, выделив эллиптические траектории движения планет (Коперник исходил из круговых орбит). Этот первый закон Кеплера, как и второй, согласно которому планеты движутся не с одинаковой скоростью, стал составной частью опубликованного Кеплером в 1609 году труда «Astronomia Nova» («Новая астрономия»).
В 1610 году Галилей опубликовал книгу под названием «Sidereus nuncius» («Сообщение о новых звездах»), и притом не на латыни, как все еще было принято в его время, а на итальянском языке. Его выкладки принесли ему известность во всей Европе, но также вызвали резкие возражения. О своих опытах Галилей писал Кеплеру: «Большинство людей полагает, что правду можно узреть не в природе, а только в сопоставлении древних текстов. Нет большей ненависти, чем та, что испытывает незнание к знанию!»
Странное было время: хотя официальной церковью коперниканская система мира отвергалась, многие церковные ученые заинтересованно и благосклонно занимались ею. Так, в иезуитском коллеже французского города Ла-Флеш в 1611 году был устроен праздник по случаю открытия Галилеем спутников Юпитера, которое стало следующим мозаичным камешком в цепочке доказательств справедливости научных выводов Коперника. Среди учеников иезуитского коллежа находился и молодой Рене Декарт. Позднее ему суждено было по-своему способствовать научной революции.
В конечном счете Галилей, который между тем излагал свои гелиоцентрические воззрения даже в письмах, вступил в 1616 году в конфронтацию со Святым престолом в Риме и лично с кардиналом Робертом Беллармином. Ибо к тому времени церковь в упрямой настойчивости публично отвергла папским декретом гелиоцентрическую систему мира. Что теперь ожидало Галилея? За шестнадцать лет до этого за идеи, противоречившие аристотелевскому учению о природе и христианским догмам, был как еретик сожжен на костре натурфилософ Джордано Бруно. Беллармин, иезуит, который не питал особо враждебных чувств к Галилею, пригласил его в Рим. Там Галилей обязался никоим образом не преподавать и не защищать учение Коперника. Это было запротоколировано письменно, и протокол вручили Галилею. Записка Беллармина о разговоре осталась в Риме. Впоследствии она еще доставила хлопот Галилею, но протокол его спас.
В 1632 году Галилей опубликовал свое знаменитое сочинение «Dialogo sopra i due massimi sistemi dei mondo tolemaico e copernicano» («Диалог о двух главнейших системах мира — птолемеевой и коперниковой»). В этом произведении, которое принесло ему также и литературную известность, он предоставляет трем ученым возможность обсуждать обе спорные системы мира. Даже если Галилей пренебрег в «Диалоге» новыми сведениями Кеплера об эллиптической форме планетных орбит, а также весьма упрощенно представил систему Коперника, книга все равно вызвала озабоченность церкви и волнение в научном мире. Стояла ли Земля во Вселенной неподвижно или обращалась вокруг Солнца? Избранная Галилеем форма диалога была искусным и надежным приемом замаскировать собственное мнение, вкладывая его в уста вымышленных героев текста. Однако если он полагал, что тем самым обезопасит себя, то его вскоре разубедили.
Если бы он предвидел последствия, вызванные появлением его книги, он, конечно, сформулировал бы кое-что иначе. Вероятно, Галилей был слишком уверен в своей позиции. Поскольку во время выхода «Диалога» он ни в коем случае не был врагом церкви. Он пользовался высоким уважением и в дружественной переписке обменивался научными мыслями с иезуитами. Папа Урбан VIII также очень высоко ценил Галилея, прежде он даже посвятил ему одну оду.
Когда в марте 1632 года книга Галилея вышла во Флоренции, где он в то время проживал, она, разумеется, уже прошла цензуру. Однако в августе внезапно последовала команда римской инквизиции остановить продажу книги, а Галилею было велено безотлагательно явиться в Рим и предстать перед судом. Почти семидесятилетний Галилей был уже достаточно хворым. Врачи флорентийской инквизиции обследовали его и подтвердили, что поездка угрожает жизни ученого. И все же папу Урбана это обстоятельство не смягчило. Он пригрозил доставить Галилея в цепях, если он тотчас же не явится самостоятельно.
Одной из причин вспышки ярости Урбана оказалась докладная записка кардинала Беллармина от 1616 года, оставшаяся в Риме. О ней-то ему и напомнили ввиду затронутых в книге тем. Вероятно, папе ее показал противник Галилея по курии. После чтения документа Урбан, видимо, решил, что Галилей пренебрег папским расположением Тщеславный и эгоцентричный Урбан — известно его высказывание, что он-де «знает лучше, чем всего его кардиналы, вместе взятые», — решил действовать. Кроме того, была и другая причина для его ярости: тот из трех высказывающихся в книге ученых, который представлял птолемееву систему мира, получил от Галилея многозначительное имя Simplicius[14] и в «Диалоге» бросался в глаза своими наивными аргументами. Именно в уста этого болвана Галилей и вложил слова, в которых Урбан узнал свои собственные. Нашептывания довершили остальное, так что Урбан в конце концов пришел к убеждению, что Симплициус — это карикатура на него самого.
Ввиду оказанного на него давления Галилей предпринял-таки поездку в Рим и прибыл туда в феврале 1633 года. Приют ему предоставил новый, хорошо относившийся к нему тосканский посол. Галилея не заключали в тюрьму, как утверждалось впоследствии, и тем более не подвергали пыткам. Хотя угроза подобной репрессии, разумеется, нависала над ним постоянно. Так, ему не забыли, по меньшей мере, показать пыточные орудия.
Процесс начался двенадцатого апреля. И состоялся в том же помещении, где был приговорен к смертной казни Джордано Бруно. Галилей появился в белой одежде кающегося. Сперва ему задали вопросы по его книге, в том числе о выдаче разрешения и о печати. Наконец, разговор зашел о встрече Галилея с кардиналом Беллармином в 1616 году. Галилей объяснил, что Беллармин тогда запретил ему представлять учение Коперника. Однако он позволил ему использовать его как гипотезу. Ничего другого он в «Диалоге» и не сделал. Тогда судья стал упорно настаивать на том, что Беллармин в свое время категорически запретил ему использовать учение Коперника в любом виде. Галилей возразил, что не припоминает такой договоренности. Об этом также ни слова не говорится во врученном ему протоколе, которого он все эти годы придерживался. Тогда Галилея попросили предъявить протокол Беллармина, что он и сделал. В представленном Галилеем протоколе было записано иначе, чем в записке, на которую ссылалась инквизиция, и, таким образом, Галилей был оправдан. Однако обвинители инквизиции оказались перед угрозой потерять лицо. Они не могли позволить ему беспрепятственно удалиться. В чем-нибудь Галилей все-таки должен был сознаться. В конце концов он подыграл им и согласился, что в некоторых местах «Диалога» зашел слишком далеко, впрочем подчеркнув, что ожидает за это признание мягкого наказания. Вынесенный приговор поразил его. Ибо судья вынес постановление о бессрочном заключении.
Некоторые сведения о процессе позволяют думать, что Галилей, который под давлением судей вынужден был опровергнуть учение Коперника, потом-таки упрямо пробормотал фразу: «И все-таки она вертится!» («Eppur si muove!») Было ли это так? Или истину следует искать в том, что больной, старый, запуганный человек, который, правда, оставался верен своим убеждениям, все-таки слишком хорошо понимал скрытую опасность для жизни и потому вел себя сдержанно? В 1981 году из тайных архивов Ватикана общественности была представлен пожелтевший лист бумаги, на котором Галилей дрожащим почерком писал судьям: «Я нахожусь в ваших руках, делайте со мной все, что соизволите». Это очень отдаленно напоминает строптивого ученого, который вопреки всем опасностям провозглашает в учебниках истории: «И все-таки она вертится!» Впрочем, так называемое высказывание Галилея было письменно зафиксировано только в XVII столетии, предположительно французским аббатом по имени Огюстен Симон Трэл, который вложил ее в уста ученого.
После вынесения приговора тосканский посол успешно вступился за Галилея и выхлопотал замену взятия под стражу на домашний арест. Сначала Галилей отбывал его у архиепископа Сиены, который создал ему самые благоприятные условия. Церковный деятель не только позволил по-прежнему глубоко потрясенному приговором Галилею возобновить свою научную работу, но настоятельно поощрял его к этому. Пять лет спустя, в 1638 году, Галилей смог перебраться в свой дом в Арчетри под Флоренцией, однако по-прежнему оставался под арестом. За год до этого ему, с помощью одного ученика, удалось напечатать в голландском Лейдене свой новаторский труд о динамике и законах падения, который он точно так же написал в форме диалога.
Ослепший к тому времени Галилей умер в 1642 году в Арчетри. Он до последнего часа находился под домашним арестом и, таким образом, под неусыпным надзором инквизиции.
Спорный «Диалог» Галилея до 1835 года оставался в папском списке запрещенных сочинений. Лишь в 1893 году папа Лев XIII согласился с рассуждениями Галилея об истине знания и веры. Наконец в 1979 году папа Иоанн Павел II решился вновь заговорить о Галилее и обратил внимание на то, какие страдания пришлось пережить ученому из-за церкви. В 1992 году, то есть через триста пятьдесят лет после его смерти, папа Иоанн Павел II реабилитировал Галилео Галилея и объявил ведшиеся против него инквизиционные процессы необоснованными.