Глава 30

Аурелия

Брешь в доспехах.

Лев Лайла склоняет передо мной голову, прежде чем развернуться к Косе. Он мертвой хваткой сжимает горло моей акулы, со всей силы впечатывая его спиной в стену. Коллекционерша визжит, приказывая ему остановиться, но рычание обоих самцов заглушает ее вопли. Дикарь, абсолютно игнорируя этих двоих, принюхивается к моим стопам у самого края кушетки. Он морщит нос, а затем обнюхивает щиколотки, голени и колени.

— Стоять! — снова визжит Коллекционерша, распахивая шкафы, без сомнения, в поисках своей электроплети.

Однако Ксандер уже тут как тут: он обхватывает ее руки, въедаясь пальцами прямо в забинтованные раны. Она кричит от боли и ярости. Тем временем Дикарь уже добрался до середины моего тела, мышцы его рук привлекают мой взгляд, пока он удерживает вес, опираясь на края матраса. Его нос касается самого лона, подталкивая и раздвигая половые губы. Он втягивает воздух с закрытыми глазами. Я развожу ноги со стоном, пока гормоны взрываются жаждой.

— Дикарь! — визжит Коллекционерша. — Сними с меня Ксандера!

Мой волк хмурится: приказ теперь вступает в противоречие с его чутьем. Он снова втягивает мой запах и издает глубокий рык прямо в мой центр. Его язык выныривает наружу, он хватается одной рукой за грудь и стонет от этого вкуса.

— Регина, — произносит он сипло. — Где моя Регина?

— Здесь! — раздаются два голоса: один со стоном, другой с криком, полным ярости.

Дикарь трясет головой в замешательстве, и я зову его по имени.