Ранее…

Генерал Никодемо метался по участку стены и напоминал всем своим видом зверя, запертого в пусть и просторной, но клетке. Он пока ещё не определился, каким именно зверем себя ощущает, а ведь от этого зависело очень и очень многое. Одно время в нём зарождалось нечто вроде боевого безумия, жажды крови или совсем уж непристойного желания кого-нибудь просто-напросто прикончить. Тогда он ощущал себя, по меньшей мере, большим лесным котом. Честно говоря, он не особо разбирался в видах, а оттого картинка в голове постоянно плыла, принимая то одну форму, то другую. Кот в его голове рычал, скрежетал когтями и агрессивно поглядывал на всех, кто ходит мимо его клетки.

Но вот нетерпение покидало его, и военачальник как будто бы сдувался, превращаясь то ли в котёнка, то ли в какое-то подобие саблезубого суслика, скалящего клыки только на овощи. В мгновение ока пропадал весь боевой настрой, плечи опускались, а руки безвольно болтались вдоль тела. Появлялась глубинная апатия, проявлялось разочарование во всём, что он делает. Всё казалось таким бессмысленным, таким жалким, что… Зачем вообще продолжать, если исход предрешён уже задолго до того, как они начали готовиться?

Не далее, чем пару недель назад, ему сообщили «прекрасную» новость. У него скоро появится сын. Новость и в самом деле прекрасная, если бы часом ранее ему не преподнесли совсем другую. На столицу надвигается орда прожорливых тварей из самых глубин океана. Убить их сложно, но можно. Вся проблема только в том, что их дохрена. Но ладно это. Ведёт их за собой какая-то огромная… матка, которая и рождает их прямо на ходу. И как он должен себя вести, если за спиной беременная жена носит под сердцем его ребёнка, а он просто без понятия как защитить их? Как оборонять столицу от такой напасти?

Человеку это вообще под силу?

— Долго возятся, - проворчал он, в очередной раз добравшись до зубьев и перегнувшись через них. Офицеры за его спиной слаженно схватились за сердца. Если генерал упадёт со стены, то ответственность ляжет уже на плечи кого-то из них. Но Никодемо на них даже не взглянул – его внимание было целиком поглощено приготовлениями моряков, вытащивших все свои пушки на берег. Из порта повыгоняли всех торгашей, все рыбацкие лоханки. Всё для того, чтобы обширный орудийный парк мог стрелять прямой наводкой по всему, что может вылезти из воды. — Неужели это так сложно? Просто привези и поставь пушку на место. Чем занимаются эти бездари?!

Раздражённо сплюнув и мельком помолившись, чтобы оно попало кому-нибудь на голову, он снова начал измерять пространство своими шагами, бросая на море взгляды, в которых причудливым образом смешивались ярость, отчаяние, страх, надежда и, конечно же, просто человеческое непонимание. Что ещё он может сделать, чтобы подготовиться к тому, к чему подготовиться просто невозможно?

— Вы подвезли огненный припас на позиции? – резко повернулся он к офицерам, как будто эта мысль только что пришла ему в голову. Так, в сущности, и было, если бы не один нюанс.

— Господин генерал, Вы уже спрашивали об этом. Припас распределили по позициям ещё два дня назад, - подал голос один из них, разводя руки и как бы говоря, что всё уже давно сделано. Генерал неизменно спрашивал про это каждый день, но что могло измениться? Увезут обратно? Украдут?

— Хорошо, - кивнул с потерянным видом генерал. Встрепенувшись, он бросился к зубцам. На миг ему показалось, что он что-то услышал. Что-то похожее на жуков. Но в гавани не происходило ровным счётом ничего. Один флот стоял в отдалении, как памятник абсолютному бессилию. Сотни кораблей! Тысячи пушек! А что толку, если корабли ещё не научились стрелять дном?! Проклятые жуки плевать хотели на всю мощь флота Солмариса, они просто каким-то образом ловили днище и прицеплялись к нему, прогрызая себе путь внутрь. И ведь чуяли как-то живых существ. К пустым кораблям они не лезли вовсе. — Проклятье, послышалось?

— Мы ничего не слышали, - подали голос переглядывающиеся офицеры, но Никодемо лишь отмахнулся от них, как от назойливых мух. Жужжат и жужжат над ухом, не дают нормально сосредоточиться. Снизу что-то с грохотом упало, и он тут же оказался у зубцов. Чёрт! Какой-то идиот умудрился уронить ядро, и оно укатилось в воду. Высечь бы, да не время. Тут каждый солдат, каждый матрос на счету. Может быть, даже ему самому придётся обнажать клинок, чтобы отражать атаки жуков. Если они, конечно, пройдут заграждение артиллерии и матросов…

Да что им там в своём море не сиделось, а?!

— П-прошу прощения, Вы это у нас спрашиваете? – подали голос офицеры, а генерал в ответ нахмурился и обернулся к ним.

— Я что, вслух это сказал? – спросил он. Те закивали, он же нахмурился ещё сильнее. До чего дошёл! Уже сам с собой начал разговаривать. Нет, если переживут это вторжение, то сразу же после этого отпросится в долгий отпуск. Говорят, жизнь на западных островах очень даже ничего. Можно предаться лени и блаженству в компании жены. Но это ещё не точно…

Снизу снова загомонили, и генерал было дёрнулся, но удержал себя от опрометчивого поступка. Опять, наверное, какая-нибудь ерунда, не стоящая внимания. Вот тоже напасть – матросы! Спусти их с кораблей, так они ещё хуже ополченцев. Никакой дисциплины, никакого понимания ситуации! Ещё и ходят как-то неуклюже, вразвалочку. Как будто разучились по земле человеческой ходить.

Крики, тем временем, усилились. Раздались даже выстрелы из пушек. Вот уже это генерал Никодемо терпеть не смог. Ринувшись к зубцам и перегнувшись, он с раздражённым рыком вгляделся в происходящее и замер. Из воды лезли морские твари. Они цеплялись своими лапами за края и с трудом вытаскивали себя из воды, но затем уже передвигались вполне себе шустро. Правда, недолго. Моряки оказались не совсем дуболомами и открыли настоящий сезон охоты. В ход шло всё – вёсла, копья, пистоли. Только что ядрами не швырялись с рук.

Для этого у них были пушки. Хотя бы раз в минуту один из пушечных расчётов, разворачивая своё орудие под углом, посылал ядро вдоль искусственного берега, сметая лезущих жуков.

Выглядело так, как будто люди в итоге смогут отбиться! Да, бывало, что враги прорывались, не получив свою дозу металла, и убивали неудачника, не успевшего увернуться от стремительного прыжка. Но… Но! Тем не менее, защитники пока что побеждали.

— Хорошо! – пристукнул кулаком по камню генерал, глядя вниз и пожирая глазами картину бойни. Именно это слово, и никакое другое. Война? Слишком… масштабно. Битва? Благородно звучит, но не подходит для истребления созданий с самой глубины океана. Нет, это всё же была бойня. Едва ли не резня. Не хватало лишь завалов из тел, но жуки справлялись с этим и сами. Своих павших товарищей они утаскивали под воду сами, где, судя по всему, и поедали. Отвратные создания. Без Тьмы, извечной противницы Света, тут явно не обошлось. — Мы их побеждаем! Всё будет хорошо!

— Господин генерал, - севшим голосом позвал его подчинённый, не разделивший восторгов начальства. Бросив недоумевающий взгляд на этого ненормального, отказывающегося верить в очевидное, Никодемо проследил за тем, куда тот указывал своей рукой. Старым человеком генерал не был, но глаза его были не столь остры, как прежде. Однако, что-то странное он всё же видел.

Ему доводилось путешествовать на кораблях. Не в столице же каждый день сидеть, верно? Так вот, во время путешествий он часто видел морских зверей. Этих перестраховщиков с неприятно умным взглядом. От их резвого движения поднимались буруны, этакие пенящиеся гребни. Знакомый учёный-академик старался ему объяснить, что вода как-то сопротивляется движению, но он почти ничего не запомнил. Да и зачем что-то запоминать на пьянке…

— Что это такое?! – странное явление всё приближалось, и генерал мог различить движение в толще воды. К ним приближалось что-то абсурдно огромное, едва-едва помещающееся под водой. Разве что двигалось это что-то не слишком быстро. Сразу же вспомнилось, что помимо жуков должна быть и их матка… Если так, то они явно забыли уточнить, что она сама размером с маленький остров!

— Боже! – выдохнул кто-то, когда из воды поднялась её «спина». По крайней мере, думалось, что это спина. Гигантский, сегментированный панцирь, чья поверхность была похожа на кусок горы. При движении «камни» с жутким грохотом тёрлись друг об друга. А вот и голова… Или не голова? Матка, кажется, не имела ни шеи, ни головы. Зато было множество каких-то мутных пятен сверху, которые можно было бы принять за глаза.

— Стреляйте в неё! – генерал снова перегнулся и заорал вниз. Но там и так стоял такой грохот, что его вряд ли услышали. Нужно отдать должное тому, кто командовал моряками. Этот человек вполне понимал, что галеон для корабля куда опаснее, чем орда шлюпок. Большая часть орудий мгновенно переключилась на обстрел ядрами. Их ещё дополнительно нагревали в огненных ямах, чтобы доставить монстру ещё больше хлопот.

Да только большая часть выпущенных ядер просто отлетела от панциря, как будто это какая-то крупа, брошенная дрогнувшей со страху рукой в каменную стену. Много, страшно много. Но совершенно бесполезно. Впрочем, кому-то повезло. Этот счастливчик умудрился попасть прямо в круглую пасть и выбить ей зуб! Вот так-то! Люди ещё что-то могут в этой войне!..

Матриарх, как её назвали церковники, замотала головой и издала утробный рёв, от которого у людей завибрировало всё от костей до исподнего. Её вшивые детки ответили ей каким-то радостным визгом и сразу же усилили напор, вновь переключив на себя часть орудий.

— Почему молчат наши орудия?! – вызверился генерал, бешеными глазами взглянув на своих офицеров. Но те, побледнев, моментально ткнули пальцами в сторону ближайшего расчёта, что в поте лица банил ствол и отправлял ядро за ядром. Генерал Никодемо так внимательно смотрел на своего врага, что совершенно не слышал ничего вокруг себя. Только теперь на него навалились все прочие звуки. Матерные команды, звон ядер, валящихся из трясущихся рук, гремящая стрельба из всех стволов. — Чёрт… Чёрт, чёрт, чёрт! – вновь накатило отчаяние. Козырей в рукавах не осталось. Разве что молиться их богу, чтобы забрал их души к себе. — Всё не может закончиться вот так…

— Она атакует! – завизжал кто-то рядом, заставив генерала очнуться и вскинуться. Он только и успел, что голову повернуть да схватиться руками за зубец. Это помогло ему не выпасть наружу со стены, в которую со всего маху влетела мать всей этой оравы тварей. Откуда-то снизу орали матросы, пытаясь расстреливать брюхо, но там она тоже была защищена. Пытались стрелять в лапы, но пришедшая с ней мелочь накатывала всё более плотной волной, пожирая уже по десятку за минуту. Силы защитников таяли прямо на глазах.

— Сбрасывайте на неё бочки с порохом и поджигайте! – распорядился генерал, наблюдая за тем как чудовище крушит дело всей его жизни – оборонительные рубежи столицы. Вот взмахнула она лапой, и полетели в воду отброшенные и разбитые орудия. Мотнула головой, и очередной удар пришёлся в каменную башню. Какой-то бедолага не удержался и с воплем полетел вниз.

Приказ исполнили в точности. Поднесли бочонки с порохом и подожгли фитили. Сброс! На глазах у всех присутствующих они разбились на спине и боках, породив страшные взрывы, обдавшие людей наверху горячим воздухом и едким дымом. Матриарху, видимо, было больно. Куски панциря обломками посыпались на землю, но уязвимую плоть обнажить не удалось. Слишком уж толстая броня. Ходячая катастрофа вновь заревела обиженно и ударила похожей на монолитную скалу лапой. Пошла глубокая трещина.

— Мы не удержим, - прошептал Никодемо и тут же закричал на своих подчинённых. — Уводите людей со стены! Всех вниз! Будем держать улицы!

***

Сейчас…

Бойня продолжалась и на улицах. Там, где прошла Матриарх, моряки уже закончились, и жуки беспрепятственно смогли проникнуть в город. Теперь путь им преграждали отряды городской стражи. Жёлтые мундиры. То есть в дело вступила сухопутная армия, созданная специально для войны на суше. И вот здесь уж жуков ждал неприятный сюрприз. В стрельбе «на бегу» пехота сильно уступала матросам. Они не умели так быстро перезаряжать орудия, как будто от этого зависела их жизнь. Это так. Вот только им и не надо было.

У грязной, никем не любимой пехоты… были свои игрушки.

— Заряжай! – сиплым голосом приказал командир расчёта, напряжённым взглядом наблюдая за приближающейся толпой жуков, огорчённо визжащих. Многие горожане сбежали вглубь города ещё после первого удара, сотрясшего весь остров.

— Готов! – сорвался на визг молодой солдат, ещё месяц назад служивший в ополчении. В его руке плясал пальник – этакий жезл каждого канонира, которым поджигают насыпанный в специальное отверстие порох.

— Пли! – командир взмахнул рукой, и пальник опустился на кучку пороха, раздуваемого ветром. Заискрило, солдаты поспешили отойти от орудия, наведённого прямо по центру улицы, заполненной тварями, как будто вылезшими из самой Бездны.

Рявкнуло, но из дула вылетело не ядро. Навстречу орде, желая оказать ей тёплый приём, армейцы выпустили целый бочонок с железными шариками. Картечь. Она собрала кровавую жатву, мгновенно выкосив первые ряды и заставив волну чудовищ замедлиться. И пока они жрали своих товарищей, отвлекшись на бесплатное угощение, жёлтые мундиры суетились, заряжая орудие вновь.

Где-то загрохотало ещё – то происходило на соседних улицах, где тоже встали заслоны с тяжёлыми пушками. На стену их не установишь. Во-первых, хрен поднимешь. Потом хрен спустишь. Во-вторых, ядра на стену тоже не потаскаешь. Пытались выбить финансирование на подъёмники, но разве ж с аристократов денег допросишься? Нет, пусть флот воюет. А какой сейчас толк от этих деревянных гробов? Вот так вот и остались пушки на земле.

— Готов!

— Пли!

***

При первых же звуках сигнального горна в доме старой женщины поднялась небывалая суета. Отец семейства едва не свалился с кровати, что была выделена им с женой. Последняя тут же заохала и развила не самую полезную деятельность. С одной стороны, она действительно старалась помочь, подавала вещи, но с другой… Зачем ему полотенце? Впрочем, жена у него была умная и сразу же поняла свою оплошность. Просто растерялась и испугалась.

— Папа, что происходит? – из своей комнаты выскочила Элена, а из дальнего угла уже поскрипывала тёща, направляясь к собранию, происходящему почему-то без неё. — Ты куда? Что за шум?

— Ничего не бойся, дочка, - офицер, которому командование торжественно вручило грамоту на отпуск, собирался вернуться в строй как можно скорее. И он бы собрался ещё быстрее, но уж больно дом этот находился далеко от того места, где напали. Конечно, что-то они слышали. Как уж тут не услышать такой грохот? Но приняли его за что-то другое, менее… катастрофическое. — Лучше спуститесь в подвал и никому не открывайте.

— Мог бы и не говорить! – проскрипела старуха, на прощание прошептав короткую молитву, какую морякам положено говорить, уходящим в далёкое плавание. Муж её был таков, пока не умер в очередном походе. — Всё, иди отсюда.

— Папа, не уходи! – разревелась вдруг Элена, кинувшись на шею отцу. — Не уходи, не пущу!

— Пойдём, дочка, - видя беспомощность мужчины, в дело вступила его жена. Мягко оторвав плачущую девушку, она бросила на мужа тоскливый взгляд и, едва сдерживая слёзы, повела дочку обратно в комнату. В подвале лучше сидеть в одежде – там же холодно. — Папа обязательно вернётся…

***

— Мари, где ты?! – переполошившийся Тито метался по дому как взбесившийся пёс. Он проверил кухню, задний двор, улицу перед домом и только в последний момент додумался войти в её комнату. На мгновение мелькнула мысль, что это неприлично и что она может быть неодета, но он быстро отмёл эту чушь в сторону. Когда происходит что-то такое, то всякие приличия уже не играют никакой роли. — Мари!

— Ты чего разорался с утра пораньше? – девушка, к его удивлению, ещё спала и сейчас только поднималась с кровати, протирая глаза и отчаянно зевая. — И вообще, кто твоим воспитанием занимался? Кто дал тебе право врываться в комнату к девушке, даже если она живёт в твоём доме? Мы же не муж и жена…

— Одевайся! – не слушая её бубнежа, Тито открыл её шкаф и набросал на кровать тёплой одежды, не слишком разбираясь, подходит оно друг к другу или не особо. Платья он безжалостно отметал в сторону, чем вызвал у девушки какой-то сдавленный вздох. Он обернулся и увидел, что она так и продолжает сидеть на кровати и смотреть на него так, будто юноша на её глазах взял и обезумел. — Быстро! – крикнул он, не сдерживаясь.

И вот теперь Мари проняло по-настоящему. Или до ушей добрались звуки происходящего. Они ведь жили пусть и в стороне от пролома в стене, но достаточно близко, чтобы это было большой проблемой. Была одна существенная радость – в этом доме был очень глубокий подвал с толстым железным люком, закрывающимся на крепкий замок. Девушка, тем временем, зашевелилась и начала одеваться прямо в его присутствии, отбросив все свои возражения.

В самом деле, когда кричат вот так, вряд ли дела идут хорошо. Скорее всего, всё уже полетело к чертям собачьим в Бездну, и сейчас можно лишь размахивать руками, чтобы упасть хотя бы не так далеко.

— Одевайся, и пойдём в подвал, - скомандовал он, выглядывая в окна. Надо будет ещё взять копьё, подумал он. С копьём оно как-то поспокойнее. Можно будет отбиваться, если они всё же пролезут сюда. Ну или… лишить страданий до того, как они доберутся до их тел.

— Почему ты на меня так смотришь? – нервно воскликнула Мари, увидев его странный взгляд. — Что не так?

— Нет, ничего, - мотнул он головой. — Давай быстрее.

— Да я и так стараюсь! Что там вообще происходит?

— Жуки! Их целая прорва, и они напали на город. Быстрее собирайся!

— Из-за каких-то жуков… А стены тут на кой чёрт?

— Там уже пролом, солдаты бьются в городе. Там вылезла ещё какая-то гора движущаяся. Надо прятаться, пока есть время.

— А нам точно подвал поможет?! – в голосе девушки прорезалась паника.

— Как минимум, я надеюсь на это…

***

Наво очнулся от оцепенения, когда кто-то грубо толкнул его в плечо. Едва удержавшись на ногах, он заметил, наконец, что люди в панике бегут, кто куда. Бежали рабочие, бежали наёмники, даже аристократы куда-то убегали, совсем забыв про то, что они когда-то и кому-то приказывали. И только часть людей застыла изваяниями, наблюдая за тем, как рушится древний город под неторопливой походкой колосса.

— Какая… добыча… - снова сорвалось с языка Велгантэ, но он и сам, наверное, понимал, что один человек ни за что не сможет победить это. Копьё здесь совершенно бессильно. Вот только остекленевшие от шока глаза говорили, что сознание охотника за чудовищами сейчас где-то далеко-далеко. — Какая…

— Да приди же в себя! – не выдержал Наво и с размаху отвесил великану пинка. Сразу же после этого в сердце ужалило страхом – а ну как сейчас отвесит наотмашь рукой? На этом история вора и закончится, не успев толком начаться. И видя, что друг покачнулся, он сразу же поспешил отбежать подальше, чтобы не попасть под раздачу.

— Что происходит? – проморгался Велгантэ и вновь выпрямился, потирая при этом седалище, по которому пришёлся пинок. Подняв глаза, он вновь увидел бредущую в их сторону гору, но в себя уже не ушёл. Только выдавил как-то обречённо. — Твою же мать…

— Лобар! – теперь Наво метнулся к старику, глаза которого были навыкате, а рука держалась за сердце. Морской волк хватал ртом воздух и пялился на чудовище так, будто это было какое-то пришествие Тьмы в её натуральную величину. — Лобар, путь свободен!

— А?! – вздрогнул бывший капитан корабля и теперь увидел, что у ворот в район аристократов действительно почти никого не осталось. Это был их шанс. Вот только смогут ли они им воспользоваться – хороший вопрос. — Чёрт, как же всё не вовремя… Так, малой, - он резким движением локтя стёр испарину со лба и указал на фонтан, - быстро за артефактом. А мы прикроем, если что-то случится. Пошёл!

Дважды просить его не было никакой нужды. Получив хоть какое-то подобие плана, юноша на пятках развернулся к проёму ворот и припустил вперёд, мельком успевая рассматривать то, что пролетало мимо него. Люди в панике бежали кто куда. Знатные дамы и благородные господа, заливаясь слезами и воя о несправедливости мироздания, бросали свои пожитки, раскидывали горсти монет, предлагая простолюдинам нести их вещи или спасать их, защищать, но мало кто соглашался. Свою бы шкуру спасти. Мёртвым деньги ни к чему.

— Эй, смерд! Живо сюда! – рявкнул на него какой-то усатый дядька, смотрящий так, будто Наво ему давно должен целую кучу золотых, но не отдаёт. — Живо бери эти сумки и тащи их в порт! Найдёшь мне корабль!

— Ага, уже разбежался! – огрызнулся вор и побежал дальше. Впереди маячил фонтан. В прямом смысле изображал из себя маяк. Какая-то замысловатая конструкция из пульсирующего светом шара на треноге венчала всю конструкцию. Вот оно!

— Куда! – послышалось сзади, а он уже подбегал и без подготовки прыгал в воду. Руки скользили по влажному камню, про ноги и говорить нечего, но он упорно поднимался. Он буквально спиной чувствовал, что та махина движется строго по направлению к этому маяку. — Какого чёрта ты делаешь, а ну живо слез оттуда!

— Не до тебя мне! – рявкнул, не оборачиваясь, Наво, с кряхтением взбираясь вверх. Артефакт, наконец, показался ему во всей красе. Примерно в локоть длиной ножки, массивный шар размером с голову человека. Какие-то светящиеся символы, пробегающие внутри. Магия, как она есть. В чистом её виде. — Так вот ты какой…

— Ну хочешь я заплачу тебе?! – не унимался аристократ, нервно оглядываясь на ворота, как будто уже сейчас оттуда могли хлынуть жуки. Оглянувшись, Наво увидел там массивную фигуру Велгантэ, а подле него и Лобара. Они его ждут, значит надо поторопиться. — Что тебе нужно?!

— Да ничего мне от тебя не нужно, отвали! У меня свои дела! – уже в голос зарычал Наво, стараясь отодрать ножки артефакта от камня. Какой-то придурок из строителей додумался посадить всю конструкцию то ли в раствор, то ли в клей. Разозлившись, он выхватил из-за пояса нож и стал долбить рукояткой прямо в ножку, надеясь её выбить.

Хрустнуло. Одна вышла!

— Зачем тебе этот светильник?! Я куплю тебе два! Нет, четыре таких?! Да хоть целую мастерскую, что будет их делать десятками в неделю!

— Иди сам тащи! – не отвлекаясь от процесса, посоветовал вор аристократу. — Труд полезен для здоровья!

— Но я же аристократ! И вообще, как ты смеешь мне указывать! Тебя высекут плетьми за такое неуважение! – донеслось снизу, и Наво даже обернулся, чтобы посмотреть в глаза этому человеку. У него с головой всё хорошо? Так, нет. Сейчас не это важно! Плюнув на блаженного, юноша вернулся к своему занятию, освобождая следующую ножку. Эта поддалась уже с трудом, но вышла. Чёрт, не повредить бы эту штуку… — Боже!..

— Ну что ещё?! – обернулся он и уставился на… затылок. Нахмурившись, Наво поднял голову, и глаза его вдруг расширились до размера блюдец. Над районом аристократов высилась гора, рассматривающая его десятками мутных глазок, кое-как просматривающихся сверху. На язык просилось только одно ругательство, произносящееся на выдохе, с чувством. И он его сказал.

— Поддерживаю, - прошептал лишившийся чувств благородный, осев на колени. Силы оставили его, а вот Наво наоборот как будто второе дыхание обрёл. Всё из-за того, что башка этой твари вдруг начала опускаться прямо на фонтан!

Хрустнуло. Третья ножка вышла, и вор, слыша краем уха крики со стороны ворот, полетел прямо в воду. Угодив в неё, но не выпустив из руки добычу, мокрым котом выскочил прочь и побежал куда глаза глядят. В спину ударило крошкой и потоком воздуха, земля заходила под ногами ходуном. Ходячая гора загудела, аристократа, попавшего под удар, ей явно было мало. А цель её движения теперь куда-то резво убегала!

Обернувшись, Наво притормозил. Уж больно странные звуки начали раздаваться из-за спины. Огромный жук, вздыбившись, начал странно гудеть и трястись. Прямо на глазах у Наво из каких-то скрытых ходов или пор на землю посыпались…

— Да ты издеваешься?! – прокричал он, уставившись на покрытых слизью жуков, ещё не полностью обросших каменным панцирем. Они тоже его увидели и, защёлкав что-то радостное, понеслись за ним.

Не разбирая дороги, вор влетел в открытую дверь дома и захлопнул её за собой. Деревянная преграда затрещала от удара снаружи, но выдержала, а вор уже мчался по коридору… куда-то. Глаза отчаянно искали выход, а ноги несли его самостоятельно, не спрашивая разрешения. Загрохотало, здание вздрогнуло и спереди, шагах в десяти, в здание вонзился гигантский коготь, разрывая дом на две части.

Затормозив и упав на задницу, Наво поспешил отползти от опасного места и ринулся в первую попавшуюся дверь, должную вести на противоположную сторону. И слава богу, что там оказалось окно. Он только выглянул вниз, чтобы не напороться на какие-нибудь шипы или пики. Здание снова тряхнуло, и вор поспешил его покинуть, буквально вылетев из окна вниз. Первый этаж – не так страшно, разве что многострадальная спина отозвалась предупредительным хрустом. Больше такого издевательства она над собой не потерпит.

Да кто ж её спрашивать-то будет…

Сверху снова мелькнул коготь и зацепился за шатающуюся стену – тварь пыталась перелезть через здание, оказавшееся неожиданно крепким и упрямым. Ждать, когда у неё это получится, Наво не стал. Да и где-то рядом уже визжали её дети, с которыми знакомиться не было никакого желания. Что им его кинжальчик? Тем более, он его где-то потерять опять умудрился.

— Сюда! – раздался крик. Повернув голову, Наво увидел машущего руками Лобара. Позади него в воротах стоял Велгантэ, ловкими движениями опрокидывающий набегающих жуков и вскрывающий их брюхо своим тесаком. Два движения и готово. — Быстрее!

Наво побежал, бережно прижимая к себе артефакт. Тело ныло, ноги отчаянно молили о маломальской передышке, а разум, пребывая в ужасе, требовал прибавить скорости. Позади загрохотало. Огромные ноги существа позволяли ему перемещаться куда быстрее обычного человека. Только ходить по ровной поверхности явно попроще, чем продираться через людские дома, мешающиеся под ногами.

Пока вор бежал, он увидел стоящий вдали собор, привлекающий своим видом даже сейчас. В голове появилась отчаянная мысль в духе: «а вдруг?!». Что там говорил Тито про эту их реликвию? Артефакт, копящий энергию, чтобы отдать её во время молитвы. Древний артефакт. А что у него в руках, если не то же самое, но использующееся по другому?! Вариантов-то всё равно нет.

— Бегите отсюда! – крикнул он, пролетев мимо своих друзей. Единственное, на что он мог надеяться, это на то, что они послушаются его совета и действительно побегут прочь.

***

Иерархи не зря почитаются в церкви. По силе и возможностям они – истребители нечистой силы, поборники света и просто те, кого не зазорно назвать героем. И сейчас все эти люди, некогда получившие сей высокий статус, делом доказывали своё право носить высший сан церкви.

Полыхающие светом мечи взлетали и опускались вниз, прожигая панцири и запекая врагов прямо в них. В сущности, один из базовых навыков для служителей света, зависящий от того, насколько крепка вера. Чем больше ты веришь, тем сильнее твой внутренний свет. И нужно лишь направить его в оружие, чтобы оно обрело невиданные свойства.

— Бернард, сзади! – Хосе налетел на жука, попытавшегося напрыгнуть на спину мужчины, и приложил его тяжёлым топором, разделив тело на две части. — Эти твари любят нападать со спины!

— Неправда! – Бернард, в свою очередь, орудовал тонким мечом, совершая быстрые взмахи и препарируя туши точечными ударами. — Просто их слишком много! Я уже сбился со счёта!

— Не надо считать, надо убивать! – со стороны раздался мертвенно-спокойный голос Круса, сжимающего копьё. Вот этот работал, как новомодная швейная машинка. Перед ним постоянно образовывался небольшой завал, тут же растаскиваемый жуками в стороны. А он в это время преспокойно убивал их, отвлёкшихся на пиршество. — Кто-нибудь видел наших жёлтых мундиров? Где наша армия?!

— Бьётся в городе! – ответил кто-то, чьего голоса ни Хосе, ни Бернард, ни Крус не узнали. Да оно и понятно – все уже успели накричаться так, что скоро будут только шептать. — Обещали стоять насмерть!

— Как будто нам это поможет! Их не становится меньше!

— Держимся! – выкрикнул Хосе и опустил свой молот на очередного жука, ломая панцирь и расплёскивая его. Светящийся двуручный исполин от такого обращения слегка померк, но вновь мерно разгорелся. Заметив это, Иерарх-повар насупил брови и начал читать молитву, стараясь делать это так, чтобы она отозвалась в самом сердце. И оружие ответило, засияв как миниатюрная и тусклая копия Солнца. Прислушавшись, он понял, что братья по вере делают ровно то же самое. И жукам это очень не нравится! — Молитесь, друзья мои! Бог смотрит на нас!...

— Смотрите, там! Собор! – кто-то перебил Иерарха, но никто особо не возмутился. Кто мог, те бросили взгляд на твердыню их веры. Кто-то даже всплакнул. Кошмар наяву взбирался по холму и вонзал когти в ступеньки, явно пытаясь кого-то прихлопнуть. Маленькая фигура человека металась из стороны в сторону. Скатывалась по ступенькам, снова поднималась и вновь бежала. В руках у неё что-то ярко сияло. — Спаси нас господь! Оно идёт к собору!

***

Наво бежал так, как никогда в жизни не бывало. За спиной слышалось голодное урчание матки, старающейся прихлопнуть его своими длинными лапами, а он петлял из стороны в сторону, нырял в узкие улочки так, чтобы между ними были какие-то дома. Матка же бесилась и крушила всё на своём пути, постепенно ускоряясь.

— Ах, м-мать! – выдохнул криком Наво, когда коготь вонзился прямо перед ним. Едва не впечатавшись в него лбом, тут же отскочил в сторону, ибо преследующее его чудище повело лапу назад, вспахивая землю вместе с камнями. Оглянувшись на неё, он только и увидел, что пасть уже летела прямо к нему, намереваясь сожрать вместе с артефактом и дорогой. Метнувшись в сторону, юноша чудом избежал смерти. — Да чтоб тебя!

Прижав сияющую железку к груди, Наво, пока живая гора не очухалась от собственного удара «башкой» об землю, рванул дальше по улице. Впереди уже маячили ворота на лестницу, ведущую вверх по холму. Возле ворот кто-то тёрся, что стало для него неприятным сюрпризом.

— Вали оттуда! – замахал он рукой, заорав, что есть мочи. — Убегай!

Неизвестный послушался и тут же исчез. Выкинув его из головы, Наво пересёк ворота и добрался до ступенек, тут же прокляв их. Ведь человек взбирается по ним не так уж и быстро. Это тут же сказалось на его салочках с матерью жуков. Решив отомстить ему за все свои промахи, она начала резво бить когтями прямо по ступеням, от чего земля под сапогами отчаянно танцевала и никак не хотела замирать дольше краткого мгновения. Вор пользовался им по полной, буквально перепрыгивая через ступеньки. Часто ему приходилось скатываться вниз, чтобы не стать куском мяса, насаженным на чей-то столовый прибор. Хотя он, исходя из размеров инструмента, стал бы скорее фаршем.

— Господи, дай мне сил…! – взмолился Наво, но ничего особенного не почувствовал. Солнце просто припекало его сверху, но смотреть на него не было ни времени, ни возможности. Он то попадал в тень очередного когтя, то выпадал из неё, чтобы снова оказаться в тени, но уже огромного тела. Если она вдруг решит упасть, то на этом его жизнь и закончится. От такого уже будет не увернуться.

Игры чудовищу, видимо, надоели. Издав какой-то жуткий гул, тварь размахнулась когтем и с размаху всадила его рядом с вором. Каменные ступени взорвались, а самого юношу отбросило в сторону и ударило об землю, ещё и битым камнем осыпало. И вот он упал, в глазах потемнело, а тело отказывалось даже просто шевелиться. И артефакт куда-то скатился. Он мог лишь безвольно моргать, тяжело дышать и наблюдать, как сверху на него опускается тёмный зев глотки, усеянной сотнями острых, как копья, зубов. Оно заслоняло собой и Солнце, и Небо, и вообще весь мир. Как будто пожирало даже не его самого, а всё вокруг него.

И тут вдруг случилось чудо. В один из мутных глаз существа что-то влетело на большой скорости. Он только и увидел, как глаз лопнул. Бешеный рёв разнёсся по округе, громадина чуть не встала на дыбы. Неужели она чувствует боль? Повернув голову примерно к тому месту, откуда прилетело, Наво увидел стоящего на крыше какого-то дома Велгантэ. Как и когда он успел туда забраться – бог весть. Но этот великан держал в руках тот самый арбалет, который они выкинули в кусты. Нашёл, значит? И он вновь натягивал тетиву, а стоящим рядом Лобар уже протягивал ему следующую стрелу. Где они их только раздобыли? По пути что ли где-то подобрали? Но свою задачу они и впрямь выполнили. Матка отвлеклась на них и даже начала разворачиваться, чтобы уничтожить угрозу.

— Давай, - прохрипел самому себе Наво и с горем пополам перевернулся на живот, поднимаясь на четвереньки. В голове гудело, в глазах троило, а рука уже шарила вокруг, пытаясь найти выпавший артефакт. Господи, да где же он?! Наконец, в траве рядом со ступеньками он увидел что-то блеснувшее на Солнце и сунул туда руку. Пальцы сомкнулись на знакомом металле и подтянули сияющее нечто с налипшей грязью ближе.

Пока тварь была отвлечена и разворачивалась, юноша шатающейся походкой побрёл дальше к собору. Далеко не ушёл. За спиной раздались неразличимые крики, и он обернулся через плечо. Матка, почувствовав, что маяк отдаляется, забыла про пиратов и снова пошла за ним. Да вот же проклятие! Сцепив зубы, вор поднажал, хотя тело и протестовало против этого. Каждый шаг давался ему с великим трудом. И вот, наконец, тяжёлые даже на вид двери главного входа. Хоть бы не закрыто!

Разогнавшись, насколько хватило сил, Наво плечом врезался в створку, провалившуюся внутрь. Следом полетел и он сам, а артефакт вновь выпал из руки, покатившись по красивому полу вперёд.

— ДАВАЙ ЖЕ, - раздался в голове гремящий голос, причинивший ему сильную боль. Голова и так болела, а сейчас её как будто молотком приложили. От души, как говорится.

— Да не греми ты так, - пребывая в каком-то полуобморочном состоянии, он даже не шибко понимал, кому дерзил. Собрав оставшиеся силы в кулак, он просто пополз вперёд, видя перед собой лишь две крайности. Артефакт, который валялся совсем близко от него, и парящее металлическое Солнце, от которого как будто бы чувствовался пристальный взгляд. Всего-то нужно их совместить. — Щас, уже бегу…

Собор вздрогнул и рядом с ним, заставив руки подогнуться, в плитку ударил коготь. Как ни странно, это придало ему ещё немного сил. Умирать всё же не хотелось. Не для того он весь этот путь прошёл.

Очередной удар с другой стороны, уже намного ближе. Ещё и прошёлся вдоль его тела, чуть не содрав с него половину мяса. Чуть-чуть бы в сторону, и был бы он труп. Следующий удар точно станет последним. А значит, осталось только метнуть, но для этого хорошо бы встать. Превозмогая себя и спиной чувствуя, что третий удар уже не за горами, Наво встал и, криво размахнувшись, метнул артефакт вперёд, падая следом за своей рукой на плитку. Всё, на что его хватило после броска, так это перевернуться на спину и смотреть в нависшую над собором морду твари, расширяющую для себя проход. Вот, кажется, и конец. Здесь он и помрёт.

Железная тренога с шаром полетела недалеко, едва-едва преодолев половину расстояния. Но артефакт так и не коснулся пола, как будто повис на жалкой, дрожащей ниточке. Ускоряясь постепенно, он вновь поплыл по направлению к железному изображению полого Солнца и остановился, когда достиг середины. Металл раскалился, скручиваясь… Вспыхнуло!

Последним, что запомнил Наво, был очень яркий свет, ударившись откуда-то сверху, из-за спины чудовища. И в её рёве он услышал боль. Музыка для его ушей…

***

Спустя пару недель…

Ласковый морской бриз неторопливо обдувал кожу, даря мнимую лёгкость телу, нагретому полуденным Солнцем. Где-то над головой кружили в потоках воздуха вездесущие чайки, оглашающие округу своими надоедливыми криками. Они заглушали даже мерное звучание моря-океана, низкие волны которого разбивались о высокие борта. В такие жизненные моменты хочется просто помолчать, посидеть где-то с бутылочкой хорошего алкоголя в приятной компании.

Что же. Они действительно находились в очень приятной компании. Разве что не сидели, а… висели вниз головами и внимательно смотрели на валяющийся на палубе артефакт, претерпевший значительные изменения. Одна ножка отвалилась, две другие оплавились, а шар как будто расплавили до мягкости тряпки, выжали, а затем снова остудили, но уже в такой странной форме. Упасть они, к слову, не боялись. Ведь канаты, что держали их тела, вызывали доверие одним своим видом.

— У вас, идиотов, была ровно одна задача… - пространным голосом заявила особа, что представлялась самой главной на этом корабле. Каллифея. — Только одна. Вы должны были забрать артефакт и привезти его обратно. Не оговаривая его состояния, я подразумевала, что он останется… в своей изначальной форме. Работоспособный, а не превращённый в мусор для коллекционеров. Так почему же я перед собой вижу мусор, а не артефакт?

— Так вышло! – попытался оправдаться Наво, но канаты на его теле предупреждающе сжались по воле своей хозяйки. Да так крепко, что у него чуть глаза из черепа не вылетели. — Небольшая накладочка…

— Серьёзно? – прищурилась остроухая девушка, на волю которой корабль реагировал так же, как реагирует тело на указания головы. — Накладочка? Меня должно это успокоить? Вы… Вы вообще понимаете, что…

— Но всё же хорошо закончилось! – запротестовали люди, ей только и оставалось, что слушать их и переводить взгляд с одного на другого. — Чудовища мертвы, матка их тоже померла и на куски развалилась! Точно закончилось!

— Минуточку, - подняла она пальцы, закрыв глаза и сделав глубокий вдох. — Что вы, грязь на киле, сейчас сказали?

— Жуки… Ну, как бы, всё? Закончились, в смысле!

— Как? – выдавила она. — В смысле – всё?

— Ну, в прямом! Артефакт принял наш Бог и… Ну сжёг их, получается…

— Получается, - повторила Каллифея, зажмурившись и потерев переносицу пальцами. И тут же рявкнула, обращаясь к ним. — Ублюдки!

Канаты метнулись в сторону, и три тела полетели в воду так, будто ими выстрелили из пушки. Сделав глубокий вдох, она медленно выпустила воздух. Точнее, будучи всего лишь призраком, бесплотной душой, ей оставалось максимум имитировать этот процесс. Но психика такая штука, что… это действительно работает.

— Так, я не закончила, - канаты снова метнулись в воду и вытянули три вымоченных в морской соли тушки на палубу. — Ещё раз! Матка керакридов мертва?

— Да! – закивали люди.

— А кто море чистить будет?! – схватилась за голову остроухая. — Я что ли?!

— Но мы же как договаривались? – взял слово Лобар, от которого было видно только голову. Остальное скрывал плотный кокон. — Мы вам артефакт, вы нам на карте отмечаете хранилище. Всё честно! Вот артефакт! Вы же не говорили, в каком он должен быть состоянии. А если бы он к тому моменту уже издох? Получается, вы и платить нам не стали бы?

— Скорее твой род пресёкся бы лет этак через тысячу, чем этот артефакт сломался бы, - хмуро возразила девушка и снова опустила взгляд на бесполезный кусок… чего-то. — Действительно. В этом есть зерно истины. Для примитивных созданий нужно оговаривать каждый шаг, иначе это превратится в игру с вероятностями.

— Так мы получим карту? – подал голос Велгантэ, для которого у Каллифеи нашлась якорная цепь вместе с якорем.

— Делать нечего, я же обещала, - она развела руками. — Вас спасает только моё воспитание. Цените это, простейшие. Была бы я менее… отходчивой, быть бы вам мелко протёртым кормом для морских созданий, толщина которых меньше волоса.

***

Эверфорд…

Королевский дворец…

Тронный зал…

Старый король молчал, глядя в спину уходящему сыну, сказавшему ему множество неласковых слов. Это был уже не первый случай, когда такое происходило, но каждый раз вонзался в сердце и оставлял незаживающую рану. Но что он мог ему сказать в ответ? Что делает это ради процветания их страны? Ради тех, кого он поклялся вести вперёд, в будущее, кого обещал защищать? В ответ на это сын сказал, что нет ничего, что могло бы оправдать подлость и низость. Он вырос настоящим рыцарем… Жаль лишь, что рыцарство плохо сочетается с умением быть королём.

— Когда-нибудь ты поймёшь, сын мой, - прошептал король в руку, чтобы никто этого не услышал. Его тяжёлые серые глаза очертили зал, прошлись по лицам всех советников. Наконец, приняв решение, он поднял вторую руку и очертил ей в воздухе ленивое движение. — Покиньте меня. Я должен подумать.

— Ваше Величество, - склонились в поклонах придворные и советники, покинув тронный зал первыми. За ними отправились все прочие, кому на роду написано присасываться к политической жизни. И последними вышли его гвардейцы, оставив короля в одиночестве. Как они думали.

Зал погрузился в необъятную тишину, оглушающую, звенящую. Был бы это старый замок, потрескивало бы пламя в большом камине, гудел бы едва слышно воздух над факелами и хлопал бы ветер флагами. Но магическая наука шагнула уже слишком далеко. Свет давали магические светильники. Флаги спокойно и почти бесшумно реяли даже в полный штиль. Тепло… даже говорить нечего. Даже самой лютой зимой было достаточно тепло, чтобы забыть тяжесть шубы на плечах. Хорошо быть королём, когда нет нужды спрашивать, насколько дорого стоит комфорт.

— Твой план провалился, - бросил он в пустоту, как будто кто-то мог его услышать. — Они умудрились убить этих твоих…

— Керакридов, - ответил королю странный голос, сочетающий в себе щелчки, цоканье и лёгкое попискивание. Один раз услышишь и больше никогда не забудешь. — Да, Ваше Величество. Тц-кт-т, они действительно смогли это сделать. В расчётах такого не было.

— Твои расчёты тоже провалились. Солмарис уцелел. Жуки сожрали лишь несколько островов и их флот практически не пострадал. Набрать новых моряков для них не составит труда, - рассуждал король. — Разрушения в столице? Эти набожные рабы своего бога отстроят всё за год, если не быстрее. Стоит только церкви сказать, что это угодно их повелителю.

— Не волнуйтесь, Ваше Величество, - фигура, вышедшая из-за колонны, склонилась в глубоком поклоне. — Новый план будет куда лучше прежнего. Экспедиция на север протекает с изрядным опережением графика… Уже совсем скоро наши запасы особого золота будут пополнены, а Ваша казна получит золото обычное, как и договаривались.

— Могу ли я верить в могущество, о котором ты твердишь, если ты даже их технологию повторить не в состоянии? – скептически поднял бровь король. — Не подумай, я не придираюсь. Но это выглядит… странно. Зачем грабить склады, если ты настолько могущественен, что можешь сделать всё сам?

— Позвольте мне оставить это в тайне, цк-к-к, - тайный советник поднял голову и показал королю свои фасеточные глаза и жвала, от которых человека, повидавшего многое, откровенно передёрнуло. — Новый план будет намного лучше. Мы выполним все наши обязательства и возведём благородное королевство Эверфорд на вершину мира. Как и было уговорено. Дело за Вами… и Вашими моряками. Северная экспедиция – наш общий ключ к успеху.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ